Хороший товар

– Начнем с «пришел». Лука два раза в неделю покупает блок сигарет в маленькой продуктовой лавке. Заметь, в одно и то же время. Точен, как Кант. Вспыльчив, не любит, когда с ним спорят. Падок на женщин и комплименты. Считает свой талант рисования недооцененным. Ты придешь в лавочку на десять минут раньше, остальное твоя импровизация.
– Упаду в обморок.
– Там пол грязный. Продолжим: «увидел». У Браслета, брата Луки, синдром Аспергера. Он плохо контактирует с окружающими, на вопросы отвечает после короткой паузы, на шутки не реагирует. Подозрительно относится к незнакомым людям. В то же время у него прекрасная память и аналитический ум. С ним будь предельно осторожна. Не так давно он вычислил «крота» во время переговоров, сопоставив одну ему понятные факты.
– Значит, я должна забрать картину, пристрелив обоих братьев. Задача несложная. Пришел, застрелил, забрал, ушел.
– Успокойся. – Мише не нравится мой тон. – Мы все продумали. До мелочей.
Иногда я спрашиваю себя, Миша мне все равно не ответит, кто эти «мы». Где располагается организация, как находят Клиентов, кто разрабатывает план действий и переводит деньги на мой счет в швейцарском банке. Там накопилась приличная, по всем понятиям, сумма. Я могу позволить себе многое. Купить квартиру, поменять «жучок» на джип, пожить в свое удовольствие на Мальдивах или расслабиться на Бали. Представляю, как мы с Аськой валяемся на песочке, пьем коктейли с экзотическими названиями и крутим романы со смуглыми парнями.
С тех пор как я начала выполнять задания, я не позволила себе ни малейшей слабости. Не раз я ловила на себе взгляды мужчин, некоторые пытались завязать знакомство. Иногда хотелось проявить взаимность, почувствовать себя женщиной хотя бы на короткое время. Опасность подобного знакомства в последствиях. Случайный любовник может оказаться подсадной уткой, тогда мне придется его убить, прежде чем это сделает он. Порой мне кажется, что я супервумен, только не летаю. Разница между нами в поступках – она спасает, а я отправляю людей на тот свет.
Лука пробивает код, толкает дверь решетчатой калитки, приглашая меня войти первой. К дому ведет дорожка в виде дуги, таким образом, строение, скрытое за забором, не видно с улицы.
Входная дверь не заперта. Мы входим в гостиную. Первое, что я вижу, Браслет отдыхает в кресле-качалке.
– Мой брат. – Лука переходит на шепот: – Не будем его тревожить.
– Я не сплю. Лука, кого ты привел? – спрашивает Браслет. – Сколько раз тебе говорил, не приводи сюда посторонних. Тебе мало местных шлюшек. Она понимает итальянский?
– Нет, говорит только на английском.
– Сегодня никому нельзя верить.
Браслет несколько секунд смотрит на меня исподлобья, постепенно переводит взгляд на брата.
– Избавься от нее, – говорит он, – она мне не нравится. Выглядит необычно. Откуда она взялась в таком виде?
Самое время вмешаться в конфликт. Раскрываю путеводитель, читаю фразы в разговорнике:
– Ciao, come va la tua salute? Oggi è bel tempo 16.
Лука подмигивает мне и довольно улыбается.
– Ты не забыл, вечером мы ждем гостей, – напоминает Браслет, не скрывая недовольства.
– Не забыл. Перестань. Управлюсь за час. Бокал вина, фрукты, покажу ей нашу коллекцию картин, и bambina моя. Оближу ее, как шоколадку.
– Софи, – Лука переходит на английский язык, – я на минутку, только поменяю рубашку. Un momento 17.
Он исчезает в соседней комнате. Браслет, закрыв глаза, раскачивается в кресле, а я рассматриваю комнату. Одна из стен почти полностью увешана гобеленами в обработанных резьбой рамках. Противоположная стена покрыта десятками семейных фотографий разной величины. В углу величиной в человеческий рост стоит раскрашенная деревянная статуя женщины, платье до пола, на руках покоится младенец, взгляд Мадонны устремлен к потолку.
Лука возвращается, на нем чистая голубая рубашка.
  
– Надеюсь, ты не скучала без меня, – говорит он игривым голосом.
– У вас так интересно: картины, скульптуры, – голосом провинциалки выражаю восхищение.
Итальянец небрежно отмахивается.
Подсобное помещение на самом деле пристройка к дому, попасть в нее можно только изнутри дома. Это значит, что на обратном пути мне придется пройти мимо Браслета.
Лука проворачивает ключ в замочной скважине, приставляет палец к электронному зрачку. Раздается щелчок, лампочка под потолком меняет цвет с красного на зеленый. Реставратор тянет на себя массивную дверь.
В вытянутом помещении, облицованном бетонными стенами, примерно два десятка предметов искусства. Прекрасная скульптура спящей женщины, копия Беллини. Картины с библейскими сюжетами, в основном варианты Девы Марии с младенцем. Большое полотно с изображением Иисуса, несущего на спине крест.
Мое внимание привлекает оригинальная работа – рыжеволосый мальчик улыбается на фоне картины ребенка с куклой. Если я не ошибаюсь, похожую картину украли не так давно из какого-то музея не то в Падуе, не то в Вероне 18. Интересно, это оригинал или копия?
Лука с интересом наблюдает за моей реакцией на коллекцию. Остановку у каждого артефакта я сопровождаю восторженным откликом типа: «Waw!», «Incredible!», «Wonderful!», «Where did you get it?!».
Реставратор светится от гордости, прокручивает варианты в голове, какая женщина устоит перед таким культурным шоком.
Осмотр коллекции подошел к концу. Ищу глазами то, ради чего я нахожусь в мышеловке и обществе малоприятного человека.
– Лука, – говорю слегка капризным голосом, – вы обещали показать мне шедевр времен Ренессанса. Или вы меня обманули.
– Софи, как ты могла такое подумать про меня! – Реставратор полон фальшивого возмущения. – Вот, пожалуйста!
Итальянец снимает со стены одну из картин. Вместо голой стены матовая дверца сейфа величиной 20 на 30 сантиметров. Внутри картина на мини-мольберте. Признаюсь, у меня на мгновение перехватило дыхание. Казалось бы, очередная Мадонна с младенцем…
– Подойди поближе, только не трогай руками.
Лука стоит рядом, с благоговением смотрит на семейную реликвию, левой рукой нежно массирует мою ягодицу.
Ударом ребра ладони в кадык вырубаю реставратора, вытаскиваю из шорт ключ от калитки, заворачиваю картину в кусок холста. Осталось только пройти мимо спящего братца.
Сюрприз. Браслет, оказывается, проснулся.
Стоит в проеме двери с пистолетом в руке. Инстинктивно прижимаю Рафаэля к груди: Аспергер не будет стрелять, чтобы не повредить реликвию. Мы пристально смотрим друг на друга. Он поднимает дуло пистолета, как бы целится в голову. В ответ я выставляю картину как щит на вытянутых руках.
Долго стоять так мы не можем. Браслет пытается на сносном английском языке как-то решить проблему.
– Сучка, я сразу понял, что ты не туристка. Положи картину в сторону, осторожно. Ты сможешь уйти. Я обещаю.
В подтверждение своих слов он опускает пистолет.
Я не люблю, когда меня оскорбляют.
– Послушай, козел, – отвечаю на итальянском языке, – ты и твой брат – дерьмо. Я могла бы убить вас обоих, но, к сожалению, с мафией лучше не связываться.
Пока он соображает, как реагировать на мои слова, я простреливаю ему ногу из миниатюрного пистолета. У меня нет времени на переговоры.
Во Флоренции почти полночь. Дешевая гостиница, в основном для пар, желающих уединиться на час-другой. Документы не требуются. Оплата вперед наличными.
После сегодняшнего приключения у меня разыгрался аппетит. В ближайшей пиццерии покупаю большую коробку рizza capricciosa и две бутылки колы.
Усаживаюсь в позе лотоса на кровать с тощим матрасом и сомнительной чистоты простыней. Включаю телевизор. Перепрыгиваю каналы, пока не попадаю на Rai News 24.