Удача бродяги: Рядом, но не вместе (СИ)

Кажется, бордели ее впечатлили сильнее непосильного труда.
– Прости. Я не подумала. Но я придумала! Предупрежу отчима. И всех. Только не знаю, послушают ли меня. Я же сбежала… запрут же просто… и слушать не будут.
– Да, проблема. А ты знаешь сетевой код твоего отчима?
– Ой.
– Что?
– Мы не пользуемся сетевыми имплантами, это же чужие технологии…
Ага, значит, чай с левата мы пить готовы, а пользоваться плодами иномирского интеллекта – религия не позволяет. Но как обидно-то! Можно было просто вызвать ее отчима на разговор, типа, для возвращения найденной девушки в лоно семьи…
– Так, – сказала я. – на корабле должна быть база всех пассажиров, может, моего допуска хватит, чтобы проверить, тот ли это Мозес… Но как нам убедить твоего отчима... а в каких случаях тебе разрешено находиться где-то одной? Как тебя вообще-то выпустили из вашего сектора?
– Ну… нас водили на медсканер. Всех кто младше шестнадцати стандартных лет. Ну, мы же без имплантов, потому наши данные остались в базе астрополиса, нужны новые…
– И?
– И я задержалась. Специально. А потом потихоньку ушла.
Плохо… что придумать-то?
– А может, я скажу, что встретила кого-то, кто захотел послушать о Боге?
– Торианец! – предложила я. – торианцы все очень любопытны.
– Будет ругать, – покачала головой Мира. – Потом запрет. Потом выслушает…
Хм. У нас оставалось часа два до чайной церемонии, так что и на «ругать» и на «запрёт» время было. Хоть и впритык, кажется.
– Не говори ничего важного. Скажи про чай, что есть возможность приобщить к вашей церкви… ну, меня и двух левата, что ли. Постарайся быть убедительной. И не попасться на глаза Мозесу. Если это тот Мозес, он может догадаться, что ты теперь про него знаешь…
– А где встретимся?
– У сектора левата. Буду ждать до последнего!
– Похоже на план, – кивнула Мира. – Мне нравится! Правда, придется пять минут терпеть нравоучительные речи…
Я приподняла брови: всего пять? Да ее отчим святой…
И вот, мы сидим друг напротив друга в полутемном «салоне» в секторе левата.
Чайная церемония для них – это не просто ритуал, я уже говорила. Это в первую очередь регламент разговора – от самого общего к самому важному. Чтобы ароматы, заботливо смешанные для нас хозяевами, соответствовали настроению, царящему за специальными полупрозрачными «чайными» столиками.
Кто-то из наших профессоров считает, что левата каким-то образом даже слышат запахи.
Допустимые первые темы разговора (я подсмотрела в сетке перед тем, как идти): место, где довелось встретиться. Любимые запахи. Если встретились коллеги или любители одного дела – отвлеченные общие научные теории.
Запах оттеняет разговор. А сам чай – напиток, который не является источником основного запаха, но должен его подчеркивать, пьют в тишине, в те минуты, когда одна тема себя исчерпает, и приходит время перейти к следующей.
Там было еще что-то про длительность чайных пауз, но я не запомнила.
– Скоро такие лайнеры даже в вашем координационном пространстве перестанут эксплуатироваться, – младший из наших серокожих хозяев начал разговор первым, вежливо покачав головой и подождав, не появится ли других желающих. – Корпорации начали закупать новый тип разгонных систем, так что, вероятно, на новых кораблях будет больше свободного пространства и время в пути еще сократится.
– Большинству людей, – улыбнулся Мирин отчим, – между звездными системами доводится путешествовать не чаще одного раза в жизни. И в этом путешествии комфорт не столь существенен, как сама цель. Для нас очень важно понятие «дома»…
Мне он представился наставником Маером. Вот так – без фамилии. Ну, или если Маер – это фамилия, то без личного имени. Ну да, это вам не Ремедайос Августа Адамс-Родригес. А ведь в не таком уж далеком прошлом мое имя могло состоять слов из пятнадцати. Космос многое упрощает.
– Однако ваш вид распространяется по вселенной очень быстро, быстрей многих других. – Вежливо удивился этому утверждению старший из левата.
 
– Одно другому, молодые люди, – хорошо поставленным голосом опытного рассказчика ответил наставник Маер, – совершенно не мешает. Людям нужен дом… свой собственный дом, место, куда можно возвращаться. И чтобы его найти, мы готовы отправиться куда угодно, на другой край вселенной… раз уж так получилось, что в родной системе пригодных для жизни планет всего три и места на них на всех не хватает.
– Интересно то, – продолжил старший из левата, – что о вас в большой вселенной никто так долго ничего не знал. Это удивительно, как, не обладая всегалактическими технологиями, вы смогли самостоятельно колонизировать столько миров, да еще и создали конкурентную инфраструктуру, которую наши ученые только начали изучать!
Мне подумалось, что некоторые разделы этой инфраструктуры, хорошо бы, так и не стали достоянием всегалактичкской культуры – стыда же не оберешься.
– Вот взять этот лайнер! – отметил младший, тот, кто представился мне, как Риг-лия’ар. – с одной стороны, тесно, сложно устроен, относительно медленный. Зато воздух – бесплатно. Никаких гибернационных ячеек, чем грешат наши корабли, есть возможность выкупить сектор и настроить условия под себя. Даже вот, чай дозволен. Торианцы, например, арома-мастров на свои суда не допускают…
Мы еще поговорили о достоинствах человеческих кораблей, но тема оказалась не самой животрепещущей.
Так что время первой чашки (на самом деле – наперстка) чая пришло довольно скоро.
Вторую тему – о семье, здоровье и домашнем укладе, честно отработали Мира и ее отчим: о том, как живет их община, мне тоже было интересно послушать.
Когда же нечаянно речь зашла о моем семействе, я сочла, что это хороший повод подвести разговор к тому, что действительно важно и интересно.
Я сказала:
– Мы с матерью и отчимом живем на острове, на Пуэрто-Кристалл. Не знаю, как эта планета обозначается в ваших каталогах. У нас вилла, небольшое хозяйство и лодка. Это теплая, уютная планета, а дома всегда есть чем заняться. Но кроме этого, у меня есть родной отец. Он – не самый достойный человек в мире, и среди его знакомых есть люди, с которыми я не хотела бы общаться. Но это – тема для следующего чая…
Запах, если так можно сказать, стал резче и глуше. Он оставался очень сильным, но я, вероятно, принюхалась, потому что к пятнадцатой минуте церемонии уже могла различать оттенки. Его нельзя было назвать неприятным. Просто если раньше это было что-то отдаленно – растительное, то сейчас скорей пряное и отчетливо искусственное. Пожалуй, было бы интересно изучить эту их церемонию поглубже… когда-нибудь.
Кстати о чае… чай нам предложили обыкновенный, на основе классических природных основ, только с специфической отдушкой. Никакого алкоголя, легкий тонизирующий эффект. Бодрят скорей окружающие запахи.
Я постаралась как можно детальней объяснить и хозяевам, и особенно – гостям, чего именно я опасаюсь и в чем подозреваю господина Мозеса (Анджело он там или Густав – не очень важно). Очень не хотелось выставлять человечество в дурном свете перед лицом чужаков, но и врать было бы некрасиво. Не потому, что левата как то особо чутко реагируют на ложь, они и человеческие эмоции-то не всегда адекватно «переводят», а потому что самой хотелось разобраться в происходящем. При этом интересно, что наставник Маер больше интересовался перспективами контрактников, а левата – экономической целесообразностью использования рабского труда в условиях существования относительно дешевых альтернативных кибер-решений.
 
– …в результате у контрактников один выход, выдавать хозяевам результат за возможность получить контейнер с едой или может, возможность возвращения в отдаленной перспективе. – Закончила я основную мысль. – Вот такая история. И я подозреваю, что один из известных вербовщиков сейчас находится в секторе «Е» нашего корабля, сопровождая группу переселенцев.
– Насколько я понимаю, – посмотрел мне в глаза Риг-лия’ар, – вы же представитель закона и можете его остановить.