Повесть о вере, надежде, любви (СИ)
«Продуманные, однако. Были уверены, что я смогу вылечить этого их Кима? Ну или..Ладно, не будем о грустном. Скорее бы уже отправлялись!»- думала иномирянка, наблюдая за сборами и погрузкой столичного аристократа в повозку. Он вроде бы и посмотрел на неё мутным взором, но женщина маску не сняла, поэтому особо не опасалась. А вот сказанная напоследок командиром фраза ей не понравилась.
- Как тебя зовут, женщина? Я должен доложить семье господина, кому они обязаны его спасением. Да и он сам захочет тебе отплатить за помощь.
Ын Су напряглась, но ответила максимально ровно:
- Вы уже расплатились со мной, так что не стоит беспокоить господина моей скромной персоной. Желаю вам хорошего пути и окончательного выздоровления вашему хозяину.
Здоровяк снова ухмыльнулся недобро, но больше ничего не сказал, выехал вперед, и повозка, окруженная конными охранниками, двинулась по дороге в сторону столицы. Наблюдавшие за отбытием неприятных гостей жители деревни вздохнули с облегчением, как и Ын Су. Ну, вроде обошлось.
Глава 12
Несмотря на привычное для сельчан поведение лекарки, доктор Ю после отъезда воинов поняла, что ей нужно передохнуть: она чувствовала, как подкашиваются от перенапряжения последних дней ноги и кружится голова. С трудом дойдя до дома, она упала на матрас и отключилась. Проснулась женщина поздно вечером, судя по темноте за окном, и поняла , что проголодалась. К счастью, Гым Чжа не спала, поэтому они поужинали, нагрели воды, чтобы Ын Су смогла помыться, и разошлись по комнатам.
Ын Су лежала в темноте, слушала осеннюю тишину, радовалась завершению эпопеи с господином Кимом, вспоминала Учителя и Лу Бао, свою жизнь за истекший год, удивлялась, в который раз, сухой и теплой погоде, сожалела об истраченных хирургических материалах, одернула себя за это и незаметно задремала.
И очнулась, как от толчка, когда услышала голос генерала: «Имджа, где же ты? Я все еще жду тебя..» Женщина рывком села, откинула одеяло, огляделась: привычная обстановка, пробивающийся сквозь оконную бумагу свет раннего утра, крики соседских петухов, тихая возня помощницы во дворе и отчетливое: « Пора идти, девочка».
-Лу Бао? – произнесла она вполголоса.
Ответа не было, но Ын Су он и не требовался. Она как-то разом поняла, что действительно пора. Время, о котором говорил ей монах, пришло.
Иномирянка встала, собрала рюкзак, оставив вещи Учителя, написала письмо Гым Чже, распорядившись завещанным ей имуществом, извинилась перед ней и попрощалась, осторожно выскользнула из комнаты и решительно направилась по непроснувшейся еще деревне к вратам. Утро только вступало в свои права, лекарке никто не попался навстречу, и вот она уже около мегалита. Провал между камнями был темен и тих. Женщина постояла некоторое время, собираясь с мыслями, настраиваясь на мужчину, о котором думала, выдохнула и услышала характерный шум: врата открывались.
-Ну, будь что будет! – подумала Небесный доктор и шагнула в слепящее око портала.
***
Вид ночного Сеула был узнаваем и чужд. Огни мегаполиса, мчащиеся по проспекту авто, гуляющие горожане, запахи выхлопных газов, асфальта и жареного мяса, приносимые легким ветерком – Ын Су воспринимала окружающий мир как изображение на экране телевизора. Ничего не дрогнуло в ее душе. Этот мир перестал быть ее. Женщина постояла несколько минут и вновь вошла в светящееся зево врат, чтобы выйти в Коре столетиями раньше.
Здесь стояла осень, теплая, сухая и яркая, пели птицы, под ноги легла знакомая тропка, и Ын Су, не поднимая головы, пошла по ней к трактиру. Мыслей о том, что ей не удалось попасть, куда стремилась, в голове не было, а вот пустота и желание поесть – было. Она не сразу обратила внимание на ржание лошадей, палаточный городок и воинов, перемещавшихся вокруг нее. Да и внешний вид трактира ее не встревожил. Только войдя внутрь, иномирянка с удивлением обнаружила, что заведение выглядит как-то иначе, и заполнено оно вооруженными людьми в похожей на виденную ранее форму солдат армии Корё. Их было много в зале, поэтому Ын Су скромно примостилась за столиком почти у входа и попросила проходившую мимо служанку принести ей что-нибудь покушать. Осматривая соседние столы, доктор Ю вдруг увидела знакомые лица…Сердце застучало часто-часто, дыхание перехватило, и Ын Су обратилась с вопросом к проходившему воину:
-Простите, а что здесь делают солдаты Корё? Им не опасно находится на территории Юань?
И получила ошеломивший ее ответ о завоеванных генералом землях, пятилетнем правлении Конминвана и ее горной дремучести. Волнение и неверие одновременно вползало в ее мозг и душу, пока разговор за столиком напротив не заставил броситься на улицу и нестись сломя голову к памятному до боли дереву, о котором упомянули воины Корё.
Женщина бежала, даже не глядя под ноги. «Неужели?» – билась в голове незаконченная мысль, сердце колотилось о грудную клетку, глаза горели от подступавших слез, а она все бежала. И вот знакомое поле, огромное раскидистое дерево впереди, вот желтые хризантемы, которых не было раньше… Солнце, клонившееся к закату, не давало разглядеть представшую перед ней картину четко, но силуэт сидящего под деревом человека в синей одежде она рассмотреть смогла. И остановилась в некотором отдалении, не в силах двигаться дальше…Неужели?!
Ноги отказывали, но Ын Су заставила себя их переставлять, потому что сидевший под кроной дерева мужчина медленно повернулся, как-будто услышал ее шаги, встал и двинулся ей навстречу также медленно, как и она. Лучи закатного светила и слезы мешали ясно видеть лицо воина, но Ын Су это уже было не нужно. Она узнала генерала всем своим существом!
«Господи, спасибо! Господииии..» – только и смогла вымолвить про себя, глядя на мужчину, подходившего к ней все ближе и ближе. Это был Чхе Ён – знакомый и неизвестный: повзрослевший и возмужавший, с какой-то немыслимой бородкой, в сине-голубом одеянии и кожаном доспехе, высокий и необыкновенно притягательный. А главное–живой и настоящий!
Ын Су смотрела и смотрела, не в силах произнести ни слова: язык от волнения отнялся, во рту пересохло, а руки дрожали. «Господи, спасибо!» – снова подумала она. Генерал тоже молчал, но смотрел на нее внимательным взглядом, под которым женщина еще больше смутилась. «Он ждал меня здесь! Он ждал, не сомневаясь, что я приду!» – вдруг поняла она и шагнула вперед одновременно с мужчиной. И вот они стоят на расстоянии вытянутой руки и молча смотрят друг на друга.
Ын Су нестерпимо захотелось дотронуться до генерала, удостовериться в реальности происходящего, но она боялась нарушить то прекрасное состояние встречи, которое они переживали.
А вот у Чхве Ёна решимости хватило: сделав последний шаг к стоявшей перед ним женщине в странной одежде и неуместной сейчас крестьянской шляпе, скрывающей ее чудесные медные волосы, он потянулся к завязкам головного убора, распустил их, снял соломенной недоразумение и, отбросив его в сторону, рывком притянул к себе долгожданную женщину, крепко обнял, чтобы, наконец, почувствовать ее!
Ын Су аж задохнулась от охватившего ее восторга: это правда! Правда! Она действительно рядом с Ним, в его объятиях! Слышит, как стучит его сердце, чувствует тепло его рук на своих плечах испине, ощущает шероховатость грубой кожи доспеха, к которому прижато ее лицо! Господи, это правда! Спасибо, господи!
Они стояли, обнимая друг друга, оттаивая скованными ожиданием и отчаянием сердцами, обретая заново себя и мир вокруг, стояли молча, поскольку вместо слов говорили их души, не следя за временем и не слыша ничего, кроме стука возрождающихся к жизни сердец и шума побежавшей по жилам горячей крови. Разжать объятия не представлялось возможным! Они так соскучились, что даже мысль отпустить друг друга сейчас казалась кощунственной. Сколько бы они простояли так, неизвестно, но единение мужчины и женщины нарушило громкое восклицание:
-Небесный доктор?!!Вы вернулись?!!
Глава 13
Док Ман, повзрослевший, но не утративший суетливости и непосредственности, прихватив корзинку с провизией для удалившегося к заветному дереву генерала, бегом несся по тропинке среди осеннего великолепия. Он вообще не умел ходить степенно, а уж после замечания заместителя командира о том, что они плохо заботятся о генерале, невзирая на его причуды, вовсе ускорился до предела. Поэтому, когда из-за поворота он увидел обнимающуюся пару, в которой признал генерала и смутно знакомую медноволосую женщину, сразу остановиться не смог. Пробежав по инерции несколько метров и пытаясь сообразить, откуда здесь женщина и почему ее обнимает генерал, он споткнулся, чуть не пропахав носом землю, потому что вдруг понял, кто эта женщина!