Ритуал (ЛП)

— Хватит, — огрызается он и бросается ко мне, снова вдавливая меня спиной в стену. Он поднимает руки, обхватывая мое лицо, и смотрит на меня сверху вниз. Я делаю дрожащий вдох. — Просто знай, Блейк. Если ты попытаешься убежать от меня, я найду тебя. И когда я найду тебя, ты пожалеешь о том дне, когда бросила меня. — Смягчив взгляд, он одаривает меня угрожающей улыбкой. — Ты была моей вчера, сегодня и завтра. — Он нежно целует мой лоб. Нежность противоречит его угрожающим словам. — И ты останешься моей навсегда.
  
Я хочу испугаться, но это не так. Раят Арчер — собственник, контролирующий и чрезвычайно ревнивый. Он чертовски токсичен. Но я не могу свалить всю вину на него. Может быть, я — причина его токсичности. Может быть, это мои плохие привычки вызывают его худшие качества. Черт, может, я ошибаюсь, и это его лучшие качества.
Я хочу, чтобы его руки обхватили мое горло. Хочу, чтобы его тело прижимало мое, и я хочу, чтобы он жаждал меня так же, как я нуждаюсь в нем.
Так кто же здесь на самом деле токсичен?
— Я никуда не уйду, — говорю я ему, но даже я знаю, что это ложь. В конце концов, он покончит со мной, и я буду принадлежать Мэтту. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы остановить это.
Он отпускает мое лицо, его костяшки пальцев пробегают по линии подбородка к шее.
— Я думаю, ты лжешь, — в его голосе слышится нотка удовольствия, и это заставляет меня дрожать.
Я нервно сглатываю.
— Нет…
— Я думаю, ты хочешь убежать, Блейк, — его глаза изучают мое лицо, уголки его губ приподнимаются. — Только для того, чтобы я тебя поймал.
Мое сердце колотится в груди, а бедра напрягаются. Почему это звучит так весело? Почему меня возбуждает мысль о том, что он будет искать меня? Зная, что, когда найдет меня, накажет меня?
— Ты этого хочешь, Блейк? Хочешь, чтобы я преследовал тебя?
— Да, — я произношу это слово еще до того, как успеваю подумать о нем.
Его взгляд опускается на мою грудь, когда костяшки его пальцев пробегают по моей груди и твердым соскам.
— Мы можем поиграть в эту игру. Просто знай, — его глаза снова встречаются с моими, — что как только я поймаю тебя, я сделаю с тобой все, что захочу. — Мой желудок подпрыгивает от возбуждения от его угрозы. — И после того, как я притащу тебя сюда… — Взяв мои руки, он переплетает наши пальцы и поднимает их над моей головой, прижимая к стене. — Ты станешь моей женой.
Я облизываю приоткрытые губы и делаю глубокий вдох, пытаясь успокоить дыхание.
— Сначала тебе придется найти меня.
Наклонившись, он целует меня в щеку.
— Мне нравятся мои шансы, — затем он отпускает и отстраняется от меня. Я опускаю руки по бокам, как десятифунтовые гири. — Скоро увидимся. — Бросив последний взгляд на мое обнаженное тело, он выходит из ванной.
Я поднимаю руки и провожу ими по лицу, делая вдох. Мое внимание привлекает кольцо. Я смотрю вниз на большой квадратный бриллиант, окруженный другими бриллиантами. На мой вкус, оно немного вычурное, но такое великолепное. Провожу по нему кончиком пальца.
Что случилось с его будущей женой? Почему он вдруг захотел меня?
Мои родители никогда не позволят мне быть с кем-то, кроме Мэтта. Ну, мой отец, возможно. Моя мать одержима им.
Но если я отдамся Раяту до того, как мне придется выйти замуж за Мэтта? Это будет моим выходом. Моя мать ненавидит идею развода так же сильно, как ненавидит идею, что мы с Раятом будем вместе. Поэтому, если я выйду замуж за Раята, у нее не будет выбора, кроме как принять его. Она бы не хотела, чтобы ее дочь развелась через несколько недель после свадьбы. Это только выставит ее в плохом свете.
Улыбаясь, подхожу к стойке и смотрю на себя в зеркало. Пока что я буду убегать от Раята, но когда он поймает меня, я выйду за него замуж. Как он и сказал. Хотя бы для того, чтобы позлить мою мать!
Зайдя в спальню, начинаю дергать простыни в поисках своего мобильника. Я нахожу его на полу. Позвонив отцу, сажусь на край кровати и жду, когда он ответит.
— Привет, милая.
— Привет, пап, — говорю я, улыбаясь. — Как там дела?
— Хорошо. А у тебя? — медленно спрашивает он. Я не так много разговаривала с ним с тех пор, как начались занятия в этом году. Но это не редкость — неделями не разговаривать с ним. Он всегда был занятым человеком.
— То же самое, — говорю я, прижимая телефон плечом и ухом к себе. — Мне нужна услуга.
Он молчит долгую секунду.
— Хорошо. В чем дело?
— Мне нужен самолет, — отвечаю я, прикусив нижнюю губу. Это не первый раз, когда я им пользуюсь.
— А… куда ты собралась? — спрашивает он, звуча обеспокоенно. — Все в порядке?
— Да. Да. Мы с Сарой просто уезжаем. Ну, знаешь, чтобы устроить девичник, — я легко лгу.
— А как же занятия? — спрашивает он.
Черт!
— Это всего на пару дней. Мы уже договорились с нашими профессорами.
— Хорошо, — он прочищает горло. — Ты уверена, что все в порядке?
— Да, — отвечаю я.
— Я могу дать его тебе к завтрашнему вечеру.
Это не сработает.
— Может, сегодня вечером? — он молчит. — Просто мы уже собрались, и я бы хотела первым делом с утра оказаться на пляже…
— Конечно, милая. Я распоряжусь, чтобы его заправили и отправили в твою сторону.
Я расслабляю плечи и выдыхаю.
— Спасибо, папа, — я вешаю трубку и даже не пытаюсь искать камеры. Вместо этого полностью игнорирую Раята. Я знаю, что он наблюдает за мной, но он меня не слышит. У него нет аудио, насколько я знаю. А даже если бы и было, это не скажет ему о том, куда я направляюсь.
  
ГЛАВА 32
 
РАЯТ
Я сижу в своей машине и наблюдаю за ней через лобовое стекло. Как в старые добрые времена. Когда я следил за ней все эти две недели. До того, как я хотел, чтобы она знала, что она будет моей.
Блейкли выходит из машины, одетая в белый сарафан с короткими рукавами, темно-фиолетовые туфли на каблуках и черный зонтик, защищающий ее от непрекращающегося дождя, пока мужчина достает из багажника три ее сумки.
Интересно.
Блейкли думает, что я не найду ее. Я мог бы сэкономить ей время и проблемы с упаковкой, потому что она не наденет ни одной чертовой вещи, пока мы будем в отъезде. Ну, кроме наручников и, возможно, повязки на глаза.
Она поднимается по трапу, чтобы сесть в частный самолет своего отца, а я беру сумку с пассажирского сиденья, прежде чем выйти из машины. Перекинув ее через плечо, прохожу в самолет, стряхивая с себя дождь, который накрыл меня, и осматриваюсь. У ее отца есть частный двухэтажный самолет, в котором могут разместиться до пятидесяти человек. В нем белый ковер, белые кожаные сиденья, коричневое дерево и золотая отделка — он выглядит на все миллионы долларов, в которые он ему обошелся.
— О, здравствуйте, сэр, — белокурая стюардесса, которая не может быть старше двадцати одного года, приветствует меня с улыбкой. Ее карие глаза оглядывают меня с ног до головы. — Я не знала, что у нас есть еще один гость. Не хотите ли полотенце, чтобы обсохнуть?
— Где она? — спрашиваю я, игнорируя ее и переходя к делу.
— В задней комнате, сэр, — отвечает она, ее взгляд падает на мой вялый член в джинсах.
— Спроси ее, не хочет ли она шампанского, — приказываю я.
Она кивает и идет в заднюю часть самолета, открывая дверь. Я слышу, как блондинка спрашивает:
— Не хотите ли выпить перед полетом, мэм? У нас есть немного шампанского.
— Да, пожалуйста, — я слышу приятный голос Блейк. Почти как в песне. Она очень гордится собой. Не могу дождаться, когда увижу выражение ее лица, когда она увидит меня.
— Конечно, — она закрывает дверь и возвращается ко мне.
  
Я открываю бутылку шампанского и наливаю его в фужер. Затем достаю из кармана прозрачный пузырек и выливаю все содержимое в напиток. Взяв нож, перемешиваю его, а затем вытираю о свои уже мокрые джинсы. Подняв фужер, протягиваю его блондинке.
Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Ее взгляд опускается к фужеру, и она нервно глотает, проводя руками по своей обтягивающей черной юбке-карандаш.