Жестокий космос (СИ)
В общем, любопытных подробностей вскрылось довольно много, так что уже через час я более-менее построил для себя непротиворечивую систему сдержек и противовесов, что существовала в Мире Эндрюса между колонистами и корпорацией. А ещё у меня возникло стойкое убеждение, что Юльку можно смело привлекать к операциям любой сложности в качестве аналитика и сборщика информации. Так сказать, в дистанционном формате, пребывая в безопасности. Профессионализм журналиста и навыки хакера экстра-класса — гремучая смесь, как по мне. И да, папаша её явно недооценивает. И этим грех не воспользоваться, тем более что она уже и сама прямым текстом заявила, что тоже хочет ловить «косплееров». Отчего, почему, с какого перепуга — это её дело. Кто я такой, собственно, чтобы её отговаривать? Осталось только решить, а нам-то с Максом оно надо? И вот если не надо, то тогда извини, подруга. А для этого необходимо дождаться его, то бишь Макса, возвращения из небытия обратно в бренный мир.
И, что характерно, дождались: Дед Максим беспокойно заворочался на импровизированном ложе. Правда, мы на это не сразу внимание обратили — Юлька как раз пыталась мне растолковать, в чём именно заключается уникальность зарождения нейронной сети в сенсорном поле. И что на этот процесс могло повлиять. Спойлер-спойлер: Ноосфера! Вернее, конкретно кластер Мира Эндрюса. Но, поскольку я от информатики и прочих айтишных премудростей весьма далёк, получалось это у журналистки не очень. Иными словами, отчаялась она до меня достучаться. И больше от безысходности принялась озираться по сторонам — наверняка в поисках какого-нибудь тяжёлого тупого предмета, чтобы по другому тяжёлому тупому предмету, то есть мне по башке, настучать. Собственно, тогда-то она и наткнулась на пока ещё мутноватый, но уже осмысленный взгляд Макса:
— Ой! Максим Дмитриевич! Вы очнулись!
— Чего ж ты так орёшь, девонька?.. — страдальчески сморщился тот. Но муть во взгляде моментально рассеялась — живительный акустический удар сказался. — Никитос? Ты тоже здесь?
— А ты сомневался, старый дурень? — с затаённой радостью ухмыльнулся я.
— Честно говоря, да, — признался Макс. И с кряхтением принял сидячее положение, оперевшись для верности спиной на стену. — Я, конечно, надеялся, но картинка очень уж безрадостная нарисовалась… ну, после взрыва. Я аккурат с, э-э-э, гостем разобрался…
— А Никита сказал, что чисто технически это не вы были, — удивлённо ляпнула Юлька.
А я, воспользовавшись тем, что девица во все глаза пялилась на старшего техника, коротко мотнул головой — мол, нет, не раскололся. Так, сболтнул немного лишнего.
— В каком смысле, Юленька? — педантично уточнил Макс.
— Ну, руку «косплееру»… того! — рубанула журналистка воздух здоровой конечностью.
— А, так правильно! — с явным облегчением выдохнул Дед Максим. — Технически не я, а силовое поле. Такое же, как здесь в двери. Вы, гляжу, в него не вляпались?
— Так ты на это и надеялся, — подмигнул я соратнику. — И вообще, спасибо, старик. Не знаю, как бы мы нычку искали в развалинах. А так на сигнал пошли, ну и вот… кстати, за «зубастика» отдельное спасибо. Очень вовремя ты ему в затылок шмальнул. Я не справлялся.
— Я видел, — уже в обычном своем стиле, безэмоционально, констатировал факт Макс. — Не сразу, правда, дошло. Но… чем мог.
— Спасибо, дружище! — ещё больше расчувствовался я.
— Да, Максим Дмитриевич, спасибо-спасибо-спасибо! — Юлька от избытка чувств сорвалась с места, едва не налетев на Макса, и от души чмокнула его в щёку. Правда, сразу отгородилась от него здоровой ладонью: — Всё, всё, не буду больше!
— Сами-то как уцелели? — поспешил сменить тему старший техник.
— Счастливая случайность, — поморщился я. — Вернее, целая серия. Потом расскажу. Но отделались относительно легко — вон, у Юльки рука сломана, да копчик ушиблен. А мне только по башке прилетело, но она, как известно, кость, так что без последствий. Даже думать не мешает.
— И что надумали? — заинтересовался Макс.
— Да вот, решаем, стоит в корабль корпов лезть, или ну его, — озвучил я для начала самый безобидный вариант.
— Ну его, — моментально внёс ясность старший техник. — Я уже пытался. Но там натуральная каша. Насколько я понял, ЭМИ сбил ему настройки гравикомпенсатора, и внутри всё сначала расплющило, а потом на атомы разорвало разнонаправленными гравитационными векторами.
— Фига се! — впечатлился я. — А как ты?..
— Узнал? Так в пролом заглянул, — охотно пояснил Макс. — Он с другого борта, с этой стороны не видно. Но мне хватило. Там с первого взгляда понятно, что дыру изнутри пробило, и именно гравитацией.
— То есть средства связи на корабле корпов искать бессмысленно, — пришёл я к неутешительному выводу.
— Смысла нет, — успокоил меня соратник. — Проще в Телецентр вернуться, я там уже со всей начинкой разобрался. А если хоть какие-то сервера прогрузились, то прямо отсюда можно попытаться наших вызвать… ага, есть сигнал. Так что не суетитесь, ребятки, этот вопрос как-нибудь решим.
— А… когда? — почему-то оробела Юлька.
— Как только, так сразу, девонька, — предельно чётко обозначил свою позицию Макс. — Никитос, надеюсь, ты уже начал… э-э-э…
— Разъяснительную работу? — подсказал я.
— Ага, её, родимую, — кивнул старший техник.
— Ой, Максим Дмитриевич, вот только давайте ещё вы не начинайте! — страдальчески сморщилась Юлька. — Мне Болтнев уже угрожал! Запугал чуть ли не до полусмерти! Я всё поняла и осознала! И прониклась! И на всё согласная!
— Это хорошо, что согласная, — хмыкнул Дед Максим. — Значит, мы можем на твоё молчание рассчитывать. И нам не придётся… скажем так, принимать меры.
— Это какие же? — подбоченилась Юлька здоровой рукой.
— Да хотя бы родителю твоему жаловаться не станем…
— Ой, напугали! — с изрядным облегчением рассмеялась репортёрша. — Перед папенькой мне и самой палиться невыгодно. И вы меня не дослушали, Максим Дмитриевич! Я не только молчать согласна, но и участвовать в поисках.
— Чего⁈ — прифигел Макс.
Причём до такой степени, что даже беспомощно на меня зыркнул.
— Не спрашивай, зачем ей это, — раздражённо помотал я головой. — Решила, что мы собираемся ловить «косплеера». И возжелала поучаствовать в авантюре. Мало ей вот этого вот всего!..
— Та-а-ак… — недобро прищурился Макс. — Ну и зачем тебе это, девонька?
— Ну… — смешалась та, — вам помочь… а ещё Никита обещал права на эксклюзив! Когда можно будет!
— Брехня! — лязгнул металлом в голосе Макс.
— Да что вы такое говорите, Максим Дмитриевич⁈ — делано удивилась журналистка.
— Правду, девонька, святую истинную правду, — не повёлся тот. — Давай-ка, признавайся, в чём твой интерес. Иначе сдадим отцу с потрохами, и уж он-то тебя сумеет прижучить. Я надеюсь.
— Надейтесь, надейтесь! — усмехнулась Юлька. — Очень страшно! Я прямо вся дрожу!
— Ну, значит, не будем сдавать, — мгновенно подкорректировал тактику старший техник. — Просто на дверь укажем, и всё. А дальше сама… ну, вот это самое!
— Зря вы квалифицированными кадрами разбрасываетесь, Максим Дмитриевич! — с вызовом уставилась девица на Макса.
— Значит, это всё-таки ты, — задумчиво кивнул тот. — Я сразу заподозрил, но доказательств не было. Но тогда возникает ещё один вопрос: зачем это… Энигме?
Фига се! Я не ослышался⁈ Самый разыскиваемый хакер современности? Прославленный на всё Колониальное содружество? И это… Юлька⁈ Охренеть!..
— Не понимаю, о чём вы, Максим Дмитриевич, — недоумённо нахмурила брови девица.
Правда, слишком наигранно, чем выдала себя с головой. По крайней мере, мне. Я её уже достаточно хорошо изучил, чтобы разбираться в мельчайших нюансах поведения.
— Эх, Юленька, Юленька! — сокрушённо и даже несколько сочувственно покачал Макс головой. — Ты что, мои рассказы про киберлингвистику мимо ушей пропустила? Я же этот «почерк» из тысячи узнаю.
— Какой ещё почерк, Максим Дмитриевич⁈ Вы вообще о чём⁈