Удача бродяги: Рядом, но не вместе (СИ)

Да, он еще слаб, и голова, наверное, у него кружится, но он все равно намного сильней меня.
Оттолкнул. Ухватил и потянул к себе свой ствол. Дернул с усилием, так, что мои пальцы скользнули по рукоятке, вдавливая и нажимая все, что можно вдавить и нажать.
И это тяжелое, неудобное, черное вдруг с силой дернулось, ударило по рукам болезненной отдачей. И по лицу словно брызнуло кипятком.
Далли захлебнулся кровью и осел мне под ноги. Шея у него превратилась в красное месиво.
Я поспешно бросила оружие и отскочила в сторону.
И вдруг сквозь звон в ушах услышала смутно знакомый голос:
– Офицер Родригес, у вас, я смотрю, привычка влипать в истории.
Нордвелл присел снаружи беседки, я могла его слышать, но не видела. Нордвелл! Но он-то как здесь оказался?
Я, наконец, оторвала взгляд от трупа у моих ног и посмотрела на родителей. Живы. Мы каким-то чудом все живы… но это пока. Ничего еще не кончилось.
– Эй! – меня снова окликнули снаружи. – Родригес, вы там как? В состоянии двигаться? Берите родных и бегом к причалам. Ваш скутер, к сожалению, снова выведен из строя, но моя лодка на глубине под скалой. Свистеть умеете?
– Справлюсь.
– Когда поднимитесь на борт, дайте команду «на грунт». Искин вас поймет. С медицинским оборудованием разберетесь сами. Все понятно?
– А вы?
– На острове где-то еще человек пять по моим подсчетам. Идите, я прикрою. А то, как бы они не решили тоже возвращаться к берегу.
Луису было очень больно и тяжело. Но он не жаловался. Они с мамой быстро решили, что я главная, и теперь слушались. Единственное, что я себе позволила – это стянуть салфетку с этажерки в гостиной – это у самого входа, две секунды! Луис, шипя, зажал рану.
Мы помогали ему идти, благо до причалов недалеко. И если бы напавшие знали географию острова, они, может, все пришли бы к нам через дом, а не по берегу. А может, и знали, просто решили исключить случайности.
Мы брели сквозь заросли, а я думала – неужели и на этот раз нападение произошло из-за Нордвелла?
Да нет, ерунда. Далли сразу сказал: у них дело к Ремедайос Родригес. То есть сугубо ко мне. Тогда почему они… почему стреляли в Луиса? Почему седой был готов меня убить?
Да кто они такие?
У нашего причала я увидела вместительную лодку-амфибию, выскочившую носом на берег. У лодки лежал труп еще одного человека в черном. Сколько же смертей… сколько убийств за один всего лишь неполный час…
У берега я свистнула. В два пальца. Как когда-то Луис научил.
Лодка отозвалась. Она вынырнула в тени скалы и ткнулась носом в берег у самых наших ног. И была она точной копией той, что несколько дней назад безвременно почила в океане.
Я обрадовалась знакомой каюте. Быстро нашла аптечку и набор для экстренной помощи и передала маме.
Вышла на бак и, чувствуя себя полной дурой, скомандовала «на грунт». Дрессированная лодка знакомым приятным голосом попросила всех занять сидячее положение, потому что мы готовимся к погружению. И почти сразу за иллюминаторами плеснула нежной зеленью вода.
Я метнулась к посту рулевого – должен же здесь быть выход на внешние каналы связи. Нордвелл, конечно, перестраховщик. Но вот знал ли он заранее, что на Эсмеральде его ждет такая теплая встреча?
Канал береговой полиции, слава духам Океана, нашелся. И я с огромным облегчением увидела перед собой всегда такое невозмутимое лицо шефа Ларди.
– Шеф, на наш дом на острове только что напали. Я… мой отчим ранен, мы едва успели скрыться.
– Родригес, четко. Медленно. Только важное.
– Только что… ну нет, с четверть часа назад. На наш дом на острове Эсмеральда напали неизвестные. С огнестрельным оружием, их много… я не знаю сколько, не знаю. Двое… нет трое, мертвы. Они стреляли в нас. Луис ранен в плечо, потерял много крови. Я нормально, а скутер они уничтожили. Но гуп я в этот раз не потеряла, хотя это не важно. Я там убила человека! Да понимаю. Четко, по делу. Сейчас. Одеты в черное, без каких-то опознавательных знаков. Прибыли на лодке-амфибии, довольно вместительной, спортивной. У одного был полицейский гуп, но не такой, как у нас, крупнее. Огнестрельное оружие у них разное. Есть совсем маленькое, а из которого я… это такая как короткая металлическая трубка с рукояткой и какие-то еще детали выступающие. Не видела таких раньше даже на картинках.
 
– Ремедайос. Не части. Вы сейчас в безопасности?
– Да. Наверное, да. Мы на лодке Нордвелла. Но где он сам, я не знаю. Он остался на острове.
– Хорошо. Оставайтесь на месте. Я отправил экстренное сообщение планетарникам. Им ближе и у них лучше снаряжение. Жаль, что у вас на острове нет телепорта. Держитесь, помощь уже идет.
Я отключилась. Что еще можно сделать? Пояс со всем полицейским оборудованием остался на веранде. Ах, как опрометчиво! Но биосканер все равно сквозь толщу воды не пробился бы. И расстояние… наверняка слишком большое расстояние.
А так было заманчиво последить за событиями на острове прямо отсюда. Впрочем…
Как обращаться к искину лодки я не знала. Потому просто спросила полушепотом:
– Есть ли какой-то обмен данными с владельцем лодки? Связь? Биометрия?
Лодка не отозвалась, но передо мной на контрольной панели появились цифры. Знакомые параметры – полицейские сканеры выдают подобную информацию. Судя по цифрам, Нордвелл в порядке, только пульс чуть выше нормы.
Хорошо. Что еще нужно сделать? Прямо сейчас, прямо здесь. Что?
Я вернулась в каюту. Мама уже, как могла, перевязала Луиса, но это мало помогло – кровь продолжала просачиваться сквозь повязку.
– Ремедайос, – сказала она хрипло, – ты сегодня… ты так уверенно действовала, как будто какой-то другой человек. Я тебя не узнаю.
Луис улыбнулся с койки:
– А я всегда знал, что в тебе это есть, недаром же ты выбрала полицию!
Мама нахмурилась:
– Я считала, что полиция – это не армия. Никогда не думала, что вас там учат стрелять…
– Мам, я нас спасала, – напомнила я. – И я не стреляла. Это случайно вышло. Случайно.
Она покачала головой.
– Прости. Так ты пригласила своего нового знакомого в гости? Это ведь был тот самый молодой человек, из-за которого ты попала в переделку в прошлый раз?
– Мари! – возмутился Луис. – Ремедайос же все тебе рассказала.
Но мама уже выбрала виновника всех бед. Бедный Нордвелл, лучше бы я его тогда арестовала совсем…
– Мам, он появился как раз вовремя. Ты понимаешь, что нас могли убить, если б не он?
– Там где он – всегда неприятности. Я сама его убью при встрече.
Нордвелл вошел в каюту от глубинного шлюза. Мокрый, в порванной одежде. Хотя вру – шорты уцелели. А вот майка, похоже, близко познакомилась с зарослями полосатого лимонника, что каждый сезон разрастается у причалов, Луис едва успевает вырубать. Несколько глубоких царапин остались и на коже.
И я снова это почувствовала – как с его появлением любое помещение словно усыхает. Становится меньше.
– Что там? – тихо спросила я.
– Плохо, они дом подожгли. Не смог помешать. Простите.
Он посмотрел в глаза моей матери, и я поняла, что убивать она его не будет. Но возможно их обоих убьем мы с Луисом – за публичное попрание семейных ценностей.
– Вы ведь Мари Родригес. Приятно познакомиться.
И он – вот гад! – протянул ей руку. А когда она протянула для пожатия свою – весьма галантно и по-светски коснулся ее пальцев губами. Мама, тут же, конечно, растаяла и забыла о коварных планах мести.
Луис, впрочем, прервал идиллию, напомнив о себе легким покашливанием.
– Извините, я вам не мешаю?
 
– Луис Адамс, мой муж.
Нордвелл посерьезнел:
– Как вы? Я смотрю, кровь остановить не получилось. Давайте поменяем повязку. Родригес, надеюсь, вы сообщили о случившемся в полицию и вызвали помощь?
– Конечно. Но им понадобится время, чтобы сюда добраться.
– Похвально. Идите сюда, поможете. Я думаю, Луис, вам будет тяжело сидеть без поддержки. Пуля прошла на вылет, повезло. Но хорошего мало. Давайте, Родригес. Мне надо руки помыть. Садитесь рядом и поддерживайте его, чтобы не упал. Мари, ваша помощь тоже нужна.