Мальчик-Которого-Нет (СИ)
Попасть на волшебную торговую улочку не составило труда. Как оказалось, проход такой же иллюзорный, как и на вокзале. Просто Хагрид зачем-то отменил эту иллюзию во время своего визита сюда с канонным Гарри. Думая об этом и о том, что у волшебников какая-то особенная тяга именно кирпичные стены делать магическими проходами, я зажмурилась и шагнула вперед.
Косая Аллея мало чем отличалась от киношной, разве что домики выглядели более ветхими. Волшебников на улочке толклось достаточно, чтобы затеряться среди них. Не задерживаясь, я направилась прямо к Гринготтсу. Взбежала по ступенькам и, не притормозив перед серебряной дверью на входе, прошмыгнула в холл банка. И лишь там на миг замерла, таращась на гоблинов.
На меня никто не обратил внимания, кроме одного зеленошкурого за конторкой слева. К нему и направилась.
— Здравствуйте, могу ли я получить консультацию? — чуть дрожащим голосом обратилась я к гоблину.
Тот еще секунду пристально на меня смотрел, а потом взмахнул когтистой лапкой, от чего воздух вокруг нас немного нагрелся, а пространство за пределами небольшого круга метра в три подернулось сероватой дымкой.
— Мы храним тайны клиентов, — пояснил гоблин. — Теперь вас никто не услышит и не обратит на вас внимания. Так что вас интересует?
Я мысленно хмыкнула, вспомнив, что для канонного Гарри самый главный гоблин ничего такого не делал.
— Я не знаю точно, что мне нужно узнать, — признавая собственную беспомощность, ответила я. — Думаю, у меня будет более одного вопроса.
— Тогда стоит пройти в отдельный кабинет, — предложил гоблин.
Я могла лишь моргать и удивляться. Я и в прошлой-то ипостаси не всегда могла получить вежливое обращение, а тут такое почтение к почти одиннадцатилетнему ребенку. Как бы не облапошили, пользуясь моим возрастом и отсутствием соответствующих знаний.
Тем временем гоблин поманил меня за собой к высоким дверям сбоку от входа. Пройдя по тускло освещенному коридору, мы попали в небольшой зал, куда выходило не меньше десяти дверей. Но мой сопровождающий отлично ориентировался, так что через несколько секунд мы очутились в просторном кабинете, обставленном столь же лаконично, как и холл банка: темное дерево, белый, серый и черный мрамор на полу, стенах и потолке, хрустальная люстра. Хозяин кабинета устроился за массивным столом на высоком стуле. Для посетителей же здесь было выставлено два мягчайших кресла с зеленой бархатной обивкой.
— Меня зовут Костехрум. Так какие у вас возникли вопросы? — спросил гоблин, дождавшись момента, когда я сяду.
— Простите, мистер Костехрум, а сколько стоит подобная консультация? — чувствуя себя не слишком уверенно, уточнила я.
— Десять галеонов в час, — не моргнув, ответил гоблин. — Но для клиентов банка — бесплатно.
Я с облегчением чуть расслабилась, но тут же насторожилась:
— А вы знаете, кто я?
Гоблин посмотрел на меня с нечитаемым выражением на морде, а потом ответил:
— Мы не такие слепцы, как волшебники, мисс Поттер.
Ответ Костехрума многое прояснил. Гоблин не только понял, кто я, но ни капельки не смутился моей половой принадлежности. Похоже, гоблины о данном нюансе знали изначально.
— Хорошо. Тогда…
— Вы можете перечислить ваши вопросы, — предложил гоблин, видя мои сложности.
— Но я не знаю, какой вопрос выбрать первым, — призналась я.
Гоблин помолчал, явно считая, что лимит советов пока исчерпан.
— Ладно. Скажите, пожалуйста, мистер Костехрум, кто занимается делами семьи Поттер или помочь мне может любой гоблин?
— Дела Поттеров находятся в моем ведении, — немного прищурившись, ответил гоблин. — Вы можете попросить о помощи другого гоблина лишь для мелких и неважных манипуляций, вроде обмена денег или посещения сейфа.
Я кивнула, давая знать, что внимательно слушаю.
— Далее… Мне еще не исполнилось одиннадцать, могу ли я получить конкретные ответы по поводу сейфа или сейфов, местонахождения ключа и любую подобную информацию?
Гоблин преспокойно просветил меня, что согласно завещанию моего деда, Карлуса Поттера, с его внуков сняты ограничения по полу и возрасту. Так я могла получить доступ к своему школьному сейфу с момента рождения. Другое дело, что родители мой ключ не запрашивали, а потому он хранился в банке. И все еще находится у Костехрума. По правилам он должен был передать ключ родителям или опекуну ребенка за три дня до одиннадцатилетия, если никто не явится за ним до этого момента.
Более того, благодаря снятию ограничений, я могла уже сейчас примерить кольцо главы рода Поттер. Если бы не распоряжение дедушки, я в принципе не могла бы наследовать титул, будучи не того пола. Лордом стал бы мой сын или внук.
С принятием титула я решила пока не спешить. А вот ключ забрала. И сунула в зачарованный кошель, который Костехрум предложил мне для удобства пользования деньгами, выделенными на мое обучение из сейфа лорда Поттера.
— Но вам все равно стоит спуститься в хранилище хотя бы раз, — предупредил гоблин, — чтобы распечатать сейф.
Я покивала и переспросила о сейфе лорда. Оказалось, сейф лорда Поттера — основное хранилище семьи. Из него выделяются суммы на содержание членов семьи. Мой отец, не сумев получить титул, не смог попасть в это хранилище и до последнего дня жил на средства из своего сейфа, прежде школьного, но потом ставшего личным сейфом Джеймса Поттера.
— Но вам не стоит рассчитывать на сейф отца, — предупредил гоблин. — Прямо сейчас он пуст и опечатан. В будущем в него будет перемещена сумма, покрывающая обучение вашего первенца в Хогвартсе. Для второго и последующих детей будут использованы другие малые сейфы семьи. Либо открыты новые.
— Подождите, но почему закрылся сейф Джеймса Поттера? — с недоумением уточнила я.
— Потому что было исполнено его завещание.
Костехрум извлек обозначенный документ из ящика стола и передал мне. И я, продираясь через дебри кривого почерка, узнала, что по достижению семнадцати лет Джеймс Карлус Поттер взял и написал завещание, согласно которому, все средства, доступные ему на момент смерти, должны отойти Ордену Феникса. На благо Света, так сказать.
«Женитьба и рождение ребенка не надоумили его переписать завещание, — мысленно фыркнула я. — Как безответственно. Он мог сколько угодно верить в собственное бессмертие, но что мешало побеспокоиться о жене и ребенке?!»
А ведь Джеймс мог принять титул и умереть лордом. Тогда бы светлейшему Альбусу отошло все состояние Поттеров! Интересно, а если бы Лили выжила? Альбус сыграл бы в благородство или же заявил, что Свету эти деньги нужнее? Судя по тому, что на мое содержание из унаследованных денег не было выделено ни монетки…
— А если бы мой отец унаследовал титул, мой сейф так же отошел бы Ордену Феникса? — спросила я.
— Нет, это ваш личный сейф, это раз, а во-вторых, дети — неприкосновенны, — сказал гоблин. — Почти во всем. Как минимум до малого совершеннолетия.
Мысленно пометив это замечание Костехрума галочкой, я продолжила допрос. И узнала, что ключ от сейфа в дальнейшем позволит любому человеку войти в мой сейф и вынести любую сумму денег, в пределах пятисот галеонов за раз. В моем же сейфе прямо сейчас хранится десять тысяч галеонов золотом, серебром и медью.
— Выделяемая сумма оговорена в контракте клиента с банком. Когда-то давно ваш предок определил формулу, по которой в дальнейшем высчитывался размер переносимого в детский сейф золота, — пояснил гоблин. — Этих средств должно вам хватить не только на учебу, но и на отдых, развлечения и другие затраты.
Я невольно хмыкнула. Десять тысяч на семь лет, больше тысячи четырехсот галеонов в год и около ста двадцати галеонов в месяц. Канонному же Гарри позволили взять из его личного сейфа всего сотню. И этих денег ему должно было хватить на целый год.
Уже по пути в хранилище я уточнила у гоблина о завещании матери, но гоблин лишь презрительно фыркнул. У магглорожденной Лили Эванс не было своего сейфа. Более того, в сейф мужа миссис Поттер не добавила и пары кнатов.