Дочь Дракулы
Хм… паутина на стенах. Странно для столь посещаемого местечка. Надо бы написать в книге отзывов, что им стоит уделять больше внимания уборке. Создание атмосферы Средневековья – это, конечно, хорошо, но у некоторых туристов может быть арахнофобия, так что паутина – это фу-у!
Внизу был такой же коридор, только совершенно тёмный, потому что солнечный свет туда не поступал. Я светила фонариком и шла вперёд. Вообще-то я не боюсь темноты, но где-то в середине коридора мне вдруг стало так страшно, что дрожь пробежала по спине.
Вокруг было тихо. Где-то вдалеке мерно капала вода, и я слышала отдалённое эхо от удара капель о каменный пол. Мне хотелось кричать. Собственно, что я и сделала, но не узнала собственный голос. Это было так непривычно. А потом я засмеялась, хотя вовсе не собиралась смеяться. Как-то всё это странно, не находите? У кого я это спрашиваю?..
Прижавшись к холодной стене, я водила лучом фонарика в разные стороны, но нигде никого не было. Только старая каменная кладка. Тогда кто же сейчас смеялся? А-а, возможно, этот хриплый басовитый смех был именно моим?! Жуть какая-то…
И тогда я побежала куда-то вперёд, шумно дыша, чтобы не смеяться, не плакать и не бояться. Получалось так себе. Добежав до конца коридора, я уткнулась лбом в стену, двинулась вбок и увидела тонкую полоску слабого света, пробивающуюся из-за стены, в нише которой стоял маленький бюст ангела с оббитыми крыльями.
Мне показалось логичным упереться в эту стену обеими руками и начать двигать её. Конечно, сдвинуть её с места оказалось невозможно, но почему бы не попробовать. Страх нарастал с каждой минутой, но выхода из темноты как будто не было. А когда телефон разрядился и фонарик погас, от страха мне пришлось забиться в нишу с ангелом, прячась за его маленькой головкой, чтобы никто меня не нашёл. Однако именно там, прижавшись спиной к каменной кладке, я внезапно почувствовала, что стена движется, причём очень быстро, и в следующее мгновение выпала, чуть не подвернув ногу, в потайную комнату.
Увиденное представляло собой какую-то безумную смесь алхимической лаборатории и пыточной. Помутневшие колбы и пробирки, закреплённые на штативах, реторты с порошками и куча разных склянок с реактивами соседствовали с цепями, топорами, шипами, клещами и другими страшными пыточными инструментами. Я не знала принципа работы и десятой части из них, но все они наводили одинаковый ужас. Пугающие, древние, красные от въевшейся в железо и дерево крови.
Из дальнего угла внезапно ударил по ушам душераздирающий визг! У меня закружилась голова, и всё поплыло перед глазами, так что пришлось проморгаться.
Какое-то гуманоидное существо сидело в ржавой клетке. Отвратительное, голое, почти полностью лишённое кожи, с вывернутыми коленями и удивительно знакомым абсолютно человеческим лицом, хоть и изуродованным. Оно ловко взобралось по прутьям на потолок клетки, уцепившись за него руками, запрокинуло голову и высунуло чёрный змеиный язык. А в следующее мгновение бросилось на меня, просто выломав одну из решётчатых стен.
Я упала на пол и несколько минут просто уворачивалась от чёрного языка и цепких лап с огромными когтями, раздирающими мою кожу. Мне хотелось убежать, уползти куда-то, спрятаться и переждать, но спастись можно было лишь одним способом, для которого у меня почему-то не хватало ни ярости, ни сил.
Говорят, что страх парализует тело. В моём случае он скорее парализовал волю. Я вяло шевелила руками, отпихивалась от жалящего меня языка и жалко пищала. Да и что ещё я могла сделать с этим чудовищем, накинувшимся на меня? Откуда у меня, такой маленькой, такой хрупкой, столько сил, чтобы противостоять ему? Получив слюнявое касание языком в щёку, я вскрикнула и…
И увидела чёрные ботинки. А выше чёрные брюки. Кажется, я уже видела их тут раньше, но не успевала обратить внимание. В следующую секунду надо мной склонился мой отец.
– Вот так умрёт господарша из рода Басарабов, моя возлюбленная дочь? Просто скормит себя этой мерзкой твари?
Увернувшись от чёрных когтей и чуть не лишившись глаза, который эти когти намеревались выцарапать, мне удалось бросить быстрый злой взгляд на отца. Он с интересом наблюдал, как его родную дочь терзает неведомое существо.
– Я разочарован в тебе, маленькая, глупая, жалкая девочка. И это бесполезное дитя – плод, проросший из моего семени? Ты ни на что не способна. Пожалуй, наивно было полагать, что ты сможешь поставить Россию под мои знамёна…
Да неужели?! С просветлением! Хоть что-то до него дошло.
– Помоги мне! – прохрипела я, и тварь тут же полоснула когтем мне по горлу.
– Что? Не слышу? – театрально заявил Дракула. – Не могла бы ты повторить погромче? Я, знаешь ли, уже так стар…
– Помоги мне! – У меня получилось крикнуть и увернуться от чёрного змеиного языка.
– Что-что? Ты просишь меня о помощи? – наигранно удивился отец. – Ты, моя дочь, плоть от плоти моей? Ты, которая сбегала от меня сколько уже раз? Ты, которая не разделила мои идеи. Ты, которая смеялась над моими планами. И, наконец, ты, которая позволила сжечь меня. Ты ведь надеялась, что я сгорел дотла, а? Ты просишь меня помочь тебе? Так знай же, я не стану тебе помогать. Я лучше постою и посмотрю, как ты умираешь, дрожа от страха.
Но страха больше не было. Я так разозлилась! Этот человек… этот вампир… этот моральный урод полностью разрушил мою жизнь! Похитил меня из дома, убил, сделал вампиром, навешивает на меня какие-то абсурдные миссии и обязанности, он похитил мою маму, он хладнокровно убил родителей Бесника, а теперь ещё и позволит этому чудовищу уничтожить меня. Да он просто гад!
Жуткое существо снова ужалило меня чёрным языком прямо в плечо. Одежда моя была уже порвана острыми когтями и свисала лохмотьями. Я вскрикнула от боли, а потом резким ударом кулака отбросила это нечто аж до середины зала. Существо удивлённо зашипело и сгруппировалось для прыжка. А я уже встала на ноги и ждала его.
Оно прыгнуло на меня, но не сбило с ног. Я ухватила его за тонкую жилистую шею и швырнула прямо в клетку. Эта тварь запищала, ударившись о прутья, и решила скрыться куда-нибудь, но было поздно. Наконец мне посчастливилось поймать её, швырнуть вниз, с силой ударив головой о холодные плиты пола, и сделать то, что надо было сделать уже давно. У нее оказалась красная кровь, как у всех позвоночных.
Я вырвала из груди твари сердце и отшвырнула в сторону. От большого количества красного цвета у меня опять затуманился взгляд и зазвенело в ушах. Закрыв глаза, я сделала несколько глубоких вдохов и вновь посмотрела на пол. На лужу крови, на поломанное тело у меня под ногами, на женскую развороченную грудную клетку. На лицо моей матери, смотрящей в потолок остекленевшими безжизненными глазами, в которых застыл ужас…
Мама-а?! Её пшеничные волосы разметались по полу, образуя нимб вокруг головы, и почти полностью пропитались кровью. Упав на колени, я кричала так долго, пока не охрипла. Дракула аплодировал стоя.
– Браво. Ты сделала всё идеально. Я же говорил, что ты убьёшь свою мать? Я обещал тебе это? Теперь ты полностью освободилась и сможешь верно служить мне и нашему роду, когда придёшь в себя.
Он развернулся и ушёл. Куда? Как? Где выход из этой камеры пыток? Какая разница…
Меня трясло. Я свернулась калачиком, прижавшись к холодному телу мамы, и долго лежала так, глядя на её лицо, пока наконец не заснула…
– Ха, я ищу её по всему замку, а она тут развалилась на полу, – услышала я голос Марии. – Сестра, мы, конечно, мертвы и не можем застудить органы, но господарше из рода Басарабов валяться на грязном полу – это…
– Я убила свою маму, – не разлепляя заплаканных глаз, сказала я сестре. Голова гудела, как медный котёл.
– Когда ты успела? И где тело? Ну не съела же ты её, мы ведь не людоеды.
…Я тут же села и открыла глаза. Лужи крови на полу не было. Остывшее тело моей матери исчезло. И клетка в углу была абсолютно цела. В ней кто-то сидел и не шевелился. Поднявшись на ноги и подойдя поближе, я увидела манекен. Обычный китайский манекен, такие стоят на рынке или в дешёвых магазинах. Розовый, с размалёванным лицом, криво нарисованными голубыми глазами и в парике цвета блонд. На нём был надет какой-то местами полинявший чёрный деловой костюм – пиджак и юбка. А под пиджаком не было даже рубашки.