Меня зовут господин Мацумото! том 5 (СИ)
Меня зовут господин Мацумото! том 5
Глава 1
После грандиозных событий вчерашнего дня следующее утро началось на удивление обыденно. В моей жизни словно ничего не поменялось. После подъёма меня ждали всё те же рутинные действия, всё та же домашняя обстановка, лица, неизменный завтрак. Да, за окнами где-то по-прежнему бурлила общественность и деловая среда. Ненадолго всколыхнулись даже политические круги, как это обычно бывает после громких новостей, заполнивших информационное пространство. Неугомонные журналисты продолжали рвать на себе волосы в попытках достать ещё больше «горячего» материала. Раскопать что-нибудь свеженькое. В идеале — труп. Желательно, как-нибудь связанный с этой историей. На крайний случай есть знаменитая фраза: «Мы ни на чём не настаиваем, но согласитесь…».
Однако всё это происходило где-то далеко, незаметно для глаз, поэтому ничто не тревожило моё утро, в чём, конечно же, заслуга большого количества людей, оградивших начальство от чрезмерного любопытства. Отвечавших на звонки, подбиравших оправдания, не позволивших пройти за ленточку. Ох, боюсь даже представить, что за эту бессонную ночь пережили мои подчинённые.
Поскольку сегодняшний день обещал стать очень насыщенным на события, настраиваться на это я начал чуть ли не с постели.
Как и думал, иллюзия неизменности бытия продержалась недолго. Во-первых, служанки стали вести себя навязчивее и чопорнее, чем обычно. Вроде бы незначительно, но я заметил. Во-вторых, во дворе у сменившегося автомобиля, интересно, где они только это монстра откопали, меня ждал персональный водитель, Айво-сан и Мэйли. За руль, понятное дело, господина уже не пустили, как и не позволили ему уехать на работу в гордом одиночестве. Сказали, не положено. На мои шутки не реагировали. Дружеский тон беседы не поддержали. Печально. В-третьих, в дополнение к главной машине появился ещё и автомобиль сопровождения, который больше не прятался за углом, что, вообще-то, для Японии не очень-то и характерно.
Здесь, что политики, что крупные бизнесмены, что чиновники, да даже бандиты, чаще всего передвигались всего на одной машине с минимумом охраны, а то и вовсе, без неё. Япония очень безопасная, законопослушная и культурная страна. Разъезжать по стране с частной армией — показатель страха, тщеславия и непорядочности. Более того, это выражение сомнений в способности властей обеспечить их безопасность. Можно сказать — своеобразный вызов системе. Либо же привилегия, которую ещё нужно заслужить. Понятное дело, вопросы собственной безопасности учитывались отдельно. Если кому-то угрожает реальная опасность, то все законные способы хороши, чтобы её избежать.
Конечно, встречались ещё и особые случаи, вроде моего, когда из-за какого-нибудь яркого события возникал чрезмерный ажиотаж к определённой персоне, способный доставить ей много хлопот. Тогда да, наличие дополнительной охраны считалось обоснованным, но, как временная мера, иначе завтра каждый второй более-менее узнаваемый род начнёт мериться длиной кортежей. В Японии же скромность не просто так считается добродетелью. Здесь кичиться своим богатством не принято. Впрочем, как и статусом.
В моём случае служба безопасности опасалась не столько нападения террористов, сколько несдержанных журналистов и уже успевших не только появиться, но и самоорганизоваться, безумных фанаток. Причём чем более юных, тем более радикальных. На вполне безобидную шутку об их способностях и моих возможностях Айво-сан невозмутимо дал почитать выжимку из некоторых фанатских чатов. Проникшись всей серьёзностью угрозы, я недоверчиво уточнил, а это, вообще, законно? Куда смотрят их родители? Учителя? Священнослужители, в конце концов.
— Действенных способов борьбы с фанатскими группировками пока не придумано. Самый простой способ направить их энергию в нужное русло, это внедрить своих агентов. Или договориться с лидерами. Как правило, они очень меркантильны.
«Или внедрить провокаторов, — огорчённо подумал, развивая эту мысль. — Как ни странно, но в странах со свободным хождением оружия я бы чувствовал себя спокойнее. Там от фанатиков хотя бы можно отстреливаться. Практически вижу эту картину, достойную кисти художника. А тут что? Отшучиваться? Просить сохранить мою невинность для жены? А если не согласятся? А если ещё хуже, предложат себя на эту роль, прямо здесь и сейчас? Или захотят разобрать на сувениры. Самое грустное, только попробуй вместо бесполезных убеждений применить к ним силу, отстаивая свою честь. Не так дотронешься или не то скажешь, мигом угодишь в скандал. Очередное неудобство нового статуса.»
Между тем Айво-сан продолжал инструктаж.
— Если встретите незнакомых людей, которые подозрительно себя ведут, особенно тех, кто непременно хочет вам что-то подарить, крепко обнять или признаться в любви, пожалуйста, сразу же дайте нам знать, — попросил с серьёзным лицом. — Некоторые фанатки настолько безжалостны в своих заблуждениях, что могут доставить нам много хлопот. Хуже всего то, что они очень изобретательны.
Кивнув, показывая, что принял эту информацию к сведению, я сделал вид, что меня всё устраивает. Подумаешь, всего лишь потерял ещё немного личной свободы, обменяв её на материальное благо.
Сев в машину на заднее сидение, вместе с Мэйли, приказал отвезти меня на работу. Пора заняться делами, и так столько времени потерял на всевозможные церемонии, без которых, увы, было не обойтись. В Японии разного рода символизму, подчёркиваемому соответствующими ритуалами, придаётся очень много значения. Без следования им, вас просто не признают достойным сыном своих родителей.
С опаской включив телефон, я посмотрел на сотни пропущенных звонков и непрочитанных сообщений. Может, «случайно» его потерять? Просто неохота на всё это отвечать. Откуда я столько времени возьму? А фантазии, чтобы не повторяться? Силой воли подавив накатившую слабость, мужественно принялся потихоньку разбираться с накопившимися делами. Сосредоточившись на этом занятии, не успел заметить, как внезапно очутился у офиса. Время пролетело совершенно незаметно. Я даже не успел сделать половину из запланированного.
В этот раз в здание меня со спутниками пропускали с низкими поклонами, не задерживая, в отличие от толпы каких-то проходимцев, ломившихся следом, выкрикивая мою фамилию. Некоторые из них ещё и какие-то плакатики держали в руках. Я им что, айдол? Какой ужас.
«Надеюсь, они быстро поймут тщетность своих попыток и разойдутся» — понадеялся один человек.
«Надейся…» — упрямо возразили десятки других «золотых рыбок».
Чуть ли не удвоенная охрана здания провела нас через отдельный вход для особо важных персон, не задавая вопросов, не требуя пропусков, вместо этого вытянувшись, как на параде, из чего делаю вывод, что о смене моего статуса тут уже знают все, вплоть до роботов пылесосов. Не удивлюсь, если проезжающий мимо дискообразный малыш остановится и машинным голосом произнесёт, — Доброе утро, господин Фудзивара. Вам почистить обувь?
Следующее отличие от прошлых посещений Теннояма я заметил в лифте, куда следом за мной совершенно не спешили заходить рядовые сотрудники компании. Они предпочли дождаться следующего лифта, хотя их никто не выгонял и не препятствовал занять этот. Меня и далее с поклонами почтительно пропускали всюду, куда бы я ни шёл, умолкая при приближении и провожая поражёнными взглядами, будто видели первый раз. Думаю, потом будут обсуждать это так: «Заметил, как он на меня посмотрел? Страшно. Как хорошо, что я успел застегнуть пиджак. Интересно, в компании объявят о каких-нибудь праздничных акциях? Выступит ли молодой господин с речью? А как себя вести-то теперь с ним? Нужно ли делать вид, что он такой же обычный сотрудник, как мы, или господин Фудзивара уже не скрывается? Нужно будет уточнить.»
Был даже и такой случай, хорошо, что единичный.
«Кажется, я обкакался. Быстрее бы он ушёл, и все отвернулись. Стыдно-то как.»