Отель "У ведьмы", или ведьмы замуж не выходят! (СИ)
— В предыдущем бою удача была на стороне Теодора. Братец потом провалялся несколько дней в лазарете, пока маг не залечил ему рану.
— Прекрасная история, — буркнула я и уже громче добавила: — Фандор, присаживайтесь. Не заставляйте нас вас ждать.
Видимо, в моем голосе прозвучала угроза, потому что Фандор перестал сверлить взглядом Теодора, словно прикидывая, как поизящнее воткнуть в того шпагу, и послушно опустился рядом со мной. Аккурат по левую руку.
В столовой повисла настороженная тишина. Тори выразительно придвинула на центр стола миску с мясом. На тарелках у каждого гостя уже лежал гарнир из жареной картошки. Тори даже успела соорудить несложные закуски, и я ощутила прилив благодарности к девушке. Все-таки нанять ее было хорошей идей!
Любопытно только, куда делись предыдущие сотрудники отеля? Нужно будет спросить об этом при случае.
Задумавшись, я не сразу поняла, что взгляды всех присутствующих скрестились на мне. Интересно, чего они хотят?
— Благословение, — сквозь зубы прошипела Тори.
— Ну что ж, — кашлянув, проговорила я. — В общем… Приятного аппетита! И пусть эта еда… Принесет нам больше пользы, чем вреда.
Черт! Кажется, я ляпнула что-то не то. Нет, мне точно нужна методичка! Стрясу-ка ее с Коула что ли.
По столовой пронесся порыв ветра, едва не опрокинувший тарелку с хлебом на пол. Тори тяжело вздохнула и молча закатила глаза. Шандор хотел что-то сказать, распахнул рот, но, передумав, мрачно промокнул губы салфеткой.
Господин Розенфельд от такого напутствия слегка напрягся и без прежней охоты покосился на содержимое своей тарелки. Милоха с осторожностью ухватился за фужер, в котором, судя по всему, плескалось вино, и задумчиво побаюкал его в руке, как ребенка.
— Ну, от горячительного какой вред, да? — оптимистично выдал он и залпом осушил фужер.
Только Теодор и невеста в белом платье отнеслись к моим словам с таким равнодушием, словно и не расслышали их. Впрочем, судя по отсутствующему выражения лица девушки, та и правда витала мыслями где-то далеко. На ее безымянном пальце тонким ободком сверкало золотое помолвочное кольцо.
Рядом оказалась Тори, которая водрузила на стол кувшин с чем-то алым — вином или морсом, так и не поймешь сразу.
— А можно в следующий раз более однозначное благословение? — поинтересовалась Тори, склонившись ко мне. — Вы же так всех постояльцев распугаете.
Я обиженно засопела. Меня вообще не просветили насчет каких-то там благословений! Могли хотя бы намекнуть. Я бы подготовилась!
В тот момент, когда меня едва не накрыл приступ самобичевания, двери столовой распахнулись, явив взору сразу двух рыжеволосых женщин в экстравагантных черных нарядах. Одна из них — Эш — была мне уже знакома. Под ее ногами крутился Маркиз. Другую же ведьму (только ведьма могла нацепить на себя кожаный комбинезон, настолько очевидно подчеркивающий все достоинства фигуры, что ни о какой тайне и речи уже не шло) я видела впервые. Через плечо у незнакомки висела небольшая сумка-клатч, из которой выглядывал тарантул. Я судорожно сглотнула.
Меня напугал не паук (хотя и он тоже!), а предчувствие надвигающейся беды. Вряд ли в этом мире есть примета, согласно которой внезапный визит ведьм предвещает что-то хорошее.
— А вот и наша новенькая! — не без иронии проговорила Эш и кивнула в мою сторону, будто кто-то мог понять ее неправильно. — Знакомьтесь, Офа — это Моргана. Моргана — это Офа.
— Многое о тебе слышала, — грудным голосом откликнулась Моргана. Я мельком подумала, что впервые вижу настолько сексуальную женщину и дело даже не в ее фигуре или лице. От Морганы буквально исходила аура человека, способного перевернуть вашу жизнь одним взмахом ресниц. — Надеюсь, мы с тобой подружимся.
— Угу-угу, — буркнула Эш и широким шагом пересекла столовую, чтобы занять пустующее место за столом. — Давайте все эти словесные реверансы оставим для короля и его придворных.
Моргана закатила глаза и тоже направилась к столу.
— Эш, ты все еще злишься, что я сделала короля своим любовником?
— Он, к слову, очень счастлив, — между делом осторожно вставил господин Розенфельд. — Мы всей страной за вас молимся, госпожа Моргана!
— Это так мило! — ответила Моргана и потрепала господина Розенфельда по щеке, как маленького мальчика. — Будьте любезны, накормите Лилу.
С этими словами она протянула ему тарантула. Господин Розенфельд так побледнел, что я испугалась, как бы его не хватил сердечный удар. Признаться, при виде паука, которого еще накормить нужно, мне бы тоже поплохело.
— Я сейчас принесу тарелки и приборы!
Тори деловито исчезла в дверном проеме. И я с тоской посмотрела ей вслед. Вот бы мне тоже слинять под благовидным предлогом!
— Ну, — Эш указала пальцем на графин с вином и сидящий рядом Фандор тут же поторопился налить вина в фужер. Причем, похоже в свой, потому что Тори еще не вернулась с новым набором посуды. — Рассказывай, Офа, как ты тут осваиваешься.
— Ковен за тебя очень волнуется, — все тем же мягким, грудным голосом добавила Моргана. — Равена места себе не находит.
— Поэтому и отправила нас сюда с инспекц… с дружеским визитом, — мрачно буркнула Эш и недовольно засунула нос в протянутый Фандором фужер. — Будто у нас дел других нет!
— У меня вот их не оказалось, — вполне любезно заверила меня Моргана и обернулась к Эш. — А у тебя все равно библиотека закрывается после шести вечера. Чем ты хотела заняться? Снова устроить вечер поэзии?
Эш вспыхнула до корней волос. Так сильно и мгновенно краснеть умеют только рыжие люди с бледной кожей. Даже веснушки на щеках перестали бросаться в глаза.
— Предпочитаю обниматься с книгами, чем с королями, облагающими свой народ ужасными податями!
— Подати не такие уж ужасные, — осторожно заметил господин Розенфельд и тут же заткнулся, сообразив, что не стоит лезть в перепалку двух ведьм.
— Ну да, — легко согласилась Моргана и мурлыкнула себе под нос. — Ты же у нас любительница интеллектуальных, а не физических развлечений. Чем ты там себя тешишь? Сочинением стихов по ночам?
В столовую вернулась Тори, и вовремя: у меня как раз голова пошла кругом. Ведьмы покусывали друг друга привычно, словно даже не особо желая задеть. Но гости все равно нервничали, очевидно, мысленно прикидывая, как, в случае чего, уворачиваться от проклятий. Милоха сидел ни жив ни мертв. Петух в его руках обмяк и явно намекал, что пора вызывать скорую. Господин Розенфельд с такой тоской взирал на тарантула, что становилось жаль их обоих: и антиквара, боящегося сделать неверное движение, и голодного паука.
Мне на коленки запрыгнул Маркиз и принюхался к лежащей на тарелке куриной ножке.
— Хорошее мясо, — постановил он. — Можно есть.
— Спасибо, — растерянно пробормотала я.
— Угостишь? — по-свойски поинтересовался рыжий кот.
— Маркиз! — рявкнула Эш, отвлекаясь от обмена колкостями с Морганой. За кем осталась победа, я так и не уловила. — Перестань клянчить еду! Можно подумать, я тебя не кормлю.
Кот дернул хвостом и спрыгнул на пол, всячески делая вид, что это было его собственное решение, а не приказ хозяйки.
— Ну, так как дела? — нетерпеливо напомнила Эш. — Есть проблемы?
Обе ведьмы вдруг таким пристальным взглядом обвели столовую, что все мои постояльцы с надеждой посмотрели на меня. Особенно жалостливо выглядел Милоха, обнимающий петуха. Мольбу в его глазах не прочел бы разве что слепой.
Вот ведь плут! Точно что-то скрывает.
Разум подсказывал, что стоит рассказать обо всем ведьмам, но неожиданно проснувшаяся гордость заставила поступить совсем иначе. Жаловаться на возникшие трудности мне не хотелось. Роль жертвы мне никогда не нравилась.
— Нет, проблем нет, — решительно солгала я. С губ Милохи сорвался вздох облегчения. — Осваиваюсь.
— Это хорошо, не дослушав, бросила Эш. — Завтра к тебе нагрянет Коул. Поможет разобраться с магией. Но ты вроде и сама не потерялась: отель выглядит вполне себе обжитым. Ни паутины, ни бардака.