Истинная для генерала-дракона (СИ)

― Эсми, ты ещё долго? Я распорядился найти Арлизу, и скоро…
Ригр не успел договорить. В комнату ворвалась блондиночка.
― Беда, Ригр, там… ― запыхавшимся голосом проговорила девушка. Я даже привстала, чтобы видеть ее. В белых волосах блонди запеклась кровь. Похоже, ей тоже досталось любви от Изиавеллы. ― Принцесса ― чистое зло. На конюшнях…
― Не старайся, ― проговорила я, махая рукой из-за ширмы. ― Сейчас домоюсь и выйду. И всем будет счастье, ― хотелось сказать иначе, погрубее, но я решила сдержаться.
― То есть как?! Я, значит, бегаю по всему замку, ищу чем тушить, собираю народ, зову на помощь… А ты моешься?
― Ага, моюсь. Уже выхожу.
Служанки помогли мне закутаться в пушистое полотенце, и я явилась миру ― чистенькая и новенькая.
― Смотреть будешь? Ригр вот скорее всего будет. Уже и лучшее место занял.
― На кого? ― вскинулась Арлиза.
― На меня, ― и я потянула завёрнутый край полотенца.
То, что мне захотелось понервировать блондиночку, говорило о внутреннем спокойствии. А значит, все было не так плохо.
Движение моих рук остановил аплодисментами Ригр. До этого он молчал, а тут решил вмешаться.
― Эсми, пожалей Арлизу. Она же хотела помочь, ― посмотрел он на меня с упреком.
Как мило! Ригр заступается за блондиночку. А своей любимой, истинной, когда-то не поверил.
Я не простила его тогда… И теперь ― не прощу!
В сердце зародились сомнения: а стоило ли вообще говорить о том, что я вспомнила наше общее прошлое? Вот пускай бы отправили меня из дома, а сами… Да. Сами разбирались со всем этим клубком интриг и замыслов.
Изиавеллу, гадину чешуйчатую, хотелось бы, конечно, придушить лично. Судя по всему, она влюблена в моего дракона. Какова змеюка… Настоящая принцесса: не жалеет никого, кто встанет на ее пути!
― Жалость ― порок слабаков! ― выплюнула я обидные обвинения и многозначительно посмотрела на Ригра.
― Так, понятно, ― ожила Арлиза, ― кто-то изнемогает от ревности.
― Еще чего! ― фыркнула я и только собралась скрыться за ширмой, чтобы натянуть пижамку и скрыть все свои достоинства, как Ригр перехватил мою руку и прижался к ней губами.
Я хотела возмутиться и высказать дракону за его неподобающее поведение при людях, но он поймал мою вторую руку и положил в вырез своей рубашки.
Шепнул вопросительно:
― Чувствуешь?
Сначала я не поняла, о чем он, затем почувствовала, что от мужчины исходит невероятный жар.
Нет, он не заболел. В этом крылось нечто совсем иное. Ригр не стал играть в кошки-мышки и напускать таинственности. Отступив на шаг, он поднял руки и быстро избавился от рубашки. Вот так. Собиралась скинуть полотенечко я, а в результате обнажился он.
― Может, мы все-таки поищем принцессу? ― пискнула Арлиза.
Лицо девушки покрылось густым румянцем. Наверняка она не сгорала от стыда, а разрумянилась от того, что Ригр, демонстрируя свой мощный торс, обвитый мышцами словно тугими канатами, вызывал у нее не просто интерес, а неподдельное желание.
Меня канаты интересовали меньше. Я заметила, что серебристая вязь разрослась практически по всему его телу. Она стала более темной, а ответвления, берущие свое начало от плеча, успешно переползли на мощную шею, великолепную грудь и тренированный пресс.
Самые мелкие завитки магической тату уходили вниз ― туда, где бугрилось под обтягивающей тканью драконьих штанов его естество.
Ригр повернулся ко мне и боком, и спиной, как будто показывая себя и желая получить мое признание. Озвучивать его и не требовалось, потому что от увиденного у меня настолько захватило дух и разум, что я замерла. Чуть отдышавшись, прикрикнула на Арлизу, повторив некогда сказанную ею фразу:
― Выйди!
Мне не хотелось делить этого восхитительного мужчину ни с кем. И тем более не хотелось, чтобы блондиночка пожирала его настолько заинтересованным взглядом.
― Ой, все… Давно бы уже могли, а не вот это все… ― вскинулась Арлиза, отступив назад к двери. ― Между прочим, ее высочество хотела нас всех устранить. Но вам же не до нее сейчас?
― Выйди! ― раздался рык. Он исходил уже от Ригра. ― Все вон!
 
В смысле ― все? Я только лишь успела широко раскрыть глаза, и меня едва не снесло с ног ошеломительной волной от его пронзительного взгляда, наполненного страстью.
Кажется такое уже было, и в прошлый раз я доверяла ему всецело. Ему одному.
Весь мир пропал, потонул в тумане. Я видела только глаза Ригра, его губы, которые шептали что-то ласковое. Потянулась, вставая на цыпочки, так сильно хотела ощутить его поцелуй. Сладкий и пьянящий, как в первый раз.
― Эсми, ― выдохнул он, ― ты моя! Только моя. Эшназар…
― Что?! ― перебила его. Имя проклятого принца заставило меня вынырнуть из любовного угара и вспомнить. ― Что ты сказал?!
― Эшназар никогда не получит тебя, ― снова начал Ригр, а я застонала.
Не от страсти, а от боли, которая проснулась в моей душе.
Неужели за столько лет он так ничего не понял? Не понял и не простил?!
Я с трудом сдержалась, чтобы не закричать. На секунду мне показалось, что легкие забиты стеклянной крошкой, которая раздирает их в клочья при каждом вдохе.
Больно! Как же мне стало больно.
― Эсми? ― встревожился муж, наконец-то осознав, что я застыла в его объятиях. ― Что-то не так? ― нахмурился он, слегка отодвигаясь от меня. ― Я был напорист и сжимал тебя слишком сильно? Прости, я так долго тебя ждал…
Я промолчала. Прикрыла глаза и тяжело вздохнула. Все как всегда. Кто о чем, а Ригр только о себе. Он опять не видит ничего, кроме того, что хочет видеть.
― Эсми, ― он слегка улыбнулся и снова потянулся мне, словно желая продолжить, ― не бойся, я никогда не сделаю тебе больно.
А я невольно отпрянула. Как он может делать вид, что ничего не произошло?
Но он опять понял все по-своему. Не стал удерживать. Опустил руки. Отступил на шаг. Отвернулся. Кадык на его шее судорожно дернулся. И я поняла: если прямо сейчас ничего не сделаю, то этот упрямый, как сотня баранов, дракон заставит меня уйти от него, решив за нас обоих, что так будет лучше.
― Ригр, ― позвала я его. И сама не ожидала, что получится так жалобно. ― Ты ничуть не изменился. Я думала, ты простил меня. Но ты такой же, как раньше…
― А я думал ты любила меня. Такого, как есть, ― в голосе любимого звучала та же боль, которую чувствовала я. ― Я должен был догадаться, что вы с Эшназаром…
― Нет! Нет! ― Отчаянно замотала я головой. Меня заколотило. Опять все так же, как тогда.
Он мне не верит!
Я закричала громко и отчаянно:
― Я не с Эшназаром! Я с тобой!
Он усмехнулся, все еще глядя в сторону. А я знала, что стоит ему повернуться, и я снова увижу тот же страшный и холодный взгляд. И тогда ничто не спасет нас от еще одной разлуки.
― Ригр, ― выдохнула я.
Слезы хлынули из глаз, а горло сжали спазмы, мешая говорить. Но я должна была сказать ему это еще раз.
― Ригр, у меня ничего не было с Эшназаром. Я не знаю, что произошло в ту ночь, и как он оказался в моей спальне. ― Он хмыкнул. Я всхлипнула и прошептала, ― ты не веришь мне. Ты снова мне не веришь…
― А должен? ― Он повернулся, и я поежилась от ледяного холода в его глазах. ― Я видел вас, Эсми. Видел своими глазами, как вы обнимались в нашей постели. И ты улыбалась во сне. Обнимала его и улыбалась!
Он снова усмехнулся. Сделал шаг ко мне, нависнув надо мной, как скала. Холодная бездушная скала.
― И знаешь, что самое ужасное, Эсми? Я готов был простить тебя. Если бы ты призналась в том, что совершила. Если бы сказала, что ошиблась, и хочешь быть со мной. Но! ― Он сделал паузу и, выпуская ярость на волю, проревел, ― но ты мне врешь! Изворачиваешься! Хитришь! Зачем ты мне врешь?!
― Я не вру, ― прорыдала я, но он уже не слышал.
Он сбежал, оставив меня в комнате совсем одну.
Плакала я долго. А потом просто лежала в постели, бездумно глядя в потолок, не в силах встать и жить дальше.
День закончился. Тени вытянулись, а тьма тихо выползла из углов моей комнаты.