Дочь Дракулы

– Вообще-то у нас трёшка. – Я даже обиделась немного. Наша с мамой квартира по современным российским меркам очень даже просторная. Хотя с этими бухарестскими хоромами, конечно, не сравнить…
– Слово-то какое: «трё-ошка»?! – горько всхлипнула она, вытирая нос шёлковым рукавом. – Учишься в провинциальном институтике, никаких перспектив, никакой карьеры потом, только в сетевой магазин за кассу, всю жизнь челядь обслуживать!
  
Да она охренела! Я чуть было не завелась, но, подумав…
Вот если совсем уж честно, куда я после института? Связей у мамы нет, чтобы меня по блату пристроить. А без опыта работы свежевыпущенного бухгалтера никто не возьмёт…
– Экономишь на всём, из аксов всего две сумки и рюкзак, лифчик вообще с чужой груди, ношеный! А я так не могу-у! Мне надо «Виктория сикрет»! И под сумки-и у меня в гардеробной целый шка-аф!
Она отхлебнула вино уже прямо из бутылки и занюхала долькой апельсина.
– Ты с мамой живёшь, знаешь её, помнишь! А я свою не помню-у! И все постоянно говорят «дочь шлюхи», «дочь шлюхи», убить готова-а…
Ну тут да, в этом плане мне явно больше повезло. Я сочувственно протянула ей бумажный платочек. Мария дважды громко высморкалась и икнула.
– Даже папочка Влад говорит, что я дочь шлюхи. Хотя сам мою мать соблазнил, поматросил и бросил!
Кажется, это я уже слышала, ну да ладно, пусть выговорится. Я подвинула к ней поближе тарелку с ветчиной, но она снова присосалась к бутылке и не отлипла, пока не осушила её всю.
– А чё, вина больше нет? – спросила она, но тут же опять всхлипнула: – Ну а чё, я ж дочь шлюхи, мне можна! Сплю с кем захчу, кого захчу, обескровлю кого захчу, кастрирую, мне всё можна-а, я Мария Бальса, само совершенство, меня все хотя-ат! А тебе везёт, ты стра-ашненькая-а!
В смысле, блин?! Во-первых, мне обидно. Во-вторых, где тут логика вообще?!
Блондинка протянула руку и достала из-под кровати ещё одну бутылку вина, уже початую и закрытую силиконовой пробкой в виде человечка с очень-очень большим… репродуктивным органом. Фу-у!
Она потянула человечка за голову, открыла бутылку и опять глотнула прямо из неё, игнорируя крутые фужеры.
– В тебя вон раб-п влюблён! – всхлипнула она.
– Так тебе что, Бесник нравится?! Так забирай себе, он мне не нужен! Я же не знала, что у тебя к нему чувства!
– Да боже упс…си! – Блондинка небрежно перекрестилась. – На х… ф… чем он мне нуж…жен! Но здор-р-р…во же – любов…фь!
Она скосила глаза к переносице, икнула и с аппетитом сжевала кусочек сыра, чавкая, как собака.
– Я так рар… дар… рада! Так рада, что у м…ня теп…перь есть сест…рёнка! А то всё одна среди этих… муж-жи…ков! Я тя люблю-у… всю!..
Мария повалилась ко мне на колени и заснула, пуская слюну. Чудесно. Просто нет слов. Сестра-алкоголик – горе в семье!
Пару минут я просто сидела. Потом аккуратно переложила её голову на пол, благо что на полу ковролин, она не замёрзнет. Накрыла её покрывалом с кровати, взяла телефон и пошла на кухню.
Вообще-то я не любитель хозяйничать на чужой территории, но пора бы и мне позавтракать. А элитный алкоголь с утра – уж точно не моя история.
…Кофе нашёлся в подвесном ящике у окна. Рядом стояла настоящая турецкая джезва. То есть выглядела она как турецкая, а где её сделали, мне неизвестно. Маме подобную привозили в подарок из Кисловодска. Эта, конечно, была намного круче кисловодской. Тяжёлая, блестящая, похожа на медную, с дорогой деревянной ручкой, которая не болтается, а сидит как влитая. Варить кофе в такой одно удовольствие…
Я всыпала в джезву две ложки с горкой, несколько секунд прокалила на электрической плите, а потом залила холодной водой, слушая шипение раскалённого металла. Через пару минут свежий кофе был готов.
На столе меня ждали остатки сыра и ветчины, пара долек апельсина. Нормально. Вылив кофе в первую попавшуюся кружку, я устроилась за столом и открыла телефон.
Быстренько отправила маме стикер: «С добрым утром!»
Проигнорировала очередной вопрос Бесника: «Где вы?»
Смысл отвечать, если я не знаю, где я? Ну вот сижу на кухне, пью кофе. Что ему это даст? Геолокация почему-то не работала, координаты на карте не определялись. Кроме того, Мария намекнула, что у моего папочки Влада Дракулы далеко идущие планы с моим участием, накрепко завязанные древним конфликтом с его братом-мусульманином, тоже большой шишкой в своей среде, но ничего более конкретного до сих пор не сказала.
Вполне возможно, что это лишь её больная фантазия, не знаю. Как и то, является ли она настоящим вампиром. Но даже если и притворяется, то, по крайней мере, кровь из той женщины она пила вполне натурально…
– Завтракаешь? – Мария стояла в проходе, как статуэтка.
– Угу.
– Угукаешь, как сова, – проворчала сестричка. – Господаршам из рода Басарабов так себя вести не подобает.
– Никакая я не господарша, – возразила я. – Будешь кофе?
– Нет, у меня другие предпочтения… – Она достала из холодильника пакет с чем-то тёмно-красным, буквально на пару секунд бросила его в микроволновку, потом обрезала уголок ножницами и вылила содержимое в высокий бокал.
Я сразу поняла, что это. У пакета слишком специфическая форма. И стойкий металлический запах тоже не оставлял вариантов. Кровь. Она хранит в холодильнике кровь.
– Тебе налить? – спросила блондинка.
Я отрицательно помотала головой. Этого ещё не хватало. Эта кровь должна была спасти кому-то жизнь!
– Я же вижу, что ты хочешь.
Вообще-то я действительно хотела. Совсем немного. Всего пары глотков было бы достаточно…
Я залпом выпила кофе, обжигая горячим напитком весь язык и нёбо.
– Да-а… – иронично протянула моя сестра. – Все твои проблемы от того, что ты до сих пор не стала полноценным вампиром. В своё время я тоже так мучилась, но в некоторых аспектах мне было проще. Совершенно другая культурная среда, знаешь ли…
– Ты не ответила на вопрос, для чего я здесь, – напомнила я, задумываясь, как же она так быстро протрезвела и выспалась.
– Это подождёт, есть дела поважнее. – Она улыбнулась моему удивлённому взгляду. – Дорогая одежда – это ещё не всё, моя милая. Пора научить тебя быть леди. Маникюр, педикюр, стрижка, укладка, спа-салон…
– Мне это всё не нужно.
– Ещё как нужно. Ты дочь Влада Басараба Дракулы, не забывай об этом. Ты должна выглядеть… – Вместо слов она взмахнула ладонью снизу вверх вдоль своего тела.
Ясно-понятно, я должна быть такой же красоткой. Ну извините, не уродилась, так что ничего не выйдет. И потом, считается, что у любой девушки должна быть некрасивая, но умная подруга. Чем я в этом смысле не устраиваю?
– Первым делом мы купим тебе новый телефон.
– У меня нормальный телефон.
– А должен быть лучший. Какой там сейчас айфон последней модели? Не вижу смысла запоминать эти цифры, они всё равно меняются раз в полгода. Какой ты хочешь? Чёрный, белый, серебристый, золотистый, розовое золото?
– Никакой.
– Ладно, выберу сама. Собирайся.
Но собраться самой у меня не получилось. Блондинка заявила, что «так не ходят», и заставила переодеваться, собрав мне модный лук из того, что мы накупили вчера. А потом внезапно схватила со стола мой телефон, бросила его на пол и раздавила каблуком.
– Ты что?!! – завопила я, кидаясь на неё с кулаками. – Там же мамин телефон! Мне мама может написать!
– Как, неужели ты не помнишь наизусть телефон своей мамочки? Вроде бы люди хоть чему-то научились за века сосуществования с нами и способны разъяснить детям основные правила безопасности.
– Ты разбила мой телефон! Мне его мама подарила!
– Я же сказала, что мы купим новый. Забьёшь в него телефон женщины, которая так дорога тебе, и будешь с ней общаться сколько хочешь. Но не ори, господаршам из рода Басарабов не подобает так противно орать.
  
Я убью её. Я точно её убью. Вот завтра утром распахну на окнах все занавески и буду смотреть, как эта дура превращается в уголёк на солнышке!