Демон моего разума (СИ)

– А если смотреть на характер?
– Злой, противный и социопат.
– А вот я, например, общительный, –Миллер опустил локоть на плечо Диппера, будто и правда был его старым другом.
– Я рад за тебя.
– Значит парк, да?
– Угу…
Диппер помнил каждую минуту этой прогулки. Может, потому, что ему понравилось. Может, потому что Миллер делал все, чтобы он запомнил – сложно сказать.
  
Единственное, что Диппер признал и принял в отношении Миллера, так это то, что он приятный собеседник. Не такой начитанный, как сам Пайнс, не такой веселый, как Мэйбл, но, в целом, с ним вполне можно вести содержательную беседу.
========== Часть 14 ==========
Так и шли дни, потом недели, пролетел месяц, другой. И, знаете, я привык к отсутствию чужого голоса в голове. Привык быть один.
Мэйбл начала неплохо общаться с Грином. И даже смогла убедить меня в наличии у Тима положительных качеств, что, я думал, не является возможным.
Я думал мое мнение, выстроенное годами, уже не изменит ничего, но после нескольких совместных прогулок через великое не хочу, я сам начал замечать в нем нечто… такое.
Например, поразительную готовность защищать “свое”. Когда их, Мэйбл и Тима, впервые увидели идущих вместе чуть-ли не за ручку, и меня идущего рядом – надо было видеть лица людей. А еще не обошлось без подколов в адрес Мэйбл.
Тим тогда так взбесился, что, по-моему, его теперь боятся раза в два сильнее, нежели раньше. Ну, по крайней мере, выглядел он тогда очень даже устрашающе.
За это время изменились и мои отношения с Адамом. Знаете, он как-то слишком легко вошел в круг моего доверия. Мы теперь иногда гуляем, и я правда могу назвать его своим другом. Первые несколько недель, как я только не старался от него отделаться. Доходило до самых настоящих догонялок, но физическая подготовка Миллера намного лучше моей. Ну, а я теперь даже рад, что у меня не вышло.
По учебе я снова вернулся на прежний уровень. И даже поговорил с Британи, которой уже давно была обещана так и не состоявшаяся встреча. Мы поговорили, я ей все объяснил, и она даже согласилась остаться хорошими друзьями.
Родители уже разгребли все завалы на работе и снова начали приходить домой, как раньше. Мы иногда устраивали семейные вечера – смотрели фильмы или просто общались, погружаясь в домашний уют всей семьей.
В общем, жизнь наладилась.
И это спокойное время я не забуду еще очень долго.
***
Уроки закончились буквально только что. За школьным окном шел аномально сильный снегопад, и как бы сильно я не любил снег – сейчас выходить на улицу не хотелось совершенно.
Я зашел в соседний кабинет за Мэйбл. Она, сидя, собирала вещи, а рядом стоял Грин. Я зашел внутрь и похлопал Тима по плечу. Мне все еще не нравилось, что их отношения двигаются к определенному результату, а точнее к образованию пары, но сделать с этим я ничего не мог, как минимум, потому что он явно начал нравиться Мэй.
– Привет, Пайнс. – Улыбнулся Грин, да так искренне, что мне стало тошно.
– Домой пора, Мэйбл.
– Да, идемте. – Ответила она, закидывая пинал поверх учебников.
Вы не представляете мое лицо, когда я узнал, что Грин живет буквально через четыре дома от меня и Мэй. До меня только тогда дошло, чем это могло кончиться, если бы Грин тогда узнал, где живем мы.
Мы вышли на школьный двор, засыпанный снегом почти до второй ступеньки – как только дворник успел почистить тропинки? – и прикрылись капюшонами.
Вот только Мэйбл нравилось смотреть, как крупные снежинки оседают на ее волосах, а потому она натянула капюшон только после нравоучительной речи Грина и моего согласия с его словами.
Надела, кстати, совершенно неохотно.
Мы дошли до ворот и одновременно вздрогнули от резкого вопля машины, что стояла буквально в метре от нас. Я выдохнул и пошел дальше под злое чертыхание Тима, но опять подпрыгнул, когда воздух снова прорезал противный звук.
Я, предвещая действия Грина, которые могли перейти во что-то очень неприятное, подошел к машине и уже был готов разразиться праведным гневом, как стекло опустилось и перед моими глазами всплыла знакомая улыбка до ушей.
– Миллер! – Вскрикнул я.
– Привет, Мэйсон. Я подумал, что стоит забрать вас и подвести до дома, чтобы не промокли.
– Спасибо, конечно, но мог бы позвонить и предупредить. Ты чуть не схлопотал порцию оскорблений, а может чего и похуже, от Грина.
– Думаю, он бы меня узнал. Кстати, советую поторопиться. Ты насквозь промок. – Перевел тему он.
– Я без них никуда не по… – Я обернулся в ту сторону, где полминуты назад стояли Мэйбл и Тим. Они ушли. Просто взяли и бросили меня.
– Так садишься? – Я молча обошел машину и занял место рядом с Адамом.
– Я не знал, что у тебя есть машина.
– Ты многого обо мне не знаешь.
– Угу. – И ведь не поспоришь же.
Не будь Миллер копом, да и моим знакомым уже немалое времени, я бы даже не подумал сесть в машину. Но вот, я сижу на переднем сидении, мокрый до нитки и слушаю песни, что крутили по радио.
– Поехали ко мне? У тебя дома, насколько я знаю, никого, да и живу я недалеко.
– Мэйбл. Дома Мэйбл. – Исправил его я.
– Мэйбл сейчас убьет пару часов с Грином в какой-нибудь забегаловке, чтобы переждать дождь. И ты это знаешь.
– Ну, знаешь…
– Знаю. Поэтому и предлагаю. Мы попьем чай, сходишь в душ, согреешься. Потом довезу до дома.
– Только ненадолго. Мама обещала вернуться сегодня пораньше.
На самом деле нет. Просто меня все еще напрягает долгое присутствие посторонних людей в моем личном пространстве. Не считая Мэй, конечно. К ней я привык. Да и отдалиться от нее фактически невозможно. Она и мертвого из могилы достанет, только бы скучно не было.
***
Увидев дом Миллера, я вспомнил, что он как бы между прочим, не такой подросток, как я. Он – состоявшийся мужчина. Адам работает, оплачивает счета. Он – взрослый.
Бежевые стены снаружи, белоснежные рамы окон, бардовая черепица, спрятанная под приличным слоем снега, и черная дверь. Я невольно начал сравнивать его дом с нашим. Наш не в пример больше его, но настолько же не в пример старее.
В маленьком коридорчике стояла тумба под обувь и пустая вешалка. Дальше были три двери, одна из которых была стеклянной.
– Там комната, там гостиная, прямо – кухня. Дверь в ванную в комнате, иди прими душ. Полотенце чистое. А я пока чай поставлю.
– Хорошо. А во что можно переодеться?
– А…
Миллер прошел в комнату и достал из большого шкафа-купе свои шорты с белой футболкой.
Меня удивило рвение Адама позаботиться о моем здоровье. А может дело в том, что у него нет семьи, а заботу куда-то девать надо. Кстати, странно, что у него нет семьи – я успел сделать вывод, что он стал бы неплохим мужем, а может и отцом.
Я зашел в просторную ванну, отделанную в серых цветах.
Душ был сейчас именно тем, что нужно. Он успокоил нервы, да и согрел после ледяных крупных снежинок.
Шорты и футболка Миллера были мне, откровенно говоря, большие. Особенно в плечах. У Миллера-то богатырские мускулы, а я рядом с ним дохляк.
Во всем этом “великолепии” я и вышел из душа, вытирая мокрые волосы синим полотенцем. Адам сидел на кровати и что-то делал в телефоне, но как только я вышел, он перевел взгляд на меня и замер.
Я не знаю, что было в его взгляде в тот момент, но это что-то мне не понравилось сразу.
– Я оставил вещи сохнуть на батарее. –Он несколько раз моргнул и поднялся.
– Хорошо. Идем пить чай.
Мы сели за небольшой стеклянный столик, на котором уже стояли две дымящиеся чашки. Пахло… вкусно. Не так, как пахнет обычный чай, который мы с Мэйбл пьем дома.
  
– Это чай с Востока. – Пояснил он. – У меня мама недавно ездила, вот, привезла гостинцы.
Стоп. Он говорил, что его родители умерли. Или я что-то путаю?
– Понятно… – Просто ответил я.
Этот чай не внушал никакого доверия. Вот вообще. Было в нем что-то… нехорошее. Опасное.