Демон моего разума (СИ)

– Да меня не волнует, как ты это сделаешь, Форд!… Две недели, ну максимум три… Ну а что я им скажу? Дети, ваши родители врезались в дерево и вы не сможете с ними увидеться, так что-ли?… Я повторю еще раз, мне плевать как, вылечи их! Не всесильный!? Ты, мать твою, ученый!… Сказал, что уехали отдыхать… Сделай все возможное, Форд.
Имя показалось мне смутно знакомым… Я его уже где-то слышал, но не могу вспомнить где. Голова снова начала ныть и я нахмурился.
  
Дядя Стэн убрал телефон во внутренний карман пиджака. Я оглянулся на Мэйбл. Ее глаза были на мокром месте, а рука закрывала рот, чтобы не закричать.
– Мэйбл, успокойся, слышишь меня? – Она кивнула, а я продолжил. – Сейчас ты пойдешь в папин кабинет, а я поговорю со Стэном, хорошо? – Мэйбл кивнула и побежала в кабинет.
Я открыл дверь, а дядя Стэн вздрогнул и развернулся.
– Кто такой Форд? – С порога спросил я.
– Подслушивать нехорошо, малец. – Дядя Стэн попытался обойти меня, но я преградил ему выход. – Это мой друг. – Закатив глаза ответил он, при том скривившись, будто лимон съел. Он не любил такие определения, как “друг”, или, боже упаси, по словам Стэна, “любимая”. –Как много ты слышал?
–Начиная с ” Ты, мать твою ученый!” и до конца. – Решил соврать я. – А в Гравити Фолз нет никого по имени Форд, насколько я помню. А ученых там нет вовсе. Кроме старика МакГакета, но он чокнутый на всю голову, и пусть я не могу вспомнить, как его зовут, но я точно уверен, что не Фордом.
– Ты давно не был там, он в том году приехал. – Недовольно прохрипел он.
– Но Мэйбл не рассказывала мне ни о каком Форде.
Я неплохо разбираюсь в людях, и даже несмотря на талант дяди Стэна к вранью, я все равно могу понять, когда он врет, а когда – нет. И сейчас он точно врет.
– Слушай, малец, это не твое дело.
– А по-моему мое. Кто такой Форд, дядя? –Повторил я более твердо.
– Мэйбл не упоминала Форда, потому что не видела.
– Мэйбл, и не видела?
– Он прятался от нее. Больше ты ничего от меня не узнаешь.
Я сжал кулаки. Нет, я узнаю. Не сейчас, так позже.
– Когда вернутся родители?
– Не знаю, Диппер. – Грусть промелькнула в голосе Стэна, выдавая его с головой. Он напрягся и сжал кулаки. Хах, похоже это у нас семейное.
– А вернутся-ли? – Дядя выдохнул и посмотрел на меня серьезным взглядом. Не лукавым, как обычно он смотрит на посетителей Хижины Тайн, а будто что-то тяжелое давит на него.
– Диппер, не говори ничего Мэйбл. – Жестко произнес он. – Форд их вылечит и они вернутся, но вопрос: когда – остается открытым. – Стэн явно понял, что я все слышал.
– Я не скажу.
Я развернулся и пошел в кабинет отца, где меня должна была ждать Мэйбл.
Почему я не понял, что дядя Стэн наврал, когда приехал? Может из-за удивления? Он приехал слишком внезапно, чтобы я обдумывал его слова на тот момент.
Она сидела на небольшом диванчике, поджав колени и уткнувшись в них лицом. Ее плечи вздрагивали от всхлипов.
Как объяснить плачущей сестре, что родители не приедут в ближайшее время? Как сгладить то, что она услышала? Как мне ее успокоить, в конце-концов!?
–Мэйбл. – Она подняла покрасневшие глаза на меня. Я подошел к ней, сел рядом и приобнял за плечи. – Знаешь, Мэй, дядя Стэн сказал, что все хорошо. – Мэйбл продолжила сверлить меня заплаканными глазами и явно мне не поверила. В голову резко влетела мысль, в которую Мэй вполне может поверить. И пусть врать я не люблю, но это – ложь во благо. Да, мне самому противно от этого словосочетания. – Он сказал, что знал, что мы подслушиваем и решил проучить нас. Ну, сама подумай: много ли у дяди знакомых? Только жители Гравити Фолз, верно? – Она согласно кивнула и шмыгнула носом. – А скольких людей по имени Форд ты видела там? Ни одного. Вот видишь? Дядя Стэн подшутил над нами, а чувство юмора у него всегда хромало, при чем на обе ноги. Успокойся, Мэйбл, все хорошо.
Она улыбнулась и вытерла слезы.
– Так, что ты хотела мне показать? – Вспомнил я о словах сестры.
– Точно! – Веселье наполнило ее голос. – Я нашла кое-что странное среди альбомов, которые нам показывала мама. – Она встала и подошла к серванту, где хранились эти самые альбомы. – Это что-то необычное, а тебя всегда интересовали такие штуки. Вот, посмотри. –Она протянула мне треугольную шкатулку, покрытую прямоугольниками и потрясла ей, показывая, что внутри что-то есть. Я вспомнил про пирамиды в Египте, эта шкатулка походила на их уменьшенную версию. И явно поновее.
Я протянул руку, чтобы взять пирамиду для более детального осмотра. Как только мои пальцы коснулись шкатулки-пирамиды, руку обожгло так, будто я окунул ее в раскаленное масло.
От пальцев и до запястья рука покраснела и начала покрываться волдырями. Я отдернул ладонь и тупо смотрел на нее, пока до меня не дошло, что я, как бы между прочем, обжегся, причем не слабо, и мне чертовски больно, я продолжал пялиться на нее молча, а потом издал что-то между тихим криком и стоном боли.
***
Билл Сайфер, Демон разума, блуждал по сознанию Диппера, высматривая те или иные воспоминания, хоть косвенно, но связанные с собой.
Поведение Диппера показалось ему, как минимум, странным. Он уже имел дело с демоном, но так спокойно отнесся к явно посторонней сущности у себя в голове.
Их, воспоминаний, было очень мало. Точнее одно. Но и то, в нем не было самого Билла, лишь Гидеон, упомянувший некоего могущественного демона и план “А”.
Диппер вообще не помнил, что когда-то они враждовали, более того: он не помнил о том, что они знакомы.
А еще парнишка не помнил Стэнфорда Пайнса, брата-близнеца Стэнли Пайнса, что тоже насторожило демона. Кто-то хорошо поработал с его воспоминаниями, уничтожив все “ненужные” для жизни обычного парня.
И Билл даже знал, кто это.
Диппер ничего не помнил о том, кого встретил в Гравити Фолз, кого победил, да он даже о странных способностях Гидеона Глифула забыл! Диппер запомнил его лишь, как маленького шарлатана. Забыл даже о чувствах к рыжеволосой сотруднице Хижины Тайн.
Это, безусловно, объясняло, почему Диппер так спокойно отнесся к его присутствию в собственной голове, но вовсе не объясняло, того, где он откопал заклинание призыва.
До этого Билл доберется чуть позже.
Он открыл очередную дверь. Совсем новую, но при этом словно… старую? На ней были трещины, но древесина явно была новой.
Билл не стал рисковать и проверять, что за ней. Только он отвернулся, как правую руку прошибло болью. Он снял белую перчатку. Ладонь начала стремительно краснеть и покрываться волдырями, словно после ожога.
Билл ничего не понимал. У него нет физического тела, он не может обжечься. И обычные раны Диппера на него никак не влияют… Так откуда взялось это?
Призыв Диппера в Измерение снов был опасен для здоровья парня, но Биллу необходимо узнать, что произошло с этим мальчишкой. Да и здоровье Пайнсов его волновало в последнюю очередь.
Он выдохнул и взмахнул здоровой рукой. Вокруг правой руки закрутился бинт, создавая повязку, на которую снова была надета белая перчатка.
Билл осмотрел руку и пошел дальше вдоль дверей, открывая те, что его интересуют и не обращал внимание на жжение в области правой руки.
***
Мэйбл отбросила шкатулку. Она схватила меня за здоровую руку и потащила на кухню. Глаза заслонила непонятная пелена и я почти не видел куда иду.
– Дядя Стэн! – Крикнула Мэйбл. – Дядя Стэн!
Она втащила меня, как я понял, на кухню и тут же сунула мою ладонь под холодную воду. Я простонал – даже холодная вода отдавалась отвратным жжением.
Не дождавшись Стэна, Мэйбл бросилась его искать.
  
Пока я хмурился и аккуратно менял места попадания струи воды, пытаясь подавить собственные крик и слезы, Мэйбл нашла дядю и они оба влетели в кухню, будто ошпарились они, а не я.
– Что случилось!? – Завопил Стэн, глядя на красную ладонь, почти полностью покрывшуюся волдырями.
Увидев, что Мэйбл собирается сказать правду, я перебил ее и начал втирать дяде какую-то ахинею про чайник и то, как я его уронил и вылил весь кипяток себе на одну руку.