Я не для тебя (ЛП)

Камилла поджимает губы.
— Значит так, — говорит она. — Либо ты делаешь то, что сказано. Либо…
— Хорошо, — выдаю.
— Ну вот, — хмыкает старшекурсница. — Не совсем же тебе мозги отшибло. Еще соображаешь.
— Приземляйте меня, — говорю. — Поднимайте грязь. А я прямо сейчас пойду к ректору.
— Что? — Камилла застывает.
Резко меняется в лице.
— Что ты сказала? — спрашивает резко. — Куда ты пойдешь?
  
— К ректору, — повторяю ровно.
— Ты что, стукачка? — кривится.
— Нет, но вы не даете другого выбора. Сами это начали. Шантаж. Угрозы. А я сюда поступила, чтобы учиться, а не участвовать в ваших глупых играх.
В глазах Камиллы сверкают молнии.
— Думаю, ректору будет интересно узнать, кто забрал его статуэтку, — добавляю, потому что меня саму уже несет.
  
35
 
— Ты что несешь? — фыркает Камилла. — Причем здесь вообще какая-то статуэтка? Не знаю, что ты там и где именно забирала, но… мы тут никаким боком не замешаны.
Быстро идет на попятную.
Видно, что старается не показать страх, однако настоящие эмоции все равно пробиваются через броню притворства.
Похоже, ректор не только на меня нагоняет ужас. Замечаю, что лишь стоило мне его упомянуть, как старшекурсница начала меняться в лице. И взгляд стал другим, и голос задрожал.
— А пусть ректор с этим разбирается, — отвечаю ровно.
Камилла сощуривает глаза.
— Ну как бы там ни было, а это не мы вламывались в его кабинет, — шипит она, снова подступая ко мне. — Поэтому ты бы включила мозги и подумала, что будет, если разбирательства и правда начнутся.
— Но сейчас-то статуэтка у вас, — парирую, изо всех сил стараюсь сохранять спокойствие, хотя внутри меня колотит и трясет.
— Борзая ты, — раздраженно бросает Камилла. — Не в меру. Но знаешь, если Ахмедов тебя разок облапал, это еще не делает из соплячки королеву. Ты хоть представляешь сколько у него таких одноразовых девок?
Немного подвисаю.
Ахмедов здесь причем?
Или… нас видели в архиве вчера? Если за мной кто-то следил, чтобы потом обыскать архив ради поисков статуэтки, то мог заметить, как туда пришел Марат.
— Вот, — мстительно выпаливает Камилла, видимо, принимая мое молчание за признак того, будто ее бредовые фразы меня задели. — У тебя здесь никого. Ни друзей, ни влияния. Ты пустое место.
Старшекурсница начинает повторяться.
А у меня мысли убегают совсем в другую сторону.
— Кстати, с чего ты взяла, что я куда-то вламывалась? — спрашиваю.
Она хмурится.
— Я сразу сказала Виоле, что лезть в кабинет ректора — безумная затея, — продолжаю. — Ничего такого я не делала.
— Но как ты тогда…
Шаги отвлекают нас обеих.
Поворачиваюсь и вижу преподавателя. Его лицо смутно знакомо. У нас он пары не ведет. Кажется, только у старших курсов.
— Девушки, вы почему не на лекциях? — хмурится он.
— Мы… уже идем, — выдавливает Камилла.
— Давно пора.
Переводит внимательный взгляд на меня.
— Иду, — говорю.
Однако на самом деле, на лекция не возвращаюсь. Иду к ректору, потому что не хочу терять ни единой минуты.
Неизвестно, что потом могут сделать старшекурсницы. Что придумают, как себя поведут.
К сожалению, во многом Камилла права. Здесь вся власть у элиты. И если они захотят, меня сомнут.
Пока не уверена, что ректор реально поможет.
Если бы он хотел пресечь всю эту чушь с посвящением, то давно бы это сделал. Однако год за годом происходит одно и то же. Значит, его все устраивает.
Ну и зачем ему защищать какую-то девчонку от мажоров?
Хаотичные мысли мелькают в голове. Почти готова отказаться от своего решения. Не верю, что сработает.
Но все же захожу в приемную.
— Здравствуйте, извините, что беспокою, но мне нужно к ректору, — выпаливаю, глядя на секретаря, и добавляю: — Это срочно.
Та хмурится, окидывая меня пристальным взглядом.
— Пожалуйста, — прибавляю. — Это очень важно.
Она берет трубку. Вероятно, звонит ректору.
Да, точно ему. Слышу ведь, как обращается к нему.
— К вам студентка первого курса, — замечает. — Говорит, это важно.
Короткая пауза.
И мое сердце обрывается, когда слышу:
— Проходите.
В глазах секретаря мелькает… удивление? Да, кажется, она совсем не ожидала, что ректор согласится меня сразу принять.
Захожу в кабинет и застываю.
Ректор сидит за столом, держа в руках ту самую статуэтку. А рядом стоит Юлиана, которая теперь поворачивается и смотрит на меня. С явным торжеством в глазах.
  
36
 
Не надо много ума, чтобы понять — Юлиана оговорила меня. А подробности, наверное, даже не важны. Проблемы в любом случае будут.
Хотя ректор выглядит абсолютно спокойным.
Но он же всегда такой. Даже про то, как спрятать тело рассуждал с пугающей невозмутимостью. Ровно, без эмоций.
— Ася, хорошо, что вы зашли, — произносит он и слегка мне кивает. — Присаживайтесь.
Опускаюсь в кресло перед его столом.
Ректор ставит на стол ту самую злополучную статуэтку.
— Странная история, — говорит дальше. — Я сам дал вам это, а теперь ко мне приходит Юлиана и утверждает, будто вы стащили вещь из моего кабинета, а она решила вернуть.
Жду чего угодно.
Но точно не такой поворот.
— Вы… сами? — выдавливает Юлиана и запинается.
Чувствую на себе ее взгляд. Лихорадочно размышляю о том, что мне сейчас сказать.
— Юлиану я выслушал, — добавляет ректор. — Теперь интересно узнать вашу версию.
— Я ничего не брала, — говорю. — Мою комнату перевернули вверх дном. В архиве тоже. Не думала, что в академии такая обстановка. Что любой может ворваться, рыться в твоих вещах. Настаивает на каких-то испытаниях, вообще, никак не связанных с учебой. Знаете, это сильно мешает учебному процессу.
Начинаю и меня уже просто несет.
Когда замолкаю, ректор переводит взгляд на Юлиану. Тоже смотрю на нее. Девушка буквально съеживается от напряжения.
Сейчас в ней тяжело узнать ту мажорку, которая мне угрожала. Да и от недавнего торжества в ее глазах ничего не остается.
— Я отстраняют вас от занятий, — говорит ей ректор.
— Но вы… вы не…
Она несколько раз начинает и замолкает, не в силах ничего сказать. Вероятно, не отваживается выдать «вы не можете», потому что ректор и правда может все.
Авторитет элиты на него не действует.
— Вы свободны, — холодно произносит он и переключает внимание на меня, внимательно смотрит в мои глаза. — А вы, Ася, задержитесь. Хочу еще кое-что с вами обсудить.
Юлиана вылетает из кабинета с таким видом, будто ректор довел ее до грани одним лишь словом «отстранение».
Не понимаю. Звучит не так плохо. Ну не походит она на занятия несколько дней. Что в этом такого страшного? Или я чего-то не знаю о здешних порядках?
Дверь хлопает.
Вообще, мне совсем не до Юлианы и не до ее проблем. У меня своих хватает. Начнем с того, что никакую статуэтку ректор мне никогда не давал.
Эту вещь стащил беглый зэк.
И тут…
Вздрагиваю.
Что это за звук? Телефон ректора?
О нет. Даже не сразу понимаю, что это мой мобильный заливается мелодичной трелью. Рингтон незнакомый. А на тихий режим я поставить не додумалась.
Телефон разрывается. Молча смотрю на ректора.
Продвинутые смартфоны запрещены.
Чтобы подставиться еще сильнее, осталось только достать пачку сигарет, закурить и выдохнуть дым ему в лицо.
— Вы не ответите? — интересуется ректор.
Нервно лезу в сумку, сбрасываю вызов. Ставлю на «тихий», особо не глядя на экран. Механически. Просто успеваю заметить, что номер на экране никак не отображается. Скрыт.
— Сейчас мне нужно отойти, — говорит ректор, глядя на часы. — Ненадолго. Но вы задержитесь. Дождитесь меня. Вижу, нам есть, что обсудить.
  
Рассеянно киваю.
Он поднимается, берет какую-то папку со стола. Направляется на выход. Вскоре раздается звук прикрытой двери.