Истинная для генерала-дракона (СИ)

Ригран замолчал, но я и сама догадалась, что случится в этом случае.
— Раз в год ты снова обретал крылья? — тихо спросила я.
Он кивнул, оглядываясь на море и вновь сосредотачиваясь на мне.
— Я не церемонился с девушками. Это был просто способ избавится от магии и обрести свободу. Пусть ненадолго, но вспомнить, что я ― дракон…
Сердце сжалось от боли! Я не хотела наказывать его так. Я хотела освободить нас от тяжелых воспоминаний, от необходимости быть связанными на всю жизнь с нелюбимым… А в итоге я забрала у него себя, истинную.
И обрекла на жизнь без крыльев.
Теперь понятно, почему он был таким злым и грубым и даже не пытался мне понравиться.
Не давая себе времени на раздумья, я сделала последний шаг, отделяющий меня от него, и прижалась к мужу, обвивая его сильный торс руками.
Его руки тут же обняли меня. Так мы и стояли. Я ― прислушиваясь к бешеному стуку его сердца, он ― зарываясь носом в мою макушку и с наслаждением вдыхая запах. Как настоящий дракон.
— Ригран… — несмело начала я, — можно я задам тебе несколько вопросов, но ты на них не отвечай, только слушай.
Он тяжело вздохнул, чуть крепче приобнял и отпустил, чтобы я могла задать ему эти вопросы, глядя в глаза.
— Знаю, что тебе будет нелегко, но, прошу, не перебивай, ― попросила я, смутившись его внимательного взгляда.
— Я постараюсь, ― пообещал он, а на его губах появилась вымученная улыбка.
Я судорожно вздохнула, набирая в легкие воздух, и начала:
— Ты помнишь, как я попала во дворец? Моя бабушка, последний старший феникс в роду, ушла…
— Скончалась, — кивнул он, вспоминая эти печальные обстоятельства.
— Да. Знаешь, что странно? Фениксы практически не могут умереть. Даже если очень стараются. У нас даже песенка такая есть… Колыбельная.
Вспомнив ее слова, я поморщилась и добавила:
— Никогда не буду петь ее своим детям!
На этих словах Ригран прерывисто вздохнул, но сдержался, промолчал.
— Странно то, что все фениксы вымерли. Нашли способ погибнуть или выпросить себе смерть.
Я задумчиво посмотрела в сторону моря, словно пыталась найти ответ. Вот только его не было.
— Я спрашивала бабулю, почему так получилось, что практически все бессмертные фениксы ушли. Она ответила, что иногда тяжесть и груз воспоминаний перевешивают желание жить. К сожалению, перерождаясь, фениксы не избавляются от памяти. Продолжают страдать снова и снова, пока это их не сломит.
Из рода фениксов осталась я одна, но не стала напоминать об этом Риграну. Он и так это знал.
— А я не уберег последнюю, — все же прошептал он, словно подслушав мои мысли.
— Ты обещал молчать! — напомнила я.
Муж кивнул и больше не проронил ни слова.
— Вопросы. Я помню. Ты задумывался, почему король отдал меня тебе, хотя мог отдать брату или оставить себе?
Ригран нахмурился, но не ответил.
— Или почему после моей измены я не помнила подробностей? Или почему испытывала такое отвращение к Эшназару, что предпочла ссылку в родовой замок?
Дракон молчал.
— Почему я, последняя из рода фениксов, не попросила защиты от тебя, потерявшего в меня веру, у короля? Он, а особенно его брат, с радостью бы меня приняли! Если истинный отрекается от своей пары, она вольна связать себя узами с любым другим свободным мужчиной! — напомнила я, а Ригран оскалился, выказывая свои недобрые эмоции.
Я подняла руку и погладила подушечкой пальца его губы, полные и жесткие, прячущие острые драконьи клыки.
Я вспомнила, как он целуется! И, черт возьми, клыки делали ощущения от поцелуев только пикантнее.
Если я смогу достучаться до него, то сегодня же освежу свои воспоминания не только о поцелуях!
— Последний вопрос, — пообещала я, когда Ригран обхватил мой палец губами и облизал, снова считывая мои мысли.
Ох, я помню, что умел вытворять мой муж своим языком! Но нельзя отклоняться, если хотим понять, есть ли у нас будущее.
— Почему я предпочла умереть, а не жить под покровительством королевской семьи?
Я замолчала, а Ригран, снова тяжело вздохнув, притянул меня к себе и обнял.
 
Порывы ветра усилились, стало холоднее, но в объятиях мужа было жарко.
— Теперь выслушаешь меня? — пробормотал он в мою макушку.
— Да.
— Но с тем же условием: не перебивай.
Я кивнула и потерлась щекой о его грудь, как когда-то в забытые и снова воскресшие времена.
— Я очень сожалею, что не поверил тебе. Что запер в замке. Что привязал к кровати и издевался над тобой, заставляя забыть прикосновения Эшназара…
Я вздрогнула. Моя память была на удивление услужливой. Она постаралась не вытаскивать на свет все те ужасы, которые творил со мной Ригран, чтобы я забыла ночь с принцем и его ласки. Но на подсознании я все равно шарахалась от прикосновений Ригра, когда только вернулась в этот мир и к нему.
— Я должен был поверить тебе, но очень боялся, что ты выдашь ребенка принца за моего. Прости меня, труса.
Я молчала. Обещала же. А вот его мое молчание не устроило, и он откинул голову, чтобы заглянуть мне в лицо.
— Сейчас я бы так не поступил! Я приму любого ребенка от тебя. Ведь он твой!
Я фыркнула и ударила его кулаком по груди, чтобы не говорил глупостей.
— Что я должен сделать, чтобы ты осталась со мной? Дала мне еще один шанс?
Я задумалась, но думала недолго, когда почувствовала губы Риграна на своем виске, потом ниже, по щеке, скуле, пока он не прижал их к моим.
Нежно. Просяще. Но как-то нерешительно.
— А ты уверен, что я твоя избранная, а не Арлиза? — не смогла не поддеть я своего дракона.
Ригран отпрянул, но не отпустил, продолжая прижимать к себе.
— Это можешь быть только ты. Я верю, что судьба вернула мне тебя, чтобы я смог исправить свои ошибки.
Вот в это я тоже верила! Приятно, что Ригр думал так же.
— Как только ты выпала из портала, со мной стало твориться что-то непонятное. Я каждый раз ловил себя на странном ощущении, что знаю тебя. Жесты, поворот головы. Даже ругалась ты так, как делала это Эсми…
Он опять замолчал, а потом неожиданно спросил:
— А какое твое настоящее имя? Почему во сне ты называла себя Эсми?
— Эсмеральда, — представилась я Риграну, спустя неделю и одну попытку меня сжечь.
— Эсми… Это совпадение тоже показалось мне странным, — признался он. — Я иногда специально заставлял тебя зиться, чтобы понять, разыгрываешь ты меня или мне все привиделось.
— Я не разыгрывала! И сейчас думаю, что лучше бы и ничего не вспоминала. Так хорошо было бы начать заново, с чистого листа, — с сожалением пожаловалась я.
— Я надеюсь, мы сможем начать сначала.
— Тогда давай отпустим прошлое, чтобы начать все заново. Как ты понял, что я твоя избранная?
Ригран улыбнулся, показывая мне свои клыки.
— В тот день, когда застал тебя в нашей спальне, в платье моей Эсми, тогда я думал, что у меня начались галлюцинации, но я хотел бы сойти с ума, чтобы Эсми осталась со мной, пусть даже призраком.
— Помню тот день, — недовольно заворчала я. — Ты так сильно швырнул меня об стену, что я чуть доползла до комнаты в башне.
— Прости. Я рассвирепел. Я был обманут. Ты оказалась не Эсми… Не той Эсми. В общем, прости. Я взбесился. Даже запланировал взять тебя силой и тем же днем отправить в академию. Рядом с тобой оживали призраки прошлого, и я становился еще несчастнее. Я страдал!
— За некоторые свои поступки ты должен был пострадать, Ригран, — невозмутимо напомнила я. — Так почему ты не пришел и не взял меня в тот день?
— Эм… Как ты помнишь, тогда случилось два события.
Я нахмурилась. Первое ― меня поймали в моей бывшей спальне в моем старом торжественном платье. А второе?
— Портал сработал в третий раз за короткое время, — подсказал дракон.
— Точно! Вечером появились Арлиза!
— Да, — удрученно подтвердил Ригр. — А у меня разрослась вязь. И это случилось до ее появления.
— Что?! — возмутилась я. — Ты же сказал нам, что не знаешь, кто твоя избранная!