Бастард рода Неллеров. Книга 6

– Буди милорда и пригласи гостя, – дал команду вызванной служанке.
Визитёра встретил в повседневной сутане, под которой у меня спрятан на всякий случай кинжал. Не понадобится. Лицо монаха я узнал, мой человек.
– Ваше преподобие, – низко поклонился он.
– Как добрались? – спросил я, доброжелательно кивнув, заняв место в кресле и предложив ему сесть на диван.
Прежде чем последовать приглашению, он извлёк из небольшой поясной сумки три свитка и протянул их мне.
  
– Послания от герцогини, маркизы и миледи Неллерских, – пояснил и следом достал оттуда же более внушительный пергамент. – А это от преднастоятеля баронета Михаила.
Лучше бы мне Георг или Алекс, казначей, написали, им я как-то больше доверяю, но субординация, она и в Африке, то есть в Паргее субординация.
Отложил письма пока на стол, успею ещё почитать, и внимательно выслушал рассказ брата Олега о его поездке, а также краткое перечисление доставленных товаров.
Очень хорошей новостью оказалось то, что с караваном привезли аж три, а не две, как я рассчитывал, штуки готлинских ходиков. Могу теперь и королеве-матери одни презентовать. Всё же она взяла под покровительство миледи Берту из Новинок, ту, на которую я, что называется, глаз положил. Кстати, вполне возможно, сегодня её увижу. Занятия в университете, как понимаю, до полудня.
Правда, демонстрировать к бывшей крестьянке слишком большое внимание, пожалуй, не стоит. Прошлую нашу встречу можно было объяснить обычными интересом и заботой о попутчице, новые же знаки внимания, вполне возможно, раскроют планы на привлечение миледи Берты к вассалитету роду Неллеров, а такие подозрения мне совсем не нужны. У нас с тётушкой Никой получилась удачная интрига, Наказующие остались с носом, так что не нужно всё портить.
– Я с собой ходики принёс, – обрадовал брат Олег. – Сказал рабу, чтобы передал вашим караульным на входе. И ещё с нами в караване ехали двое благородных, они просили сообщить вам, что всегда к вашим услугам.
Да, есть тут такое. Представители герцогских родов, находясь в столице, оказывают всемерное содействие дворянам своей провинции, в свою очередь имея право полагаться и на их поддержку. Подобие нашего землячества, правда, без образования диаспор.
– Кто такие? – спросил без особого интереса.
– Виконт, младший виконт Виталий Готлинский и баронет Рон Вирн, – огорошил меня монах. – Они прибыли в Рансбур надолго и готовы войти в вашу свиту. Вам ведь не помешает сопровождение из благородных. Они оба остановились в гостинице «Большая кружка» и готовы нанести вам визит, как только вы сочтёте возможным их принять.
В гробу я видал такую свиту. Второго из названных совсем не знаю, кажется, а может, где-то на войне в армии пересекались, а вот первый хорошо знаком. Придурок конченый. Чего ему тут понадобилось? Приехал на ловлю счастья и чинов, что тот убийца Пушкина? Наверное. Чего ему в Готлине делать? Там его одарённые старшие родственники всем рулят. Здесь же может карьеру сделать.
И ведь не пошлёшь его вместе с дружком лесом, моя семья не поймёт. Придётся изображать радушие и реально таскать их, хоть и изредка, за собой.
– Я тебя услышал, брат Олег. – Я постарался не показывать неудовольствия. – Сам-то как устроился?
– В «Пчеле», там же, где лейтенант Ригер с женой Эльзой. Деловая она женщина, – улыбнулся монах. – Не успели мы разгрузиться на Филипповских складах – там у нас, неллерцев, хорошая скидка в плате за хранение, – как она уже дала нам список лавок и магазинов, куда лучше в первую очередь предлагать те или иные товары.
– Да, Эльза мудрая женщина, – легко согласился я. – К тому же у неё племянница при дворе, договорилась там кое с кем. Знаешь ведь?
– Ого, – выпучил глаза и покачал головой брат Олег. – А я думал, насчёт поставки сыров и вина на дворцовую кухню – это лишь пожелание. Даже не рассчитывал всерьёз туда соваться.
– Нет, всё верно. С главным поваром только определись, чтобы и он в обиде не остался.
Моя прохвостка Люська умудрилась обаять не кого иного, как младшего баронета Степа Риккарна. Этот пятидесятилетний вдовец не отличался привлекательной внешностью – мелкий, кривоногий, лысый и морщинистый, будто сморчок, – видел его, когда тот заходил в приёмную моего дяди вице-канцлера, зато был весьма любвеобилен, а главное, занимал должность главы королевского секретариата.
Златовласая красавица Люсильда, вольная служанка, с точёной фигуркой, скромница – ну, так она выглядела – имела ещё и хорошо подвешенный язык и ушки, готовые внимательно слушать. В общем, не знаю, как пойдут дела дальше, но пока мой очередной тёзка на Люсильду запал всерьёз, а зная эту негодяйку, считаю весьма высокими шансы, что вскоре она из него сможет верёвки вить.
Она у меня пусть и дрянь порядочная, однако реально очень полезная. Хотя её хитрость и пронырливость – это палка о двух концах. Как бы на очередном повороте Люська не попыталась сбросить накинутую мною на неё цепь, всё-таки привязка-то чисто эфемерная, не стал я повторно на неё накладывать плетение отложенной смерти, рассудив, что бегство агента или её смерть в общем-то, по сути, мало чем отличаются, и в первом и во втором случае просто лишаюсь своего инструмента.
Одного только страха, чтобы удержать преданность Люсильды, а ещё и мотивировать эту девку на наиболее старательную работу, явно недостаточно, к кнуту требуется пряник, и здесь мне поможет, ну, во всяком случае, на такое рассчитываю, Эльза. У них с Люськой сложились весьма дружеские отношения, к тому же сильно помолодевшая благодаря моей магии жена Ригера сама по себе является ярким примером того, как хорошо принадлежать к кругу друзей и помощников бастарда Неллеров. Понятно, Люсильде ещё рано думать про омоложение, ей скорее для большей обольстительности требуется годков пять-десять вызреть, но время быстро летит, знаю по личному опыту, не успеешь оглянуться, и вот уже солидный возраст пристально глядит в глаза из зеркала.
– Мне во сколько приходить к вам на доклад? – спросил брат Олег, покидая комнату. – И как часто? Каждый день?
– Ох, ты знаешь, мне некогда, – отмахнулся я. – Просто не представляешь, сколько дел навалилось. Занимайся чем должен, а если понадобишься или вопросы какие-нибудь возникнут, я вызову.
Надеялся после ухода монаха ознакомиться с письмами мачехи и сестриц, да ко мне тут же ввалилась целая делегация – милорд Карл, капитан Леон Бюлов и лейтенант сыска, и все по делу. Не так я раньше представлял себе жизнь высокородных аристократов. Не то чтобы я думал всю жизнь смотреть в окно и мух давить, но и вкалывать, будто раб на галерах, тоже не предполагал, а пока у меня получается именно так.
Вчера, оказывается, четырёх неллерских гвардейцев замела стража, драку наши славные вояки затеяли. Так ладно бы победили местных подмастерьев-кожевников, а они позволили себя отдубасить. Плохо то, что один молодой неллерец в горячке вытащил меч, но хорошо, никого не зарубил, иначе простым повешением бы не отделался, могли колесовать или руки и ноги раздробить, бросив затем в городской ров помирать.
– Их уже выпустили, – хмуро сообщил Леон Бюлов. – Я им три дня под оружием назначил. Повезло дуракам. Капитан стражи сказал, что отпустил их из огромного уважения к вам. За то, что вы тогда исцелили его подчинённых.
Интересно, как бы глава местной полиции себя вёл, узнай он о моей помощи милорду Джеку Мстителю? Ладно, пустой вопрос, никчёмный.
– Это я понял. – Я снял с себя сутану, оставшись в тренировочном облачении. – От меня-то ты чего хочешь, баронет?
  
– Прошу вашего разрешения отправить этих пьяниц с караваном в Неллер. Обойдёмся без них. Лейтенант против, – кивнул капитан на представителя герцогского сыска.
– Герцогиня не одобрит сокращения вашей охраны, – пояснил свою позицию Николас. – Понимаю, что четырьмя больше, четырьмя меньше, особой разницы нет, но мой начальник наказал не допускать ослабления вашей безопасности, пусть даже ненамного.