Повесть о вере, надежде, любви (СИ)
Онемевшей Ын Су снова оставалось лишь кивать.
– Ну, вот и хорошо. Хватит на сегодня бесед. Иди-ка ты спать, девочка, завтра будет новый день. Иди, отдыхай. Не тревожься, спи спокойно. Все разрешиться в нужное время. Иди.
Ын Су встала, поклонилась Му Ёну и вышла из комнаты. Только одна мысль билась у неё в голове: ей повезло, повезло несказанно и незаслуженно, но облегчение это принесло невероятное! Со всем остальным надо было, как говориться, переспать. На автомате посетила отхожее место, вернулась в дом, постелила постель, легла и – просто вырубилась, без сновидений проспав до утра. Видимо, мозг не справился с 9 валом полученных сведений и потребовал перезагрузки.
Глава 3
Впоследствии Ын Су не раз задавалась вопросом, что стало бы с ней, не окажись в тот день на постоялом дворе старого лекаря Чжан Му Ёна, и вздрагивала от ужаса. Этот человек стал для неё Учителем, другом и единственным близким человеком в этой реальности, сохранившем не только её жизнь, но и рассудок, одарившем отеческой любовью и придавшим силы идти к своей цели. Ын Су доверилась ему и не пожалела об этом. Такое же чувство она испытывала по отношению к королевскому доктору Чжан Бину, ей даже казалось иногда, что эти доктора не просто однофамильцы, но и родственники. Возможно, так оно и было…
***
Она проснулась, словно от толчка, резко села и огляделась, пытаясь соориентироваться в пространстве. Знакомая уже комната и запах трав успокоили – она в доме лекаря. Разом вспомнился вчерашний разговор и принятое решение остаться. Ын Су прислушалась к себе: сомнений на этот счёт не было, всё правильно. Однако что-то всё же тревожило доктора, царапало на грани сознания…
Женщина напряглась … Голос! Она слышала голос! Там, между сном и явью, он звал: «Имджа…Имджа..» Это был голос генерала! Ын Су вскочила, прислушалась к себе, попыталась сосредоточиться на этом воспоминании, потянуться к нему душой… И словно бы в ответ на ее мольбу в голове снова прозвучало: «Имджа… Живи…Прошу…Я буду ждать тебя..». Звук удалялся, стихал, но для неё это было сродни чуду! Она слышала его, Чхве Ёна! Он ждёт её, верит, значит, она ДОЛЖНА вернуться! Найти дорогу сквозь время и пространство и вернуться к нему, единственному мужчине, которого выбрало ее сердце.
Ын Су сжала руку в кулак, тряхнула им перед собой и прошептала с силой: «Файтинг!» Так делали герои в дорамах, желая преодолеть трудности и достичь цели. Ей такой посыл определенно был необходим. Она будет бороться! Она справиться!
***
С этого дня третья жизнь Ын Су обрела смысл и наполнилась действиями. Она начала учиться у Му Ёна всему, что он мог ей дать: традиционной медицине, языкам, политике, истории, даже готовке! Учителем он был превосходным: внимательным, терпеливым, щедрым, хотя и строгим, требовательным, дотошным даже. Старый лекарь обладал обширными знаниями не только по меркам этого времени: ей, выросшей в эпоху научного прогресса и высоких технологий, пришлось признать, что многие навыки и способности Му Ёна превосходили ее собственные и тех корифеев медицины, с которыми она когда-то была знакома. Но не только познания в медицине и других областях привлекали Ын Су в Учителе (да, именно так – с большой буквы!) и вызывали уважение: он был добрым, любящим, сострадательным, мудрым человеком, остроумным собеседником, чудесным рассказчиком, отличным другом и защитником, ставшим ей семьей.
Наблюдая за его работой и общением с пациентами и немногочисленными гостями, изредка посещающими дом лекаря, слушая разъяснения по фактам лечения и рассказы о жизни, Ын Су поняла одну истину, прежде не принимаемую ею во внимание: лечить надо человека в целом, а не только тело. Болезнь причиняет физические страдания, а они отражаются и на душевном состоянии пациента, и если первые проходят с исцелением повреждений тела, вторые, менее заметные, но не менее болезненные, могут причинять вред ещё больший, нарушая гармонию жизни. Душевно неспокойный человек становился врагом самому себе, и никакие усилия врача не могли привести его к выздоровлению. Только найдя подход к больному, выяснив тревожащие его мысли, обнажив страхи и сомнения, врач может сделать пациента своим союзником в борьбе с недугом, правильными словами и внимательным отношением вкупе с лечебными процедурами и препаратами приведет его к победе над болезнью. Труд этот был тяжёл, подчас неблагодарен, увы, но иному в профессии места не было. Ын Су пришлось признать эту истину снова, смириться и принять свою судьбу – она врач, и точка. Её путь – лечить людей в любой реальности, спасать жизни, несмотря на возможные проигрыши немилосердной Смерти. Надо просто стараться свести потери к минимуму…
Первое время, по решению Му Ёна, Ын Су присутствовала на приёмах пациентов в качестве мебели: просто сидела, смотрела, слушала, изредка что-то подавала, подносила, придерживала, записывала. Последнее вызвало у лекаря сначала непонимание – что это за странные письмена? А потом негодование – как это доктор не знает иероглифы? А труды врачевателей древности? А литература? А собрания высказываний мудрецов? А санскрит, арабский? Как это – не нужны? А ну, быстро учить!! Ах, трудно?! А никто и не обещал, что будет легко, девочка!
Пришлось Ын Су вспомнить студенческие годы и вгрызаться в тексты, коих у Учителя было достаточно. Каждый вечер он проверял ее уроки, помогал в чтении и трактовке написанного, поощрял забавными историями и вкусностями, радовался успехам. Записи Ын Су вела по -прежнему на хангыле, а ночами или в свободное время переписывала иероглифами. Доктор не задавал вопросов по этому поводу, принял на веру ее вариант хранения информации, повторив, что дождется дня, когда она сама ему расскажет всё, что сочтет нужным. Ын Су была благодарна за это.
Через пару месяцев жизнь в новом мире вошла в ритм: дом-работа-учеба. Начинался день подъёмом на рассвете, сытным завтраком и походом в лекарскую избу на краю деревни, рядом с трактом в столицу, где уже, как правило, ожидали посетители – жители округи, приходившие на приём к доктору Му Ёну. Лекарская изба больше походила на теплый сарай, покрытый тростниковой крышей и разделенный на две половины: в одной проходил осмотр больных, во второй сушились и хранились травы и осуществлялись врачебные манипуляции. Количество посетителей зависело от погодных условий: в сухую погоду добираться жителям деревень было проще, но все равно в иной день пациенты исчислялись десятками. Ын Су уставала с непривычки зверски: давала о себе знать слабость после болезни и общее напряжение, вызванное новизной ситуации. Учитель не торопил её, не высказывал недовольство, если она ошибалась, мягко наставлял, поправлял и поощрял на самостоятельные действия. Постепенно Ын Су освоилась, стала проявлять инициативу в проведении осмотра, обработке ран, подготовке инструментария– старый лекарь применял иглоукалывание, даже сама начала проводить мелкие операции: наложение шин и швов (показала однажды, Му Ён одобрил), вскрытие нарывов, абсцессов. И главное – она внимательно следила за Учителем, запоминала порядок действий, повторяла под его присмотром, раз за разом улучшая навыки владения местными способами оказания помощи. Она училась заново. Почему? Му Ён предостерег ее: «Девочка, не торопись показывать, что умеешь, не привлекай внимание больше, чем нужно, пока тебя не приняли и не перестали опасаться как чужачку. Не выделяйся. На всё нужно время. Побудь в тени».
Ын Су не обиделась – Учитель был прав. Несмотря на озвученную для деревенских версию ее появления в доме лекаря (родственница издалека, заблудилась, пережила трагедию, слегка повредилась умом и потеряла память частично-прям дорамный штамп, шутила про себя Ын Су), и, в целом, благодаря авторитету Чжан Му Ёна, принятую односельчанами, некоторое недоверие к ней всё-таки имело место. Поэтому девушка помалкивала в присутствии пациентов и посетителей, ходила, опустив глаза, на шаг позади Учителя, одна из дома не выходила, вообще, несмотря на подвижную натуру, старалась быть тише воды, ниже травы. Давалось такое поведение с трудом, Учитель только посмеивался, но явно понимал больше, чем показывал.