Обещай помнить (ЛП)

— Твой запах, — говорю я.
— Я не знаю. Наверное, это смесь всего, — отвечает она, полусонная, почти засыпая.
— Проведи воскресенье со мной? — Прошу я. Её тёмно-карие глаза открываются для меня, хотя видно, что Лия изо всех сил пытается не заснуть. Мне нравится, что она не надевает линзы, когда приходит сюда.
Я не знаю, почему спрашиваю. Я просто задаю этот вопрос. Я не хочу, чтобы она убегала после кофе, как делает каждое утро. Если бы я не позаботился о том, чтобы она была достаточно утомлена, я уверен, что Джулия даже не осталась бы на ночь.
  
— Нет, — отвечает она прямо, вызывая улыбку на моём лице.
— А почему нет?
— Потому что я не хочу. — Теперь мой смех становится более явственным. Я притягиваю её обнажённое тело к себе, и она растворяется в моих объятиях. Лия почти мурлычет, такая же приятная и восхитительная, как всегда.
— Правда? — Шучу я, давая понять, что моё тело, с другой стороны, совершенно не согласно с её словами. — Может быть, попробуем ещё раз?
Я целую её в губы, провожу языком по нижней губе, затем по верхней, прежде чем медленно проникнуть в её рот. Джулия открывается мне, полностью подчиняясь. Её тёплый язык лениво встречается с моим. А когда поцелуй заканчивается, она ворчит, что устала и хочет спать. Если бы она сказала мне «да», всё было бы проще. Но должен ли я действительно хотеть компанию самой упрямой женщины на планете?
— Проведи этот день со мной? — Опять прошу я. Завтра рано утром я уезжаю, меня не будет целую неделю, и я напомню ей об этом.
— Я не могу, у меня встреча, — говорит она, закрывая глаза, и я понимаю, что сон – не единственная причина её отказа.
Секс – это не близость, но в те моменты, когда я заставляю Лию открыться мне, я начинаю замечать её мелкие жесты и незначительные проявления. Она глубоко боится привязанности и капитуляции. У меня никогда не было такого страха, для меня это никогда не было рискованно, поэтому я просто не понимаю её.
Лия замыкается в себе, выстраивая стены при малейшем признаке близости. Например, за последние почти две недели мы ни разу не принимали душ вместе. Мы уже трахались в душе, в ванне и даже на раковине, но никогда не имели возможности просто принять душ вместе. Всё всегда происходило по очереди. Я подозреваю, что это лишь ещё один аспект её потребности в контроле и страха потерять его.
Если бы она только знала, как прекрасна, когда раскрывается... Если бы она только знала, что мне больше всего нравится, когда она достигает кульминации, потому что в её тёмных глазах появляется свобода, которую я больше нигде не вижу, независимо от того, насколько ей нравится то, что она делает.
— Весь день?
— Я хочу спать, Артур, — жалуется она, сильнее прижимаясь ко мне, словно говоря, что этот момент - лучшее, что у меня может быть, и что я должен быть счастлив. Я целую её в лоб и снова вдыхаю её ванильный аромат.
— Хорошо, моя девочка. Всё в порядке. Давай спать, — предлагаю я.
  
35
 
ДЖУЛИЯ
— Если бы тебе нужна была моя компания, мы могли бы остаться в постели. Я бы не возражал, даже, кажется, сам предложил это. — Моё тело начинает дрожать, словно это единственная возможная реакция на шёпот Артура, который звучит у меня в ухе. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох… конечно, он должен быть рядом.
Я делаю два шага вперёд, прежде чем обернуться. Его взгляд скользит по моему телу почти так же быстро, как и мой по его. Боже мой, разве это влечение не должно ослабевать после двух недель ежедневного секса? Это абсурдное желание... Это...
— Я бы очень хотел поцеловать тебя в губы прямо сейчас, — тихо говорит он, и я с завистью ловлю себя на мысли, что тоже хочу этого. Я делаю ещё один шаг назад на всякий случай, и он смеётся. — Я знаю, знаю. Запретная зона, но даже просто взгляд на тебя не помогает мне избавиться от эрекции, которая возникла у меня, как только я увидел это восхитительное тело.
— Я не ожидала, что ты будешь здесь, — говорю я, чтобы прервать затянувшееся молчание.
— Я тоже не знал, что ты придёшь, хотя это и было вполне ожидаемо. Ведь это же автосалон, и ты любишь машины так же сильно, как и я. Мы могли бы прийти сюда вместе.
— Мы могли бы, но не должны. — Однако эта мысль доставляет мне радость… Поужинаешь со мной? Вопрос возник в моей голове, но я подавила его, словно он был заблокирован моим защитным фильтром, и он так и не сорвался с моих губ. — Что ты думаешь о коллекции? — Спросила я, заставляя свои мысли сменить направление и делая то же самое со своим телом. Я слегка повернулась, отодвигаясь от Артура, и обратила взгляд на автомобили, окружавшие нас.
Его сдержанный смех, который звучал чуть громче, чем нужно, был первым признаком его приближения. Вторым признаком было тепло его тела, а третьим – приятный запах. Сегодня утром он спросил о моём запахе, и я хочу спросить о его, но я отгоняю эту мысль. Я помню этот разговор только потому, что за ним последовало приглашение, на которое я ответила «нет», хотя и хотела сказать «да».
— Однажды, Лия, ты исчерпаешь все возможные лазейки, и тогда тебе придётся вести со мной полноценный разговор, а не обрывки, потому что ты меняешь тему, когда становится неловко.
— Тебе кто-нибудь говорил, какой ты проницательный? — Смеюсь я, поворачиваясь к нему лицом. Он широко улыбается, довольный чем-то, чего я не знаю.
— Я знаю, что хочу сделать, Джулия, — медленно произнёс он, произнося моё имя так, будто смакует его. Он стоит слишком близко, и, должно быть, существует какой-то новый закон физики, объясняющий, почему моё тело не может выносить его присутствие, не желая утонуть в нём.
Любой, кто посмотрит на нас издалека, не увидит ничего, кроме того, что двое людей о чём-то разговаривают. Никто не сможет понять, что я испытываю физические и психологические муки только от этой умеренной близости и от того, что, я почти уверена, вскоре станет соблазнительным приглашением.
— Ты знаешь?
— Я знаю, но я не собираюсь навязывать тебе свою волю. Я просто хочу насладиться этим событием вместе с тобой, раз уж мы оба здесь, и я действительно ценю твою компанию. Затем я хочу пригласить тебя на ужин и очаровать тебя своим обаянием.
Я прикусываю губу, когда внезапно чувствую, как моё сердце учащённо бьётся без всякой причины. Уголки моих губ приподнимаются, а всё моё тело стремится свернуться калачиком.
— Чего я действительно хочу, так это закончить эту ночь с моей любимой куколкой в постели, — он глубоко вдыхает мой запах, словно желая подтвердить свою искренность, когда говорит, что я его любимая. — Но, как я уже сказал, это то, чего я хочу. А чего хочешь ты, Джулия? — Спрашивает он, и в моей голове словно происходит короткое замыкание, потому что я не помню, чтобы мне когда-либо задавали этот вопрос.
Вся моя жизнь была наполнена стремлением к тому, чего мне не хватало, потому что я всегда была в чём-то ограничена. Сначала я жаждала любви, затем - денег, чтобы выжить, преодолеть трудности и стать лучше. Но разве можно желать только ради самого желания?
— Или мы можем оставить всё как есть, — предлагает Артур, принимая моё молчание за необходимость выбора. Он, кажется, совсем не разочарован. — Ты наслаждаешься своим мероприятием в одиночестве, я своим, а затем мы встречаемся там же, где и каждый вечер.
— Это, пожалуй, лучший вариант, — лгу я, и Артур смотрит на меня так, словно знает, но не понимает. Он лишь кивает головой, прежде чем сделать шаг назад.
  
— Всегда рад тебя видеть, — говорит он, не дожидаясь ответа, и уходит, оставляя меня одну, как я и просила.
***
— Итак, мы определились с повесткой дня на неделю? — Спрашиваю я Клару и Диану, которые сидят за моим столом, в понедельник утром.
— Да, но есть ещё кое-что. Артур собирается провести неделю вне города и спросил, не могла бы ты взять на себя некоторые его обязательства на этой неделе. Только самые срочные. — Говорит Диана.