Златая цепь на дубе том
Эсеры
В российском революционном движении можно выделить два идеологических направления и два основных способа действий.
Представителей первого направления можно назвать «неонародниками», потому что они следовали в русле прежнего народничества, рассчитывавшего на «природную революционность» крестьянства. В представлении теоретиков «народного социализма» (их называли и так) русский крестьянин склонен к коллективизму по самой своей ментальности. Доказательство тому — прочность общины, естественной ячейки будущего социализма. Нужно всего лишь настроить деревню против царизма, и тогда самодержавию конец. Эта концепция для многих выглядела не просто убедительной, а единственно возможной в условиях сельской страны, где так остро стоял аграрный вопрос.
Постнароднические кружки начали возрождаться во второй половине девяностых годов. В самом начале ХХ века, когда из-за неурожаев начались крестьянские волнения, эти разрозненные группы объединились в партию социалистов-революционеров.
В дальнейшем внутри обоих течений, «крестьянского» и «рабочего», начнется деление уже не по концептуальному, а по тактическому принципу: каким способом лучше свалить монархию — словом или прямым действием? Революционное движение разделится на «пропагандистов» и «боевиков».
У эсэров появится легальное крыло, действующее публично и даже участвующее в думских выборах; появится и воинственное подполье («Боевая Организация»), которое продолжит дело «Народной воли», выбрав главным своим инструментом политический террор.
Эсдеки
Те же процессы происходили с социал-демократами.
Марксистская ветвь революционеров на крестьян не надеялась, а делала ставку на российский промышленный пролетариат. Этот класс, не имея частной собственности, был более восприимчив к идее коммунистического общества и, в условиях коллективного труда, лучше подходил для устройства совместных акций.
В 1898 году возникла Российская социал-демократическая партия, поначалу очень слабая, но окрепшая, когда «стабильность» истоньши-лась и общественная атмосфера стала накаляться.
С 1903 года РСДРП разделилась (как и эсеры) на две части: «меньшевиков», боровшихся с царизмом в рамках законности, и «большевиков», существовавших нелегально и готовивших вооруженные восстания. (К личному террору большевики относились скептически, поскольку, согласно их теории, победу трудовому народу должен был принести не героизм одиночек, а массовое восстание пролетариата).
Основные усилия государство и его могущественные спецслужбы тратили на борьбу с нелегалами: в первую очередь с эсеровскими боевиками, во вторую — с большевистскими агитаторами. Однако в самые первые дни мировой войны директор Департамента полиции В. Брюнде-Сен-Ипполит сделал в докладной записке пророческую запись: «первенствующее руководящее значение» в революции сыграют вовсе не эсеры и эсдеки, а оппозиционная часть общества, «лицемерно отвергающая насилие». «…На том этапе движения, до которого доведет общее мятежное выступление революционных сил, представители кадетской [леволиберальной] партии займут важнейшие правительственные посты, почему будут достигнуты расширение свободы слова, союзов, собраний и т. п., то есть создадутся такие условия, при которых усиленная социалистическая пропаганда и агитация почти не будут встречать противодействия, что, в свою очередь, ускорит приближение к осуществлению программы всех социально-революционных партий — к водворению в России республики».
Так всё и произойдет. Глава полиции предвидел ход событий, но не мог их предотвратить.
Проект «Желтороссия»
В конце XIX века Китай становится главным объектом вожделений для всех империй, и с империалистической точки зрения Санкт-Петербургу медлить было нельзя. К Китаю тянули руки Британия, Япония, Германия, Америка.
При Александре III был разработан гигантский проект строительства транссибирской железнодорожной магистрали, которая должна была многократно облегчить дальневосточную экспансию. Трассу строили с невероятной скоростью, не жалея средств.
После восшествия на престол Николая II сформировалась так называемая «Большая азиатская программа». Если во времена первого Николая много говорили о том, что историческая миссия России — водрузить крест над Константинополем, то при втором Николае миссией стали считать освоение тихоокеанского региона.
В 1895 году, когда маленькая Япония неожиданно для всех разгромила в войне китайского колосса и слишком хищно воспользовалась плодами победы, три европейские державы — Россия, Франция и Германия — вмешались в раздор между «азиатами» с позиции «белого человека». Японию заставили смягчить условия мира, в частности отказаться от Ляодунского полуострова, удобного плацдарма для проникновения вглубь Китая. Два года спустя русские забрали этот полуостров себе в многолетнюю аренду. Там находился незамерзающий Порт-Артур, пригодный для базирования флота. Кроме того Китай позволил России строить на своей территории железную дорогу, которая соединила бы Ляодун с Владивостоком.
Зона Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД) отдавалась под юрисдикцию России, которая таким образом фактически получала контроль над Маньчжурией. Постепенно наверху укреплялось мнение, что богатую и сравнительно (по китайским меркам) малолюдную Маньчжурию неплохо бы вообще присоединить к России. Со временем этот проект получил название «Желтороссия». Базой колонизации должна была стать КВЖД, вдоль которой планировалось построить десятки городов и поселков, где жили бы русские переселенцы. Была создана частная армия, «Корпус пограничной стражи». Формально она должна была защищать дорогу, но на деле обеспечивала российское владычество в будущей «Желтороссии».
Возник и план превращения в российский протекторат Кореи.
Русско-японская война
Если для России китайско-корейский вектор был одним из направлений экспансии — помимо балканского и босфорского, то у Токио все планы имперского строительства связывались исключительно с этим регионом.
После нескольких неудачных попыток договориться с Петербургом о разделе сфер влияния, дальневосточная империя начала готовиться к войне. Царское правительство ее не боялось и даже хотело. Российский ВВП был втрое больше японского, население — тоже. Русская армия мирного времени насчитывала 900 тысяч штыков и сабель, а японцы могли позволить себе содержать только 150 тысяч солдат. К тому же в Петербурге были уверены, что воины микадо способны побеждать только китайцев, а перед настоящей европейской армией не устоят.
Между тем военное превосходство России было мнимым. Дальний Восток был задним двором империи. Там имелось не более 100 тысяч солдат, разбросанных на обширном пространстве от Владивостока до Ляодуна: 20 тысяч защищали Порт-Артур, еще столько же стояли гарнизонами в Маньчжурии; остальные находились далеко, в Уссурийском крае. Японцы же могли при мобилизации увеличить армию до полумиллионного состава и быстро переправить ее через Корейский пролив.
Еще хуже для России была ситуация на море. В целом российский флот был в несколько раз больше японского, но его основные силы опять-таки находились за тысячи километров от театра будущей войны. На Тихом океане соотношение складывалось в пользу японского флота.
География вкупе с неожиданно (для русских) высокими боевыми качествами японской армии и определили ход войны.
Она началась в январе 1904 года.
Стратегически всё выглядело незатейливо. Японцы пытались взять сильно укрепленный Порт-Артур, до которого им было ближе; русские из северной Маньчжурии пытались прорваться на выручку. Попытки эти оказались неудачны. В декабре обессиленный порт-артурский гарнизон капитулировал.
После этого смысла продолжать войну уже не было, и Россия вела ее в расчете хотя бы добиться неунизительных условий мира — ради «спасения лица». Но в феврале 1905 года русская армия понесла тяжелое поражение под Мукденом, а в мае русский флот был уничтожен в Цусимской битве.