Ведьма на драконову голову. Женись на мне, маг! (СИ)

Как ни странно, первой разговор завела леди Моро:
— Вероника, позвольте узнать, как вы встретились с моим сыном?
Я взглянула на Аластора и расплылась в счастливой улыбке.
— Ах… Это было замечательно! Мы столкнулись на улице… — тут моя фантазия иссякла. Я боялась сболтнуть лишнего. О муже я знала ровным счетом ничего.
— Вероника приехала в город из деревни на Дальнем Востоке, — неожиданно начал Аластор, складно и уверенно. Он изящно орудовал вилкой и ножом, при этом не глядя в тарелку. Его чудесные глаза были устремлены в мою сторону. — Она выбежала на дорогу. Её чуть не сбил экипаж. Благо, я успел выдернуть её на тротуар. Тогда я и представить не мог, чем обернется эта встреча… — он взял меня за руку и поднес её к губам. С наслаждением поцеловал дрожащие пальцы, не спуская глаз.
    
19 
 
На мгновение я выпала из реальности, наслаждаясь происходящим. Я даже поверила, что этот сказочный мужчина любит меня по-настоящему, желает, оберегает, ценит… Но все это лишь прекрасная игра хищника. Выверенная, точная. Он аристократ, а им самой природой предписано умело надевать разные маски.
— Вот оно что, — заинтересованно отозвалась Мессилина. — С каких это пор у тебя, Аластор, есть время на прогулки по городу?
Муж продолжал улыбаться матери, но я заметила, как сверкнули его очи.
— Я выбирал подарок для Аннет.
Незнакомое имя резануло по ушам. Кто такая Аннет? И почему он выбирает ей подарки?
— То есть вы знакомы уже два месяца? — свекровь прищурилась.
— Да, — кивнула я.
— Вероника замечательная. Я уверен, вы узнаете её получше и останетесь в восторге. — Мужчина вновь посмотрел на меня взглядом, от которого в груди разлилось тепло.
И казалось бы все, буря прошла. Всем осталось лишь доесть свои чертовы омлеты и разойтись по разным углам этого огромного особняка, однако леди Мессилина никак не могла успокоиться:
— Все это просто замечательно, я вот-вот пущу слезу от радости, но куда это годиться? Аластор, твоя жена даже вилку держит неправильно! Она просто не достойна принадлежать Моро!
— А ну прекратить это! — рявкнул лорд Ферро. — Довольно этих выступление, любовь моя. Они счастливы! Значит, счастливы и мы!
— Ферро, что о нас подумают…
— Да чихать мне, что о нас подумают! Неужели ты готова променять сына на доброе слово?
Мне становилось все противнее и противнее. Я начала понимать, куда попала. Это даже похуже надоедливых заказчиков… Понятия не имею, хватит ли меня надолго.
Аластор резко поднялся. Стул под ним со скрипом проехал по полу и упал на спинку. Родители прекратили браниться.
— Итак, — чинно начал благоверный. — Матушка, отец, говорю в последний раз — Вероника моя жена. Ни один мужчина не потерпит оскорблений в сторону жены. Тем более при ней. Тем более при мне. Прошу прекратить этот бардак.
— Аластор… — выдохнула Мессилина.
— Приятного аппетита. — Муж подошел ко мне и протянул руку, выдергивая из-за стола. — Встретимся позже.
Он потянул меня к выходу, мягко держа за руку. Мы вышли из столовой. Тяжелые двери хлопнули за спиной, отчего я дернулась. На душе было неспокойно, в неё словно плюнули. Мне казалось, будто по мне проехались грязными колесами.
По коридорам необъятного особняка шли молча. Я украдкой поглядывала на мужа, замечая его сосредоточенное и даже немного зверское выражение лица. Он думал, и думал над чем-то не очень приятном.
Наконец мы остановились перед резными дверьми. Мужчина коснулся створок ладонью. Те с глухим щелчком открылись, пропуская нас в залитый солнцем кабинет.
Просторное помещение обставлено просто. Два книжных шкафа, стол, стулья, маленький диванчик у стены. Вот и все.
Лорд выпустил мою руку, запер двери и прошел к окну. Я с минуту стояла посреди кабинета, а после решила приблизиться к Моро.
— Полагаю, мы пришлю сюда не на сад смотреть, — начала я, разглядывая желтеющие кроны деревьев.
— Радует, что ты не так глупа, как можешь показаться. — Усмехнулся брюнет, а мне стало так неприятно! Я никогда не реагировала на подобное, умело прикрываясь безразличием. Но сейчас что-то изменилось. Захотелось влепить ему смачную затрещину. Или (о Боже!..) расплакаться.
— Решили продолжить начатое в столовой?
— Нет. Я хочу поговорить с тобой спокойно, Вероника. — С холодом произнес он.
— До успеха тебе далеко, — едко отозвалась я, отходя от него. Села на стул перед столом и провела пальцем по небольшому глобусу. Тот юлой завертелся, издавая неприятный скрежет при этом. Мужчина тут же оказался рядом и придержал не смазанную вещицу.
— Вероника, вчера я усомнился в твоих словах. Думал, ты дворянка в опале или охотница за деньгами из-за границы. Но сейчас я вижу четко — ты правда из деревни. Причем из глубокой. — Процедил он. — В тебе нет ни капли утонченности. Моя мать простила бы вам происхождение, но она не простит отсутствия манер. А у тебя их не то что бы нет. Они даже рядом не бегают! — рявкнул он, нависая надо мной.
  
20 
 
Я смотрела на него снизу, испытывая разные чувства. Мне не нравится говорить с ним в таком тоне, но очень нравится находиться рядом. Если бы он молчала — цены бы ему не было. Но нет — стоит лишь открыть рот, как из него вылетает что-то малоприятное.
— Я правда хотела им понравится, — пролепетала, растеряв весь норов.
— Со стороны все выглядело иначе, — фыркнул лорд.
— Я не желала ничего дурного…
Мужчина скривился и потер переносицу.
— Это моя вина. — Наконец изрек он неожиданное. — Вчера я был пьян и взбудоражен неприятным разговором.
До меня сразу дошло, что к чему.
— Ты жалеешь о свадьбе?
— Я не говорил этого.
— Но хотел сказать, — я встала с места в попытке сравнять рост. Получилось плохо — мужчина все равно оставался на голову выше. — Мне очень жаль, что так вышло. Правда. Предлагаю пожить так месяц. Я смогу разобраться… в своих делах. И мы разойдемся словно в море корабли. — Проговорила, чеканя каждое слово.
Аластор смерил меня долгим взглядом, остановился на глазах и сказал:
— Как у тебя все легко, Вероника. Но уже ничего не изменить, увы.
Увы? Неужели я настолько противна ему?
— Уверена, выход есть. — Я шагнула навстречу.
— Есть. Он всегда есть. Но я и так наломал дров…
Это он меня имеет в виду? Ну, а кого ещё?
— Ах простите, ваше благородие, — я шутливо поклонилась. — «Дрова», пожалуй, удаляться, чтобы не мозолить ваши аристократические очи и не напоминать об оплошностях минувшей ночи.
Я хотела уйти красиво, по-английски, так сказать. Получилось как обычно — по нашенски! Носок туфельки наступил на длинную юбку этого неудобного наряда. Я, с гордо поднятой головой, не менее гордо замахала руками аки лебедь. Чуда не случилось, я не полетела. Ну как… Полетела. Крайне элегантно! Прямиком вниз!
Аластор подхватил меня под мышки, но я случайно ударила его по колену. Он еле слышно зашипел и тоже устремился к полу.
* * *
Наблюдать за Вероникой было занятно. Она было по-настоящему не похожей на всех женщин, которых он встречал. Она не пыталась произвести впечатление, действовала без умысла, от души. Мало кто оценит её искренние порывы по достоинству, но Аластор смог.
И сейчас он безжалостно пытался разрушить то, что так ему понравилось. Лорд Моро понятия не имел, как обращаться с женой. Впервые за много лет он чувствовал себя растерянно.
Он смотрел на неё, любовался завораживающей красотой, рисовал горячие картины в голове. Вновь и вновь вспоминал обряд венчания. Вспоминал настолько живо, что начинал чувствовать её теплые руки, нежно обвивающие шею, сладкие пухлые губы, касающиеся его мягко и почти невесомо.
  
Женщина метнула в него яростный взгляд, вздернула подбородок кверху и решительно двинулась в сторону двери, но что-то пошло не так. Взмахнув руками, Вероника устремилась к ковру.