Отель "У ведьмы", или ведьмы замуж не выходят! (СИ)
Каким образом Коул так часто находил именно те слова, которые были отчаянно мне нужны? Иногда казалось, что он верит в меня больше, чем я в себя.
Весь этот сложный калейдоскоп эмоций, привел к одному:
— Расскажи о своем проклятии, — серьезно попросила я. — Мне кажется, я должна знать.
Коул напрягся, его лицо потемнело. Пару долгих мгновений он молчал. Я даже подумала, что он сейчас отвернется, а затем и вовсе уйдет, но Коул неохотно разомкнул губы:
— Я приношу неудачи близким людям. По этой причине со мной опасно сближаться.
— А как же твои друзья? — невольно вырвалось у меня. — Как они обходят это проклятие?
На языке вертелся еще один, более интимный вопрос, который я не решилась задать. Но спрашивать о личной жизни мне не позволило чувство такта.
— У меня нет друзей, — хладнокровно ответил Коул и сделал шаг назад. — Не волнуйся, наши отношения тоже носят чисто деловой характер. Я просто помогаю тебе разобраться со своей силой, чтобы ты была готова к ритуалу.
И, видимо, чтобы не загубила коллегам важное мероприятие.
Это я добавила уже мысленно, и тоже отступила назад. Теперь между мной и Коулом, будто пролегла пропасть, а не расстояние в два шага. Значит, я неверно все истолковала? То, что я по наивности приняла за проявление искреннего интереса по сути всего лишь деловое сотрудничество? Глупая! А ведь все условия мне огласили сразу! На что я надеялась?
— Понятно, — пробормотала я и с усилием улыбнулась. — Я благодарна тебе за помощь.
На лбу Коула пролегла глубокая складка. Голубые глаза с тревогой смотрели на меня, и это было невыносимо. Наверняка он догадался о том, что я к нему испытываю! Черт!
— Прости, уже поздно, — по возможности ровно сказала я, пытаясь не сгореть от чувства унижения. — Мне пора.
— Офа!
Я сделала вид, что не услышала оклика. В конце концов, что тут можно добавить?
Уже приблизившись к парадному входу отеля, я свернула в сторону. Ноги сами принесли меня к обрыву, с которого был виден порт. В темноте фонари кораблей выглядели словно огни домов: так же уютно, и вызывали щемящее чувство ностальгии по чему-то безвозвратно утерянному.
Опустившись на холодную землю, я подтянула ноги к груди и положила подбородок на колени. Впрочем, пореветь мне все равно не дали. Стоило мне всхлипнуть, как позади раздался шелест кустов и на мыс кто-то шагнул. Я не успела испугаться, потому что почти сразу опознала в незнакомке, задравшей ручной фонарь так, что мне пришлось зажмуриться, Бель.
— О, госпожа Офа! — девушка улыбнулась и опустила фонарь. По ощущениям, будто убрали лампу, которую до этого направляли мне в лицо. — Не думала, что встречу вас здесь!
— Я решила помедитировать, — лихо солгала я и чуть подвинулась. — Присаживайся, отсюда открывается шикарный вид.
Здесь я не покривила душой: темное, чуть волнующееся море, уходящее за горизонт, и правда впечатляло. Свет луны, отражающийся в водах, и легкий бриз, пахнущий солью, умиротворяли и погружали в пробирающую до мурашек атмосферу волшебства ночи.
Бель подготовилась к вечерней прогулки лучше, чем я. Она сбросила с плеч накидку и, расстелив ее, опустилась рядом. Пару минут мы просто молчали, вглядываясь в огни стоящих внизу кораблей и наслаждаясь первозданной тишиной.
— У вас все хорошо, госпожа Офа? — спросила Бель.
Я, не поворачивая лица, кивнула, и вернула вопрос:
— А у тебя?
Краем глаза, я заметила, как Бель закусила нижнюю губу. Вместо ответа девушка сорвала травинку и, покрутив ее в руке, проговорила:
— Всегда любила море. Оно — живое олицетворение свободы, правда?
Я слегка озадачилась сменой темы, но решила поддержать разговор.
— Да, верно.
Бель громко выдохнула и быстро, глотая окончания слов, выпалила:
— Но ведь ходить в море всегда было опасно! Многие корабли тонут в шторм. Не лучше ли остаться на суше?
Я все-таки посмотрела на Бель. Та, выпрямив спину, вперила немигающий взгляд в темное море. Если она хотела скрыть волнение, то безуспешно. Ее выдавали напряженные плечи и заледеневшее лицо.
Я вздохнула, размышляя, что тут можно сказать. Слова Бель походили на завуалированную просьбу о помощи.
— Все мы разные, — после долгого молчания откликнулась я. — Кому-то больше подойдет свободное и опасное море, а кому-то — привычная и безопасная суша. Нет правильного и неправильного выбора, есть просто выбор, и главное — совершать его сердцем, а не разумом.
— Почему?
— Сердце всегда знает, кто мы и на что способны. А разум только думает, что знает.
Бель прерывисто выдохнула и импульсивно спрятала лицо в ладонях.
— Мне так страшно, — глухо проговорила она. — Вдруг маменька права, и я испорчу себе жизнь? Возможно, стоит перестать мечтать и жить так, как все?
Я положила руку на ее плечо и сжала его.
— Ничего не бойся, — уверенно проговорила я и перефразировала Коула: — И себя тоже не бойся. Ты справишься.
Бель всхлипнула и неожиданно обняла меня. Я растерянно похлопала ее по спине, а затем расслабилась и крепко обняла в ответ.
— Почему вы так уверены?
Я усмехнулась. Я ощущала в Бель силу, но не как у Тори — хорошо читаемую и непоколебимую, а ту, что только-только начала раскрываться. В каком-то смысле у меня с Бель было много общего: мы обе впервые выходили в море.
— Интуиция.
Бель отстранилась от меня и улыбнулась: — светло и немного застенчиво. Вытерев слезы со щек, она накрыла мою ладонь своей и проговорила:
— Спасибо.
Я лишь пожала плечами. Я не была уверена, кому именно сказала все это: Бель или себе.
Мы еще долго сидели рядом и молча всматривались в лунную дорожку, подрагивающую на темной воде и уходящую далеко за горизонт.
ГЛАВА 17
Такое ощущение, что нас с Фандором сглазили. Как еще объяснить, что мой массаж постоянно прерывают?
— Дорогая, у меня чудесная идея! — радостно воскликнула Иви, без стука вошедшая в мою спальню. — Ох, прости-прости, я не смотрю. Продолжайте.
Ведьма, прикрывая лицо распахнутым веером, скользнула взглядом по Фандору, одетому в пижаму, и подмигнула мне. Спасибо, хоть большой палец вверх не подняла. Отвернуться она и не подумала.
Наверное, я уже привыкла к царящей в этом мире бесцеремонности, потому что даже не стала натягивать повыше одеяло, прикрывающее ягодицы.
— У меня сеанс лечебного массажа, — со вздохом пояснила я. — Фандор, прости, пожалуйста, продолжай.
Близнец немного неловко кивнул и положил руки мне на плечи. Я опустила голову и блаженно застонала: нет, определенно, массаж — это лучшее изобретение человечества!
— А-а-а! — с легким разочарованием протянула Иви и сделала глоток из фляжки, которую выудила из кармана пышной цветастой юбки. — Что ж, это тоже полезное дело.
По ее тону стало понятно, что массаж в целом ей кажется глупой тратой времени, но чужие причуды она уважает.
— Иви, вы что-то хотели? — «в лоб» спросила я.
Внутри уже зашевелились нехорошие подозрения. Неужели что-то случилось, раз ведьма решила меня навестить?
— Хотела, конечно, — не стала отпираться та и, поискав глазами свободный стул, плюхнулась на него и скрестила ноги в лодыжках. Я невольно оценила высокие кожаные сапоги, выглядывающие из-под шифоновой юбки. — Кстати, можешь со мной на «ты». Мы же из одного ковена как-никак!
Что ж, это аргумент!
— Хорошо, Иви, ты…
Она не дала мне продолжить, весело перебив:
— Коул сказал, ты освоила полет на метле! Ты становишься настоящей ведьмой!
Наверное, это было хорошей новостью, потому что Фандор с воодушевлением, явно не рассчитав силы, нажал на какой-то мой позвонок, и я зашипела от боли.
— Ой, простите! Увлекся!
— В вашем возрасте, молодой человек, стоит увлекаться другими вещами, — добродушно заметила Иви и поправила шляпку в цвет веера. Или это веер шел в цвет шляпки? — Массаж, конечно, дело хорошее, но путь к сердцу ведьмы лежит через…