Удача бродяги: Рядом, но не вместе (СИ)

Я подключилась к чалке Мозеса и поняла, что здесь нужна солидная юридическая фирма, меня одной не хватит. Наверное, на это он и рассчитывал…
Я же всего лишь студент! Даже коп не настоящий!
Добросовестно полистав копии договоров, я покачала годовой и отключилась.
– Это займет много времени.
– Да уж, мои юристы месяц работали над согласованиями. Так что, вы говорите, привело вас в наши владения?
Он усмехнулся. Общий вид совершенно безмятежный, а взгляд – серьезный и такой, словно он хочет увидеть меня насквозь.
– Мира. Одна из здешних обитательниц. Она пыталась сбежать, вы знаете.
– Да, прискорбный факт, но вам-то что до того?
– Мы с ней познакомились и долго разговаривали. Ее рассказы заставили меня заподозрить некую аферу. Не так давно мне рассказывали о чем-то подобном. Но если вы говорите, что все законно… если позволите, я скопирую себе образцы документов.
– Да разумеется! Да если вы так беспокоитесь, я лично! – он сделала паузу, показывая значимость момента, – лично провожу вас к нам на катер, и вы сможете убедиться, что группа отправится в дальнейший путь в приличных условиях, не хуже, чем на «Регине». Посмотрите каюты, маршрутные листы, все что угодно! Нам проблемы с полицией ни к чему!
Кофе был очень сладкий.
Речи Мозеса – тоже, но при этом я прямо печенкой чуяла – врет. Врет в глаза, знает, что я это знаю, но при том совершенно уверен, что ему ничего не грозит. Документы у него и вправду должны быть в порядке, иначе он так легко не впаривал бы их мне.
Очень хотелось оказаться как можно дальше отсюда и как можно быстрей. Предупреждал же Нордвелл держаться от этого человека подальше! И был прав, тысячу раз прав! Мозес опасный, опытный преступник. Куда уж мне распутать его планы! Выбраться бы живой из этой передряги…
– Вы очень любезны! Я с удовольствием воспользуюсь вашим предложением!
Вот так! Потому что отважные юные полицейские никогда не сдаются!
Медея сверху казалась паутиной, брошенной на поверхность бурого планетоида: станцию когда-то строили по блочному принципу, постепенно расширяя ее за счет присоединения все новых сегментов, отбуксированных прямиком из Солнечной в почти готовом виде.
А изнутри рассмотреть мне ее не удалось. «Регина» висела в паре километров от Медеи – такие большие корабли не умеют опускаться на грунт. Но к ней тут же причалили корабли обслуживания и легкие катера, готовые отправить пассажиров на станцию или же на другой рейс.
Если Мозес рассчитывал, что я испугаюсь и передумаю, то он ошибся. Всего через четверть часа после официального объявления о стоянке я уже была у сектора «Е». Со стороны все выглядело очень прилично: группа пассажиров покидала рейс. Поплавки с личным имуществом, взволнованные дети. Нервничающие старики – а вдруг что-то важное осталось в каюте? И понадобится вот прямо сейчас?
Охрана из команды Мозеса на людях вела себя корректно. Они, по большей части, просто тихо стояли вдоль стен. Никто лишний к сектантам не прорвется, а с другой стороны, никто оттуда не сможет выбраться наружу…
Мозес заметил меня, по-лошадиному улыбнулся, поманил: иди сюда, только тебя ждем!
Я кивнула. Обнаружила глазами Миру. Рядом нашелся и рыжебровый мальчишка со следами синяка на лице. Ну, хотя бы живы.
Мира меня тоже увидела. Шепнула что-то отчиму. Тот кивнул.
Мозес обрадовался мне, как потерянной в давние времена любимой племяннице:
– Рад, рад, сеньорита, что вы с нами! Как видите, у нас все организовано на хорошем уровне.
– Вижу! – Надеюсь, моя улыбка получилась не менее лучезарной.
– Транспортный катер уже вылетел. Надо немного подождать.
– Хорошо. С вашего позволения, я поговорю с приалем, – обрадовала я его. И тут же отступила в толпу возбужденных путешественников. Впрочем, приаль среди них выделялся, как белый айсберг среди северных волн.
Мира, заметив меня рядом, подбежала и доверчиво схватила за руку:
– За мной наблюдали! Я думаю, они что-то подозревают… – шепнула она.
– Приаль знает, кто такой Мозес?
 
– Отчим с ним не разговаривал… но мне кажется… две последние проповеди были про смирение и про тернистый путь избранных…
– Ясно. Значит, бороться с ними он не станет.
– У них станнеры. Мне кажется, наши боятся. Может, стоило всем рассказать… а сейчас уже никто не поверит.
Я покачала головой. Устраивать мятеж в одно лицо – смешно и недальновидно. Если даже сейчас кинуть клич: «Народ! Вас предали! Бей негодяев!», народ только коллективно покрутит пальцем у виска.
Хорошо хоть перед стоянкой мы со старпомом убедили капитана предупредить полицию Медеи. Пусть хотя бы проверят их корабль. Капитана-то здешние полицейские послушают. А меня могли всерьез и не воспринять. Меня вообще удручающе редко принимают всерьез. Особенно один беловолосый… бессовестный пират…
Но с этим ничего не поделаешь.
– Полиция Медеи их проверит, – шепнула я в ответ. – Надеюсь, не отвертятся.
До приаля я добраться не успела. Мигнул и ярче загорелся свет у шлюза, диафрагма его плавно раздвинулась.
Ну, вот и все. Теперь от меня мало что будет зависеть.
Переход занял минуту. Судно, как оказалось, принадлежало станции обслуживания, внутри везде пестрела их символика. Несколько рядов кресел, настраиваемый свет, надежная внутренняя сетка с возможностью в реальном времени наблюдать отправление с Медеи различных кораблей. Никаких иллюминаторов, зато переборки приятных бежево-кремовых тонов и у каждого кресла – индивидуальный дозатор напитков.
Я устроилась поближе к выходу. Рядом молодая мама пыталась пристегнуть к сидению вертлявую девочку лет семи. Балахон ребенку был явно великоват, и временами казалось, что она вот-вот вывернется и из маминых рук и из ремней и из своей одежки.
Полет длился от силы десять минут, но я уже чувствовала, что ничего криминального на борту не увижу. Иначе бы меня не позвали, да еще так радостно.
И действительно. Судя по всему, это был небольшой, относительно новый корабль. Он еще не успел обрасти индивидуальными чертами и приметами: гладкие безликие панели, все осветители работают, но свет холодный, «офисный». Даже от кухни не доносится никаких особенных запахов.
Тихо, на грани слуха гудит вентиляция.
Весь шум, и приглушенные голоса, и шарканье шагов, и одежд – все принесли с собой люди.
Нас встретил сутуловатый юноша одетый неброско, но видно, что дорого: это не обычная спецовка, это шитый на заказ корпоративный костюм: модный тюлень. Даже глазки-бусинки блестят бессмысленным антрацитом.
– Добро пожаловать на борт! – без особой радости сообщил он гостям, – я покажу вам ваши каюты согласно спискам. Прошу не отставать.
– А вы, офицер, – окликнул меня Мозес, – пройдемте со мной. Покажу вам, что здесь и как, познакомлю с экипажем.
Здесь Мозес немного расслабился и, кажется, действительно чувствовал себя дома. Ой, мамочки, а обратно-то они меня отпустят? И хорошо бы, если бы отпустили до того, как полиция Медеи начнет проверку… если начнет.
«Регина» пробудет на Медее несколько часов, это и ее порт, и ее ремонтная база, как сказал капитан. Они будут менять воздушные фильтры и продувать вентиляцию.
Ну, хотя бы не волноваться, что улетят без меня!
– Вот… этот прекрасный кораблик моя компания приобрела совсем недавно, – улыбнулся Мозес, широким жестом приглашая к лифту. – Прекрасное суденышко среднего класса, с грузовым трюмом и двадцатью четырьмя пассажирскими каютами на четыре места каждая.
– Да, неплохо…
– Я говорил, моя компания, в том числе, занимается транспортными перевозками. Вот здесь у нас столовая. Кстати, хотите перекусить?
 
Хочу, чтобы этот фарс побыстрей закончился, но кто ж меня будет слушать…
– Эй, Мозес!... – окликнули моего экскурсовода, – Какого беса мы теряем время? У меня давно все готово…
– Наш механик, – представил Мозес хмурого бородатого дядьку – он на самом деле культурный малый, но сейчас переживает. Наш прилет задержался больше, чем на неделю…