Демон моего разума (СИ)

– Об этом история умалчивает. Как тебе Норт? Правда же потрясающий? Удивительно! Его голова буквально набита опилками, но при этом он имеет разум, и даже способен говорить! – В голосе Форда явно слышалась насмешка и восхищение собственной находкой и другом по совместительству.
– Я его на тряпки пущу, когда приеду. А ты у меня будешь бегать по лесу.
– Посмотрим, Стэн, посмотрим. – В голосе мужчины звучала явная насмешка.
  
Стэн считал себя полноправным хозяином Хижины Тайн, он прожил там не один год, да и весь его заработок сосредоточен именно там. И Форд все равно вылазит из своего подвала только поесть, да поспать.
И все же некоторые эксперименты Стэн прочувствовал на своей шкуре. Например, “безобидная” чесоточная сыворотка в чае. Или мыше-комар в кассовом аппарате. А теперь еще и живое пугало по имени Норт. Конечно, он не оставит это просто так.
За мышь Форд отделался легким испугом. Чесоточная сыворотка обошлась ему в виде определенных таблеток в кофе и долгих посидушек на белом троне.
А за Норта Форд будет платить особенно дорого. В этом Стэн уверен абсолютно и полностью.
– Когда я смогу вернуться? – Спросил Стэн.
– Минимум неделя.
– Понял.
Времени на разработку особо жестокого плана мести еще более, чем достаточно, а потому стоило задуматься о состоянии детей.
Стэну казалось, что между Диппером и Мэйбл что-то происходит. Возможно, дело в их возрасте, возможно они поссорились, но на глаза отчетливо бросалось их отстраненность друг от друга, чего он не замечал ранее.
А что напрягало еще больше, эта отстраненность исходила не от обоих двойняшек, а от одного Диппера. Мэйбл же наоборот – старалась сделать все для их дружбы.
– Стэн? – После долгого молчания со стороны брата, спросил Форд.
– Я тут.
– Как они в целом?
– Думаю, нормально. – Отмахнулся Стэн.
– Смотри там. Ты и так уже не сказал мне о попадании Диппера в больницу, хотя я просил сообщать мне о всех событиях, Стэн.
– Я не посчитал это чем-то важным.
– Я просил о всех.
– Заткнись, Форд. Я пошел.
Сидения старой машины не способствовали долгому проведению времени на них, и Стэн, не желая там больше находится, вернулся в дом.
Нет, он любил свою старенькую машину, но правда, какой бы она не была, колола глаза – машине чуть ли не столько же, сколько ему самому. Для средства передвижения это непозволительный возраст. Двигатель давно работает “хочу-не хочу”, бампер покрылся толстым слоем ржавчины, а сидения в салоне облезли и кололись пружинками.
Зайдя домой, Стэн уловил запах чего-то вкусного. Ай, да Мэйбл! Она постоянно что-то готовила, да и в целом держала дом в порядке, ухаживала за братом и успевала оставить время на развлечения.
Стэну иногда казалось, что близнецы очень похожи на них с братом: Мэйбл на самого Стэна, а Диппер на Форда. В их поколениях была лишь одна разница – отношения. Форд и Стэн, все детство, да и подростковый период были дружны, но позже страшно поссорились из-за, как считала Стэн, его глупой зависти.
Оставалось лишь надеяться, что Диппер и Мэйбл Пайнс будут дружить всегда и несмотря ни на что.
========== Часть 12 ==========
Билл сидел под широкой веткой одной из многочисленных елей. План действий уже давно был просчитан на разные события и на много ходов вперед.
И выполнялся этот самый план с удивительной легкостью.
Подорвать веру Диппера в сестру оказалось поразительно просто, и даже без применения лжи. А все благодаря Мэйбл Пайнс, которая не прислушалась к Биллу и все-таки надела то кольцо из шкатулки.
Да, она, безусловно, ускорила выполнение всего плана на очень большой отрезок времени, но при том умудрилась его и увеличить – она полностью противилась общению с Грином, что мешало определенному ответвлению плана, аля “полное разрушение их с Диппером отношений.”
А Грин же, напротив, делал все для того, чтобы Мэйбл обратила на него внимание. И, пока что, Билл не имел желание стереть его с лица земли, что тоже неимоверно радовало.
План заключался в том, что Диппер, узнав о отношениях Мэйбл и Грина отвернется от сестры, приняв это за предательство. Тогда он станет более уязвим психически, чем Билл и воспользуется. Внушить ему то, что все люди такие. Что их стоит презирать. Заставит Диппера смотреть лишь на него, выполнять его приказы.
Билл Сайфер собирался сделать из Диппера Пайнса свою личную марионетку.
Возможно, пришлось бы использовать еще нескольких людей, а после убирать их, но это вынужденные жертвы, которые с лихвой могут оправдать результат.
А еще Билл ломал голову над важным вопросом: стоит ли возращать Пайнсу память?
Еще проблемой были его родители. Они слишком хорошо воспитали своих детей, чтобы те в них усомнились хоть на миг. А значит от них стоило избавиться. Вопрос лишь – как? Авария. Но воздействие на реальный мир возможно только с физическим телом. И это было проблемой, о решении которой можно подумать позже.
Реакция Соснового деревца на воспоминания о нем, Билле, была абсолютно непредсказуема, и Сайфер не имел ни малейшего понятия, как это отразится на итоговой цели и плане в частности. Не хотел рисковать. Но при том понимал, что воспоминания Диппера важны. Как минимум для его возможностей.
Да, Диппер был, в каком-то смысле, особенным. Билл еще тогда уловил в парне поразительную силу. Возможно именно из-за нее тело Пайнса не страдает от перенасыщения демонический силой. Оно просто воспринимает ее, как часть себя, потому что имеет в себе зародыш похожей магии.
И этим тоже можно воспользоваться. Обучить Диппера управлять своей силой, чтобы тот окончательно начал ему доверять. После подобного недоверие будет, как минимум, странным.
По сути, таким образом Билл даст ему силу противостоять самому себе, но важно сделать так, чтобы Диппер даже не подумал об этом. И это вполне возможно, нужно лишь время, которого у Сайфера более, чем достаточно.
Но вот, что было тоже важно. Откуда у Пайнсов шкатулка, подаренная Биллом одному из людей более тысячи лет назад?
Билл отчетливо помнил, как велел передавать ее из поколения в поколение, при том запечатав ее кровной магией. Несколько веков он лично следил за исполнением приказа, ну, а позже решив, что это уже не важно, перестал тратить на то свое время.
Мысли схлынули, оставляя в голове демона звенящую тишину. Снова.
Перед глазами помутнело, дыхание сбилось, а руки одолела крупная дрожь. Ярость. Давящая, сжигающая злость, готовая поглотить его разум. Заставить сойти с ума, потерять контроль над собой на долгое время.
Билл закрыл глаза и глубоко вздохнул. Теряться сейчас было нельзя. Диппер в любой момент может к нему обратиться, а в таком состоянии действия Билла Сайфера не поддавались никакой контролю. Даже его личному.
***
Тим поражался своей регенерации. Удивительно, но врачи сообщили, что его кости начали быстро срастаться и он уверенно идет на поправку. Шансы на то, что он снова сможет ходить, писать, играть, росли с каждым днем, что его однозначно радовало.
На самом деле, то, что он так быстро шел на поправку было удивительным лишь для врачей. Сам Тим Грин был точно уверен, что все это дело рук одного небезызвестного демона.
Биллу, с которым он заключил сделку, было выгодно его скорое выздоровление.
Тим еще несколько раз пытался поговорить с Мэйбл, уверить ее в правдивости своих чувств, но та упорно игнорировала его.
Тим боялся, что терпение Билла подойдет к концу, и тот решит от него избавиться, а потому Грин надоедал ей звонками особенно старательно.
Ну, а в один прекрасный момент трубку взял мужчина и сказал своим хриплым голосом, что-то вроде “Еще раз позвонишь, будешь собирать косточки заново.”
  
Желание звонить отбило на корню.
Тим даже думать не хотел, кто это мог быть, ну его. От греха, как говорится, подальше.
Так он потерял несколько недель, бездействуя. Пока Билл не призвал новый кошмар, намекая, что нужно продолжать.