Хороший сын (СИ)

 Матушка царица,
 Мячик где хранится?
 Глянь ко мне в карман:
 Только он не там.
Шейла оглядывает весь ряд и каждому улыбается. Я провожу глазами вдоль ряда, вижу в конце Мартину. Она вообще не играет. Она плетет косичку. Ей можно. Мартине никто никогда ничего не скажет.
— Ой, мамочки, чуть не уронила, — говорит кто-то.
Мы все смеемся, а я громче и дольше всех, чтобы понравиться.
— Мамочки, и я чуть не уронила.
— «Глянь ко мне в трусы, только он не там», — поет кто-то.
На самом деле, мы все жутко трусим. Все прикидываются почем зря — не хотят, чтобы Бридж проиграла и потом выдрючивалась.
— У тебя? — Шейла указывает на Лиззи.
— «Глянь ко мне в карман, только он не там», — поет Лиззи и показывает пустые ладони.
— У меня, — говорит Бридж.
Все смеются и кричат «Да!», а Бридж показывает мячик. Положено дать хотя бы две попытки, но у Бридж Маканалли на все свои правила. Она идет к стене — теперь она водит. Кидает мячик, мы все бежим к нему.
Мячик поймала Мэгги. Я подбегаю, встаю с ней рядом. Я ее старший брат. Моя сестренка выиграла. Значит, я страшно крутой, правда? Смотрю на Мартину, а она на меня. Очень веселая игра. Не знаю, чего я там себе напридумывал.
 Матушка царица,
 Мячик где хранится?
 Глянь ко мне в карман:
 Только он не там, —
поем мы все хором.
Бридж оборачивается. Мы, как можем, пытаемся ее надуть. Мэгги-Мелкая страшно взбудоражена — ведь, может, в следующий раз она будет водить. Шейла стоит по другую сторону от Мэгги. Я вижу, что она смотрит на Бридж.
— «Глянь ко мне в карман, только он не там», — поет Шейла, указывая головой на Мэгги.
— Да уж, задачка не для дураков. А вы все просто молодцы, — говорит Бридж.
Девчонки улыбаются, потому что Бридж их похвалила.
— Он… — оглядывает весь ряд, — …у тебя?
Указывает на нашу Мелкую — я так и знал заранее.
Мэгги ушам своим не верит: когда игроков так много, догадаться очень сложно. Мэгги смотрит на меня, а я не знаю, что делать. Пожимаю плечами, улыбаюсь, мол, «ну, вот видишь». Надо же что-то сделать. Мэгги смотрит на меня: «Я не понимаю. Что я не так сделала?» А мне хочется ей сказать, что она-то все сделала как надо.
Мэгги отворачивается, будто говоря: «Да от тебя никакого толку» — и отдает мячик Бридж — та теперь опять будет водить.
Какая все-таки эта Бридж Маканалли дрянь. Но она за это заплатит. Я вам точно говорю. Обманывать мою Мэгги никому не позволено. И обижать ее тоже. Я никому не дам. Внутри все так и бурлит. Как ведьмин котел ненависти. Вот я прямо сейчас. Я ей все скажу. На стене — крупные белые буквы, они пляшут и говорят: «Придет и наш день!»
— Бридж, — зову я.
— Чё?
Слов не выговорить. Поэтому я просто таращусь на нее, а она таращится на меня. Кто Кого Переглядит. Я вижу ее крошечный мозг, размером с блоху, — он пытается сообразить, чего я тут задумал.
— Ты на кого это, блин, таращиться надумал, педик? — шипит она.
Мартина наверняка слышала.
— На тебя! — отвечаю я.
Это я ради Мэгги.
— Фу-ты ну-ты! — Она втягивает воздух сквозь зубы. — Все, Доннелли, наигрался. Чтоб я тебя больше не видела. Пошел вон отсюда!
— Думаешь, ты круче всех, потому что твой папаня в тюрьме?
Бомба взорвалась — и весь мир замер.
— Что ты сказал про моего папаню?! — орет Бридж, и заклятие разрушается.
Я не отвечаю. Смелость моя уже выдохлась.
— И у него еще хватает наглости говорить про чужого папаню! — верещит она громко-громко. — А мы, между прочим, все знаем, что его папаня — безмозглый псих, бегает по улицам и орет. А еще он алкоголик.
Все внимательно слушают.
— А вот и нет! — ору я в ответ. — Мой папа уехал в Америку. Работает, зарабатывает деньги, скоро пришлет их сюда, и мы поедем к нему жить.
 
Складываю руки на груди, чтобы все видели, что я взял верх.
— А моя Ма говорит, что твой папаня ошивается в городе с другими пьянчугами, валяется на тротуаре и выпрашивает денег.
Не могу поверить. Да как он мог так с нами поступить? Чтоб он СДОХ. Нет, не просто сдох, пусть его уничтожат, будто никогда и не было. Теперь она взяла верх. С его помощью.
Спокойно, проверь базу данных. Это она думает, что взяла верх.
— Ну а твой папаня? Ты считаешь, что он в тюрьме, потому что он такой крутой боец ИРА, а он в тюрьме, потому что спер мешок колбасы!
Кто-то хихикает. Другие просто обалдели и замерли. Бридж смотрит на меня так, будто я дал ей по физиономии.
— А вот я теперь нажалуюсь на тебя своему папе, и он тебя убьет. Считай, что ты покойник, Доннелли. Я на тебя в ИРА нажалуюсь.
— Микки, а ну иди сюда, сию же минуту! — кричит Ма. Она-то когда вышла из дома? Тетя Катлин идет по улице, смотрит на нас. — Ты что, не слышишь, что я тебя зову? — кричит Ма.
Бросаю на Бридж самый что ни на есть страшный взгляд.
— Ты покойник, Доннелли.
Бегу через пустырь к Ма.
— Иди-ка сюда, быстро!
Не отвечаю, проскакиваю мимо, чтобы не получить по голове. Сажусь на стул, перед которым раньше стоял телевизор, болтаю ногами. Какая же все-таки дрянь эта Бридж Маканалли. Просто убил бы.
— Чего она там тебе наговорила? — Ма стоит у дверей, глядя на девчонок.
— Ничего.
— К этой не суйся. И вообще, ни к чему тебе водиться с девчонками. Ты уже большой для этого.
А я, блин, пошел с ними играть только ради Ма. Ничего себе! Погодите. Я просто плохо соображаю. Она имела в виду, что мне нужно играть с мальчишками, не с девчонками.
И что теперь Бридж сделает? Найдет способ меня убить.
Входит Мэгги. Она все слышала про Папаню. Сейчас я ее утешу.
— Иди сюда! — Широко раскидываю руки.
— Почему ты всегда все портишь?! — выпаливает она. — Лучше бы ты вообще не был моим братом!
И убегает.
Вижу в окно, как Мелкая подходит к Бридж и другим девчонкам, они сворачивают в проулок. У меня сжимается сердце. Вижу в окне свое отражение. Это другой я. Мой призрак. Может быть, я только что умер.
 17 
 НЕДЕЛЯ ДО СВЯТОГО ГАБРИЭЛЯ 
— Вот, эта последняя, Киллер.
В ладонях куча заноз, да и болят они здорово. Верчу мешок со щепками, закручиваю верхнюю часть, завязываю на узел. В тачку, к остальным. Если бы не желание держать свою новую работу в тайне, можно было бы начать собственное дело. «Щепки от Доннелли — в кухне ли, в доме ли». Это в качестве рекламы. Надеюсь, первой партии хватит, чтобы заплатить за продукты и подсунуть немножко Ма в кошелек. Потом помогу ей рассчитаться с Минни. А потом начну копить на билет в США.
Щепа нужна всем — на огне подогревают воду. Ну, не всем. Богатые используют водогреи. Они есть во всех новых домах. Водогреи. У нас тоже будет, когда наш дом снесут, а нам дадут новый.
Двенадцать мешков я собирал целую вечность. Бедный топорик дяди Джона уже ни на что не годен. Кивает головкой каждый раз, как я им тюкаю.
Уже почти стемнело, так что надо спешить.
— Пока, Киллер. Веди себя хорошо.
Пчела-золотая рыбка лежит мертвая на дне банки. Надеюсь, ее призрак теперь рядом с Киллером. Банку я не тронул — пусть там будет ее могила, прямо рядом с Киллером.
Нюхальщики клея опять явились, впервые за уж и не знаю сколько времени. Я за ними следил. Выжидал.
Толкаю тачку, взятую у костра, через Яичное поле к яичной фабрике. По буграм она идет плохо. Каждый раз, когда на повороте какой-нибудь кривоватый бугор попадается на пути колеса, оно застревает. Мальчишки, готовившие костер, уделали ее вусмерть с помощью огромного молотка, а потом бросили рядом со сгоревшими домами.