Сожги мир дотла (ЛП)
Я не поняла о чем он говорит.
Я то проваливалась в забытье, то возвращаясь, слушая под ухом его ровное сердцебиение. В его объятиях мне было тепло. И не одиноко. Боль, казалось, отступала.
Я не представляла, сколько времени прошло, но рев двигателя вернул меня в реальность.
— Наконец-то, — пробормотал Нэш.
Захлопнулась дверца машины. — Черт. Что с ней случилось? — произнес низкий мужской голос.
— Ее избили. Пулевое ранение в руку. К счастью, сквозное. — Он был очень злым.
— Прикончил того ублюдка, который это сделал?
Голос другого мужчины тоже был полон гнева, но звучал чертовски сексуально — с легкой хрипотцой.
— Одного из них, — ответил Нэш. — Остальные сбежали, но я их найду.
В его голосе слышалась мрачная, смертоносная уверенность. Я содрогнулась.
— Тихо, Джорджи. — Его тон смягчился.
Следующее, что я осознала — меня осторожно уложили на заднее сиденье внедорожника.
Я не смогла сдержать стон. Все болит.
— Знаю, милая. — Чья-то рука коснулась моих волос. — Скоро все будет хорошо. Есть обезболивающее?
— Я взял с собой аптечку. Введу ей что-нибудь. У нее есть аллергии?
Нэш наклонился ко мне. — Милая, у тебя есть аллергия на что-нибудь?
— Нет…
Затем я почувствовала легкий укол в руку.
— Нэш, это же…? — тот мужчина издал странный звук. — Это ее фотография у тебя в бумажнике?
— Да. — Нэш проговорил сквозь стиснутые зубы.
— Черт, ясно. В клинику?
— Нет, ко мне.
Последовала долгая пауза. — Ладно, но если я заподозрю переломы или внутреннее кровотечение, ей придется поехать в клинику.
— Хорошо, но она останется со мной. Где я смогу о ней заботиться. Где я смогу ее защитить.
Его слова не имели смысла. Никто обо мне не заботился. Это я заботилась обо всех остальных и терпела неудачу за неудачей. Все они умирали.
Это была моя последняя мысль, прежде чем боль отступила, а за ней исчезло и все остальное.
ГЛАВА 13
Нэш
Я занес Джорджи в виллу с предельной осторожностью.
Проигнорировав редко используемую гостевую, я прошел прямо в свою спальню и аккуратно уложил ее на широкую кровать. Она выглядела так хрупко и женственно на фоне дерзких, брутальных тонов моей комнаты.
Она пошевелилась.
— Тсс. — Я погладил ее по волосам.
Она снова успокоилась, и я включил прикроватный светильник. Черт, ее лицо… В груди все сжалось. Оно было так избито. Завтра появятся новые синяки, а пока у нее рассечена губа и заплыл глаз, боялся причинить ей боль даже прикосновением.
— Ее зовут Джорджи? — Лэндон сел рядом с ней на кровать и открыл свою черную медицинскую сумку.
Он давно оставил карьеру наемника, а затем прошел медицинскую школу в рекордные сроки. Теперь он всего себя посвящал тому, чтобы помогать другим — своим собственным способом.
— Джорджиана Линден. Самая красивая девушка в Элк-Фолс, Айдахо. Сестра моего лучшего друга.
— А-а. — Он приступил к осмотру. — Запретный плод.
Если бы Эллиот увидел ее сейчас, он бы сошел с ума, а затем устроил бы кровавую бойню, чтобы наказать тех, кто причинил ей боль.
Я позабочусь о ней, приятель.
Лэндон проверил ее пульс, затем посветил фонариком в глаза. Меня всегда поражало, как эти большие руки — руки, которые столько раз отнимавшие жизнь — могут быть такими нежными. Я видел, как он угощал детей леденцами, чтобы те перестали плакать и начинали смеяться. Наблюдал, как он успокаивал самых испуганных пациентов.
— Принеси лед для её лица, Нэш. Нужно снять отек с глаза.
Я кивнул, но мне была ненавистна мысль оставлять ее. Достав из морозилки охлаждающие пакеты, я вернулся так быстро, как только мог; сел на противоположной стороне кровати и приложил пакет со льдом к ее лицу.
Она тихо всхлипнула.
Я стиснул зубы. Ненавидел то, что она испытывает боль.
Ее страданиям пришел конец. Я больше не позволю ничему и никому причинить ей вред.
— Ее боль причиняет боль тебе.
Я взглянул на Лэндона. Он наблюдал за мной с любопытством на лице.
— Да. Я пытался держаться от нее подальше. После того как попал в программу…
Мы с Лэндоном были наемниками одной и той же программы ЦРУ. Меня обучали быть одиноким смертоносным стрелком. Его — работать с клинком, ликвидировать цели вблизи единолично.
Я знал, что из всех нас Лэндон, вероятно, самый опасный.
— Когда я выбрался, я не поехал домой и не стал ее искать. — Боже, сколько раз в день мне хотелось взять телефон, отправиться домой, найти ее. — Я не хотел… заразить ее своей тьмой.
Понимание потемнело в его глазах.
— Она должна была жить ярко. Иметь все, чего пожелает; все, что заслуживала…
Черт, мне хотелось ударить что-нибудь. Или кого-нибудь.
— Мы оба знаем, что жизнь устроена иначе. Иногда плохие парни процветают, а хорошие — страдают.
Я коснулся ее волос. — Я не позволю этому продолжаться. Не с ней.
Мой друг ответил мне легкой улыбкой. — Хорошо. У нас есть навыки, чтобы немного уравнять шансы. — Он потянулся к подолу ее худи и приподнял его.
Я напрягся. Лэндон мой друг, но мне не нравится видеть его руки на ней. Ничьи руки на ней.
Из моих губ вырвался рык, который я не мог сдержать.
Лэндон приподнял бровь. — Спокойно. Я врач, помнишь?
Я наблюдал, как он пальпирует ее живот.
— Переломы ребер не вижу, признаков внутреннего кровотечения тоже, но нам нужно будет за ней присматривать. Приложи пакет со льдом и сюда.
Я добавил еще один на ее живот. Она издала звук и я снова провел рукой по ее волосам, успокаивая.
Лэндон осмотрел пулевое ранение на ее плече. Пуля оставила отвратительный желобок на бицепсе. Я стиснул зубы. Он обработал и забинтовал рану.
— Оставлю обезболивающее. Ей нужен покой. Зайду завтра проведать. Убери кровь и переодень ее в чистое.
— Я справлюсь.
— У нее недобор веса.
— Это ненадолго. — Я пропустил прядь ее волос сквозь пальцы. — Спасибо, Лэндон.
Кивнув, он собрал свою сумку. — Позвони, если что-то понадобится. — И он ушел.
Осторожно я снял с Джорджи окровавленную одежду, пришлось, разрезать худи, чтобы не причинить ей боль.
Под ней оказалось стройное тело, но слишком худое. Слишком долго она существовала на одном лишь стрессе, ярости и горе.
Мы это исправим. Я аккуратно расстегнул ее бюстгальтер и снял, оставив только трусики.
Черт. Я пытался не смотреть на ее милые, розовые соски. Несмотря на явную потерю веса, у нее все еще была пышная грудь. Идеального размера.
Ты конченный ублюдок.
Я зашел в ванную и вернулся с тазиком теплой воды и тряпкой, и нежно смыл кровь с ее кожи.
— Обещаю, никто больше не причинит тебе боль. — Я прополоскал тряпку в тазу и отжал. Стер кровь с ее руки. — Что бы тебе ни понадобилось, я это достану. Твоим страданиям пришёл конец, Джорджи. Если жизнь захочет швырнуть в тебя дерьмом, я встану перед тобой и приму удар на себя.
Чувства, которые я сдерживал годами, хлынули наружу. Как будто сломался замок и распахнулась дверь.
— Я буду защищать тебя. Я буду убивать ради тебя. Все, что потребуется. Если кто-то попытается причинить тебе вред, я сожгу весь мир ради тебя. — Я смахнул прядь волос с ее лица. — Снайдер, Бруно и остальные заплатят. — Даже во сне она повернула голову, прижав щеку к моей ладони.
В кармане завибрировал телефон. Я отключил звонок, чтобы не потревожить ее.
Достал его и увидел на экране имя Бастиана.
Поднес к уху и поднялся с кровати. — Да.
— У меня в кабинете Лэндон. Он говорит, у тебя там твоя девушка мечты.
— Джорджи. Ее зовут Джорджи. — Я сделал вдох, отошел к дверному проему, чтобы не побеспокоить ее. — Бастиан, мне нужна твоя помощь.
— Что угодно, ты же знаешь. Лэндон в ярости. Говорит, ее жестоко избили. Кучка мужиков, которые гораздо крупнее ее. — В голосе Бастиана послышалось отвращение.