Товарищ маг. Книга третья

– Я же не один собираюсь работать, – отмахнулся я. – Думаю, для этого полезного дела вас привлечь или вы против? Создадим серьёзный отряд, я вас всех переброшу и мы вместе всё захватим. Потом перекину обратно, и дальше немецкие специалисты будут работать на вас. Если сумеете их заставить, конечно. Получится первыми создать оружие массового поражения, тогда никто на вас косо посмотреть не посмеет. Только у меня одна просьба, хотя бы в этот раз постарайтесь не слить немцам информацию об этой операции. Иначе они своих учёных предпочтут убить, чтобы они нам не достались.
   
Глава 3
 
Похоже, Павел Анатольевич развил бурную деятельность, когда узнал о моей задумке. Его даже не смутил тот факт, что я на время операции не смогу перекидывать продовольствие в Ленинград. Никаких уговоров как раньше не было, не стал говорить, чтобы выкинул из головы свою затею и не ввязывался в очередную авантюру. С радостью бы этого не делал, отправляться в Германию на самом деле было крайне опасно, да только кошки на душе скребли.
Я не знаю, параллельный этот мир или тот самый из моей истории, но в том, что я его изменил, не было никаких сомнений. Достаточно вспомнить смерть Гитлера, в прошлой истории он дожил до сорок пятого года. В общем, был у меня страх, вдруг немцы соберутся и всё же смогут победить Советский Союз, а мне подобного и даром не надо, тем более если они смогут собрать атомную бомбу. Вроде бы в прошлой истории Гитлер очень надеялся на это оружие, поэтому не шёл на мирные переговоры. В общем, лучше пусть у коммунистов первых будет такое оружие. Главное, чтобы у Сталина не взыграли амбиции, и он не посчитал, что с таким козырем в руках можно весь мир на колени поставить, принудив всех стать коммунистами. Ладно хоть у них нет фашистских взглядов, не станут массово расстреливать всех неугодных.
Сейчас у Советского Союза и Соединённых Штатов хорошие отношения, авось и дальше так будет, если американцы в Европу не полезут. Ведь в самом начале войны Рузвельт что-то такое заявлял, что в европейские дела американцы лезть не станут. Вот и пусть сидят на своём материке. Довелось мне читать американскую прессу, удивительно, но там не было никаких негативных высказываний в адрес Советского Союза, люди искренне переживали за борьбу против фашизма. И куда эти хорошие отношения делись после войны, ума не приложу. Как два государства так резко стали врагами, несколько раз дело едва не доходило до войны.
Разумеется, советская разведка была в курсе того, где находится исследовательский центр немцев. Располагался он где-то в западной Германии. Первоначально я планировал добраться туда, а потом порталом перекинуть ударную группу советских войск, которые бы всё раскатали там танками, захватив немецких учёных. Сомневаюсь, что все они готовы умереть ради процветания Германии. Будут работать на коммунистов, заставят. Только Судоплатов сразу же отмёл мой план. Располагался этот исследовательский центр в горах, где полно лесов, поэтому использовать танки не было никакой возможности. Разве что просто перекинуть на территорию базы, чтобы защищали от возможных атак, но не более.
Хоть и знали расположение, но там была такая охрана, что добраться до учёных или повредить этот центр не было никакой возможности. Немцы тоже умели обеспечить оборону и учёные, не только советские, но также немецкие и американские смогли объяснить, какое мощное оружие можно получить, что станет серьёзным аргументом против любого противника. Создадут такое оружие, так запросто смогут войну выиграть, убив десятки миллионов людей.
Конечно, готовили операцию в условиях строжайшей секретности. Я не распространялся о будущем деле даже среди своих. Единственный кто об этом знал кроме меня, был Юра. Павел Анатольевич меня заверил, что на этот раз его разведка не оплошает. Группу специалистов уже готовили, но они тоже не знали, какое задание им следует выполнить.
На территорию Германии мы собрались отправиться втроём: я, Юра и Иван, по крайней мере, так последнего представил Павел Анатольевич. Не удивлюсь, если наш спутник в документах записан как Иванов Иван Иванович. Конечно, перед выходом мне пришлось с ним побеседовать. Судоплатов не был против этого, прекрасно понимал, что брать с собой в такое опасное путешествие непроверенного человека я просто не могу. Иван будет нашим проводником. Как мне сообщили, он сможет вывести нас к этому объекту.
К сожалению, на территории Германии я ни разу не был, а значит, нам предстоит пройти длинный путь. Конечно, рассматривалось предложение, чтобы часть маршрута мы проделали на самолёте, но эту идею отмели. Самолёт могли перехватить или догадаться о высадке диверсионной группы, а нам этого не нужно. Я же не могу круглые сутки поддерживать покров, мне тоже отдыхать нужно, поэтому лучше бы немцы о нас ничего не знали. Вот и пусть гадают, куда это кудесник пропал на такое длительное время, отвлекая свои силы с фронта и пытаясь меня разыскать в своём ближнем тылу. Впрочем, сейчас фашистам не до меня, советская армия успешно наступает, уже прорвали фронт и берут в кольцо немецкие части, тоже научились котлы устраивать.
Метаться туда-сюда я не собирался, придётся нам ночевать в лесу, чтобы случайно не нарваться на немцев или мирных жителей. Вот если бы была возможность выйти из портала под покровом, то запросто бы этим воспользовался и жил с удобствами. Но такой возможности у нас нет, а значит, придётся спать в лесу.
Самой ближней точкой до нужного нам места были Белорусские леса, вот туда мы и отправились. Павел Анатольевич заверил меня, что Иван не только отличный проводник, лучше которого найти невозможно, но и знающий картовед. У меня сложилось ощущение, что наш проводник своими ногами оббегал все Белорусские леса, он так уверенно шёл, как будто уже не раз тут бывал. Один раз мы видели наш партизанский отряд на отдыхе, но обошли его стороной под покровом.
Мне было легче, чем моим спутникам, всё же ночью я отдыхал, а они по очереди охраняли наш сон. Я расставлял вокруг сигнальную сеть, но это не убедило моих спутников, они всё равно стояли в дозоре и бдели, несмотря на усталость. Силой заставлять их что-то делать не собирался, нравится им в дозоре стоять, пусть стоят.
Через четыре дня, после того как мы ночью вплавь пересекли реку, Иван сообщил нам, что мы покинули территорию Советского Союза. Теперь мы не могли наткнуться на союзников, впрочем, я и не собирался их искать, не за тем мы сюда пришли. Тут стало сложнее, пользоваться покровом приходилось намного чаще, особенно когда пересекали открытую местность. Отрядов немцев тут хватало, приходилось осторожничать. Разумеется, когда была возможность, мы шли по дороге, пару раз приходилось останавливаться и пропускать проходившие или проезжающие отряды немцев и их союзников. Для Ивана такое путешествие было в новинку, при первых встречах он сразу же падал на землю, ещё и на нас шипел рассерженным гусем, что мы не следуем его примеру. Вроде уже со мной знаком, явно не понаслышке знает о моих возможностях, а продолжает пучить глаза от удивления. Наверное, на его месте я бы тоже удивлялся – идёт отряд немцев, мы спокойно стоим метрах в десяти, а они нас не видят.
Кстати, если раньше у большинства немцев были довольные рожи, то теперь они как будто шли на смерть, заставили советские солдаты себя уважать. Этот народ нельзя назвать глупым, многие наверняка понимают, что проигрывают войну. Им же обещали быструю и сокрушительную победу над коммунистами, а уже давно вышли все сроки. Наиболее боеспособные части выбиты или изрядно прорежены, вон сколько сопливых юнцов в отрядах, а раньше были взрослые мужчины, явно прошедшие не одну военную кампанию. И дисциплина уже не такая как прежде.
  
– Никогда я к этому не привыкну, – проворчал Иван, поднимаясь с земли и отряхиваясь.
– Ты это о чём? – Спросил я.
– О том, как вы можете оставаться незамеченным, – пояснил проводник. – Не могу понять, как они нас не видят?