Жестокий космос (СИ)
— Не совсем уверен, — покачал я головой, естественно, выронив перчатку, что твоя ворона сыр в бессмертной басне. Хорошо хоть, та далеко не улетела, застряв между рукой и разгрузкой. — Но тут, похоже, не что, а кто.
— Дай посмотреть! — потянула у меня из рук камеру девица. В сторону и вниз, понятное дело, но, поскольку я не поддался, встала на ноги, не постеснявшись на меня опереться, и прилипла взглядом к экрану: — Фига себе! Это… что за чертила⁈ Не может быть, что чужак!
— Скорее, косплеер, — хмыкнул я, но развить мысль не успел — ожил передатчик в шлеме:
— «Рино-четвёртый» «Папе-Рино», приём!
— На связи! — рыкнул я. — Что у тебя, «Рино-четвёртый»?
— Есть визуальный контакт, шеф! — подозрительно радостно доложил «Рино-четвёртый», он же рядовой Шилов с редким для славянина именем Марк. — Мы с Коляном их засекли! Реально здоровые зверюги, на кошачьих смахивают, только чёрные, хвостатые, и вокруг головы щупальца! Что будем делать, шеф? Брать тёплыми, или?..
Глава 16
Территория: зона влияния Колониального содружества
Сектор: Приграничье
Система: Мир Эндрюса
Статус: Поселение Рио-Плата
Дата: День 694 (8 апреля 2084 года), местное время 06:43.
— Да чёрт его знает, Марк, если честно! — ничуть не покривив душой, буркнул я. — Сами-то хоть не запалились?
— Не могу знать, шеф! Мы, как Колян их засёк, сразу укрылись, и сидим, как мыши под веником.
Ага… ясно-понятно. Кстати, вовсе не удивлён, что именно Колян, то бишь рядовой Алексеев, противника обнаружил. Он в этой парочке глаза и уши, в то время как Марк — язык. Временами очень острый, за что и огребает… вернее, огребал бы, если бы не впечатляющие габариты и не менее впечатляющий хук слева. Но это сейчас к делу не относится.
— Ладно, тогда сидите дальше, — решил я. — Координаты скинули?
— Обижаете, шеф! — Разговор шёл на русском, так что Марк вполне мог себе позволить некоторые вольности. — Вот только…
— Дай угадаю: боевой комп на месте зверюг показывает ничего, — опередил я подчинённого. — Ну, или какие-то помехи.
— Именно, шеф.
— То есть засекли визуально, — подвёл я окончательный итог. — Или Колян их ещё и услышал?
— Говорит, что нет, шеф.
— Ага… а точно те самые зверюги? Уверены?
— Более чем, шеф. По фоткам совпадение почти стопроцентное. Точно эти, как их?..
— Комиллофлоры, — пришёл я на помощь Марку. Сам долго запомнить не мог, пока не выяснил, что это сочетание двух слов: «lacolmillo», то есть «зуб», и «laflor» — «цветок». Этакая «зубастая ромашка» в переводе. Нэйминг у местных выше всяких похвал! — Не заморачивайся с названиями, зови… ну, пусть будут «зубастики»!
— Принято, шеф! Так нам что, просто наблюдать?
— Следовать на безопасном расстоянии, активных действий не предпринимать, — определился я с тактикой. — При агрессии открывать огонь на поражение. Живьём брать даже не пытайтесь, вы мне дороже местных тварей.
— Спасибо, шеф! — растрогался Марк. — Всё сделаем в лучшем виде!
— «Папа-Рино» «Рино-шестому» — отбой! — закруглил я базар в эфире. И переключился на общий канал, а заодно и на английский: — Внимание всем группам! Противник поддаётся визуальному обнаружению. Моделирование с сенсорного поля отключить, соблюдать предельную осторожность! Возможно нахождение в зоне ответственности ещё до четырех групп комиллофлоров! Координаты, — я ненадолго отвлёкся, ещё раз мазнув взглядом по панораме, и в ручном режиме обозначил на тактической схеме потенциально опасные места, — смотрим на карте! Повторяю! Наблюдаем визуально, на сканеры не полагаемся! По обнаружении комиллофлоров немедленно докладывать! «Папа-Рино» всем — конец связи!
— Никит, — подёргала меня за рукав Юлька.
— Чего⁈ — рыкнул я раздражённо.
У меня работы невпроворот, а тут ещё на неё отвлекаться приходится! Какой работы, спрашиваете? Так известно какой: зря, что ли, я на верхотуру забрался? Наблюдать и координировать, вот основная моя текущая задача. Благо господствующая над местностью высота вполне это позволяет. Ну-ка, где тут моя… то есть Юлькина, камера? Какая всё же здоровенная дура! Зато и сомнений больше никаких: вот они, красавчики! Всё в точности, как Марк описывал — чёрные, лоснящиеся, с длинными гибкими (суставчатыми⁈) хвостами, и целым «цветком» щупалец на шее. Видимо, он и пробудил у колонистов смутные ассоциации, породившие в качестве названия монстра словесного. Кого-то они мне напоминают, вот только никак не вспомню, кого именно…
— Болтнев!
Ого! Смотрите-ка, разозлилась! Того и гляди на русский матерный перейдёт с просто русского. Ладно, ладно, не просто, а раздражённого русского!
— Юль, отстань! Не до тебя!
— Скажи хоть, что делать-то⁈ — моментально сбавила тон моя спутница.
— А? — очнулся я. — Точно! Короче, ты пока отслеживай нашего косплеера… ты же его из вида не упустила? Не упустила же?
— Да вроде нет… — не очень уверенно отозвалась репортёрша. — Но он же под голограммой, как я его без камеры?
— Глазками, — пояснил я. — По демаскирующим признакам. Или слабо?
— Вот ещё! — фыркнула журналистка.
— Ну тогда зум врубай в шлеме и отслеживай по мареву! — закруглил я импровизированный инструктаж. — Или, ещё лучше, с настройками поиграйся — а ну как тоже сможешь по частотам в противофазу попасть?
— А ведь точно! — оживилась Юлька. — С «цифрой» посложнее, но тоже можно попробовать… а ты чем занят?
— «Зубастиков» палю, — отмахнулся я, одновременно локализуя — и визуально, и на тактической карте — вторую группу хищников. — «Рино-восьмой» «Папе-Рино»!
— На связи, господин лейтенант! — донесли динамики хриплый голос Бенгта Андерсона, меланхоличного и обманчиво заторможенного шведа.
— Лови координаты!
— Да, господин лейтенант.
— По обнаружении доложишь! Установить визуальный контакт, отслеживать перемещения! В случае агрессивного поведения открывать огонь на поражение! Всё понял, Бенгт?
— Так точно, господин лейтенант!
Так, про этих можно забыть. Связка «Бенгт Андерсон — Стас Дубов» как бы ни лучшая во всём отделении.
— Работай! — Второй пошёл, но ещё как минимум парочка осталась. Это если не считать того самого «косплеера», которого Юлька пасти должна. Ну да, а вот и ещё зверюги — эти как бы даже не покрупнее. — «Рино-второй» «Папе-Рино»!
— На связи, герр лейтенант!
Олаф Хансен, соотечественник Агне. Надёжен и несокрушим, как скала в норвежском фьорде. И напарник — Свен Эриксон — ему подстать, хоть и швед.
— Выдвигайтесь по координатам, при визуальном обнаружении противника доложить! Дальше вести дистанционно, на проявления агрессии стрелять на поражение. Как понял, «Рино-второй»?
— Понял вас, герр лейтенант.
— Работай!
Так, вроде бы ещё один потенциально опасный район остался, и примерно в том же секторе, что наводило на размышления. В том числе и чисто практические: кого озадачить? Из «тяжей» остались только мы с Егором Кудриным, который по штатному расписанию числился моим напарником, но сегодня по факту работал соло. А в одиночку его против здоровенных кошаков выпускать… такая себе затея, да. Особенно если учесть тот факт, что Егор — штатный «марксмен» отделения, то есть вооружён мощной и дальнобойной, но при этом не поражающей скорострельностью снайперской винтовкой СВЛК. Ладно, делать нечего, придётся ему усиление выдать… где тут у нас ближайшие «скауты»?..
— «Рино-первый» «Папе-Рино»!
— На связи, командир.
Вот за что его люблю и уважаю, так это за непоколебимую уверенность — в себе, в правоте своего дела, в «Альфа-взводе» в целом. Этакое ходячее воплощение оптимизма.
— Егор, проверь координаты. — С Кудриным тоже можно по-свойски, тем более, если по-русски. — Там должны быть комиллофлоры, но один даже не суйся! Возьми с собой «Ингве», шестого и седьмого. Они как раз рядом. Бинь я сейчас предупрежу.
— Есть, командир.