Remedium desperatio (СИ)

 - Присмотрите за ним, пока меня не будет, чтобы он не вздумал куда-то выйти погулять.
 Гарри вскочил:
 - Ты! – у него кулаки чесались пройтись по холеной Малфоевской физиономии.
 - А тебе зачем в библиотеку? – осведомился Эрни.
 - Хочу взять что-нибудь по родовой знати Румынии, - ответил Драко, игнорируя Поттера.
  
 - У Майкла есть что-то подобное, - сказал Терри.
 Малфой вышел, и Гарри посмотрел на Эрни и Терри:
 - Ну вот, вы слышали? Впечатление, что он считает меня слабоумным.
 - Вовсе нет, - сказал Бут, - Драко просто беспокоится о тебе.
 - В яме с соплохвостами видал я его беспокойство!
 - Но, Гарри, - рассудительно начал Эрни, - ты же для Малфоев совершил настоящий подвиг, по сути из Азкабана вытащил, так дай Драко возможность тебя отблагодарить.
 - Мне «спасибо» достаточно, Эрни, и ничего больше мне от них не нужно.
 - Наверное, они ценят свою жизнь дороже, чем простое спасибо, - сказал Терри и посмотрел на Макмиллана таким влюбленным взглядом, что Гарри стало неудобно.
 - Эм, ну я пойду, ребята, - Гарри подхватил свою сумку и вышел.
 В комнате переоделся в домашнее, достал ту маленькую книжку и волшебное Перо-переводчик, что дал ему профессор Оничану, и тут вспомнил, что расписание занятий осталось у Эрни. Без всякой задней мысли он подошел к двери его комнаты, открыл ее и ошеломленно замер.
 В темных волосах Терри вдруг засветились нежно-голубые точки и распустились крошечные незабудки.
 Бут дотронулся до волос, на его ладони сияли две маленьких звездочки скромного цветка.
 - Я не забуду, Эрни, - обернувшись к другу, сказал он, - но за напоминание спасибо и вот…
 К мило покрасневшему и тщетно прячущему улыбку Макмиллану порхнула небольшая красная бабочка и села, сложив крылышки сердечком.
 Гарри тихо прикрыл дверь и вернулся к себе. Он чувствовал себя ужасно неловко, словно подглядел за чем-то слишком личным, интимным. Он не знал, о чем шла речь между Терри и Эрни, но нежность, которую они проявили только что друг к другу, вводила в недоумение. Разве между парнями такое возможно? Он понял уже, что встречаться с себе подобными – это нормально, хотя в Хогвартсе считал, что Макмиллану нравится Ханна Аббот, а дружит он с Джастином Финч-Флетчли.
 ***
 В комнату вошел Малфой:
 - Поттер, до конца обеда осталось пятнадцать минут. Или ты решил объявить голодовку?
 Гарри нахмурился, но есть действительно хотелось, поэтому молча накинул мантию и пошел в столовую следом за Малфоем. В коридоре явно его поджидал Энтони:
 - Пошли скорее, Гарри.
 Он зашагал рядом, а на лестнице тихо спросил:
 - Ты обиделся?
 - Нет, Энтони, - вздохнул Гарри, - это бесполезно.
 - Что бесполезно?
 - Обижаться на вас, вы, похоже, никогда не сможете избавиться от иллюзий и увидеть во мне обычного человека.
 Идущий в шаге от них Малфой фыркнул.
 - Гарри, но ты же необычный человек! – горячо воскликнул Энтони.
 - Энтони, не начинай! - резко оборвал Поттер. – Лучше скажи, ты позанимаешься со мной румынским сегодня?
 - Конечно! Мог даже не спрашивать.
 Гарри радовало, что многие слова были похожи на английские, по крайней мере в написании, правда, попадались хитро закрученные буквы. Вообще румынский алфавит был практически копией английского, только буквы читались по-другому, ну и было несколько необычных букв.
 В столовой их столики так и остались сдвинутыми, и никто из местных на них не претендовал, поэтому Гарри сел сразу на свое место. Многие уже закончили обедать и оставались в столовой, чтобы пообщаться.
 Марчел, Гарри уже запомнил его имя, но не фамилию, прошел рядом, задержавшись, чтобы пожелать лично Гарри приятного аппетита и сел за столик неподалеку, чтобы оказаться как раз напротив Поттера. Гарри улыбкой поблагодарил за пожелание и принялся за обед, ни разу не посмотрев в сторону Марчела.
 После обеда Энтони предложил позаниматься вместе, на что Гарри с радостью согласился и потом слушал несколько минут недовольное ворчание Малфоя. Учебники были предсказуемо на румынском, Перо тут помочь не могло, так как Гарри просто нечего было ему диктовать. Но Голдстейн читал вслух и тут же переводил дословно каждое предложение, Гарри следил за ним по тексту и старался запомнить хоть что-нибудь на румынском языке. Малфой давно сделал домашние задания и куда-то сбежал от этого дурдома. Объявился он перед самым ужином:
 - В столовую идете?
 Энтони засуетился, собирая свои вещи, и побежал их относить к себе в комнату.
 Прямо на площадке перед стеклянной стеной, отгораживающей их коридор, стоял уже знакомый Гарри Марчел Ливиану. Увидев Поттера, он засиял своими ямочками на щеках, белоснежными зубами и глазами с длиннющими ресницами. Гарри красоты его не оценил в силу того, что никогда не ставил внешность в список необходимых мужских качеств, на улыбку тоже не ответил, решив, что хватит с него на сегодня нотаций.
 Но Марчел сделал шаг к нему и, сложив ладони вместе, раскрыл их: там сидела огромная бабочка, лениво помахивая синими с металлическим блеском крыльями. Вспомнив, что всего несколько часов назад он видел подобное колдовство в комнате у Эрни и Терри, Гарри с ужасом провел рукой по волосам, ожидая наткнуться на цветы, но, слава Мерлину, ничего подобного не нащупал.
 - У тебя самые красивые зеленые глаза, ни у кого таких не видел! - восторженно сказал Ливиану.
 А Гарри сразу вспомнил музыкальное поздравление Джинни на Валентинов день, которое ему продекламировал гном-купидон, когда они учились на втором курсе:
 - Его глаза хоть видят слабо,
 Но зеленей, чем чародея жаба…
  
 Он тогда чуть со стыда не умер, и кстати, Малфой в тот момент тоже присутствовал при его позоре. Гарри молча обошел Марчела и направился в столовую. Может, не стоило исправлять зрение? Вдруг в очках он меньше бы привлекал внимание?
 - Поттер, смотрю, ты обзавелся настойчивым поклонником, - хмыкнул Малфой.