Четыре всадника магопокалипсиса. Дилогия (СИ)

— Похоже, Лев Арсентьевич решил во что бы то ни стало свести внука с наследником силы Симонова. Или мы что-то не знаем, и после вчерашнего у парня прибавилось сил?
Аналитики переглянулись, пытаясь вспомнить последнюю поступившую информацию, но там точно ничего не было о наследнике Голицыных. Слишком мало времени прошло с контакта. Даже если он действительно стал сильнее в магическом плане, об этом слишком рано говорить.
  
— С Голицыным будем разбираться потом. Сейчас необходимо найти выход, как сделать так, чтобы обезопасить обычных учеников и при этом не ущемить Медведева.
— Пётр Дмитриевич, при всём уважении к вам, но я совершенно не понимаю, почему все так носятся с мальчишкой? Приказу императора никто не может противиться. Его родители просто не смогут отказаться. Ведь так было со Скворцовыми, с Вороновым и даже с Шуйскими.
— Здесь всё гораздо сложнее, — глядя вдаль, начал Романов, решая, рассказывать аналитикам или нет. Но в том, что ни одно слово из этого кабинета не покинет его стен, он был уверен. И это стало решающим фактором. — Всё дело в Симонове и его завещании. Благословенный прямым текстом сообщил, что если мы будем пытаться принуждать его преемника или его семью к чему-либо до того момента, пока мальчишка не закончит начальное обучение, то на империю будет наложено благословение.
Аналитики переглянулись, прекрасно понимая всю серьёзность этого заявления.
Прошлый первый всадник хоть и был любителем пошутить, но никогда не бросал слов на ветер. И его недавнее появление на Воробьёвых горах доказывает, что даже после смерти остались сюрпризы. Поэтому пренебрегать этим предупреждением точно нельзя.
— Хотя бы известно, что за благословение? — спросил один из аналитиков.
— В том-то и дело, что известно. Эжедневная пятичасовая эрекция у всех мужчин на территории империи от 16 до 90 лет.
— Жёстко.
— Крайне жёстко.
— С таким точно нельзя шутить.
Практически одновременно произнесли перепуганные аналитики.
— Вот поэтому нам и нужно найти способ сделать так, чтобы Максим сам попросил перевести его в спецшколу.
— Есть у меня одно предложение. Но оно подразумевает небольшое давление на Медведева со стороны Годуновых, — сказал самый молодой среди аналитиков, разглядывая часы, подаренные ему императором за помощь в предотвращении сильнейшего кризиса с Австрией, который был очень выгоден Норманам.
* * *
— Опять неправильно. Такими темпами ты никогда не сможешь преодолеть барьер Годуновых, — наверное уже в сотый раз сказал Каспер, наблюдая за тем, как я пытаюсь избавиться от своего наказания.
Ни у кого не возникло сомнений, кто стал виновником появления Благословенного на линейке в средней школе провинциального городка.
Естественно, все его сразу узнали.
Самые впечатлительные мамашки начали падать в обморок, кто оказался посильнее духом, просто визжали. А особо стойкие хватали своих детей и убегали прочь.
В общем, началась такая кутерьма, что мне даже как-то стыдно стало. Но совсем немного.
Каспер просто стоял на сцене и махал руками, делал всякие разные жесты, в том числе и непристойные. Беззвучно открывал рот, так как картинку я смог показать, а вот со звуком были явные проблемы. Слышать духа-наставника мог только я.
Воцарился жуткий хаос, посреди которого совершенно спокойно стоял я, за моей спиной Семён Голицын и агенты тайной канцелярии, с укоризной глядящие на меня.
Больше всего мне не понравился взгляд Лизы, которая также оказалась на линейке, только до момента появления Благословенного она находилась здесь инкогнито.
Через пару минут после появления Каспера ко мне подлетела перепуганная мама. Всё же эффект толпы действует на всех одинаково, и всеобщая паника перекинулась и на неё.
Мой спокойный вид немного успокоил маму. А папа и вовсе смотрел на всё происходящее так, словно оказался в сумасшедшем доме.
— Максим, это же не ты сделал? — осторожно спросила мама, глядя на продолжающего выписывать на сцене Благословенного в трусах.
— Я.
— Круто получилось. Не зря меня перевели в эту школу, — со знанием дела заявил Голицын, за что получил гневный взгляд от мамы и снисходительный от папы.
Ну а потом мне пришлось вырубать заклинание.
Ухо сильно болело.
Это было впервые, когда мама применила ко мне подобное наказание. Но в тот момент я ни о чём не жалел. Да и сейчас не жалею.
Оно того стоило.
Как вспомню перекошенное от ужаса лицо той толстой тётки, так сразу на душе очень хорошо становится.
Если мама ограничилась надранным ушами и серьёзным разговором минут на двадцать, то моя наставница из семьи Годуновых перекрыла доступ к магии на неопределённый срок.
Сказала, что подумает, стоит ли вообще снимать с меня ограничения до того момента, пока не закончу школу. А то после моих шуток могут быть очень серьёзные последствия. У кого-нибудь будет слабое сердце, и всё, считай, я убил человека.
Честно, в тот момент я даже не думал об этом.
Впрочем, и не предполагал, что появление умершего мага так всех перепугает. Максимум, на что рассчитывал, — это несколько визгливых барышень, и всё.
Но вышло немного иначе.
Вот теперь я пытаюсь сломать установленный Лизой барьер. Получается пока хреново, но это только начало.
И раз пока не могу применять магию на практике, то нужно максимально подтянуться по теории. Благо, что с этим никаких проблем, и та же Лиза принесла мне книги по азам.
Хорошо, что для всех магов они одинаковые, вне зависимости от склонности к той или иной грани магии.
Здесь всё оказалось весьма прозаично. Существовало несколько основных направлений в магии. В подавляющем большинстве стихийные: огонь, вода, земля и так далее. И довольно редкие: свет, тьма, некромантия, целительство, жизнь, разум.
Особняком здесь стояли всадники. По сути, мы могли применять любую из существующих на планете магий. Но и у нас были свои специализации: жизнь, разум, тьма и свет.
Как ещё говорил Каспер, у меня священная магия, у Гришки — проклятая, а у девчонок вообще хрен поймёшь.
Наша четвёрка была не уникальной.
Практически на всех континентах имелись свои супермаги. Исключением здесь была Антарктика. Как-то не завелись там всадники.
Но ни в одной из книг практически ничего не было про самих всадников, их силы и для чего они вообще появились.
Каспер мне здесь также ничем не мог помочь. Лишь разводил руками и говорил, что просто не пришло ещё время об этом узнать. И он надеялся, что вовсе не придёт.
Эти его слова мне очень не понравились. Но ничего поделать с ними я не мог. Лишь забыть.
Раз не могу ничего сделать, значит, и не стоит напрягаться.
Учёба в школе чередовалась с теорией магии, и так пролетал день за днём. Я и не заметил, как наступила зима,и подошёл Новый Год.
К этому моменту я уже мог спокойно читать практически любые тексты, неплохо владел азами математики и знал об этом мире гораздо больше. А ещё мои познания в магии выходили за пределы знаний учеников специализированных школ.
Об этом мне сперва сказала Лиза, когда я сдал ей зачёт по истории магии и начальных этапах примирения магической энергии, а затем и Каспер. Он проверял меня гораздо строже и гонял по темам, которые мы с Лизой даже не затрагивали.
А последний месяц мы с ним готовили довольно сложную комбинацию. Теория теорией, но без практики мне никогда не стать тем самым первым всадником, который затмевает своей силой и умениями практически всех магов на планете. И нужно это мне было для того, чтобы защитить семью.
Случай, произошедший накануне Нового года, заставил меня пересмотреть своё отношение к наследию первого всадника.
  
Только после этого случая я понял, что необходимо как можно скорее выйти на уровень, благодаря которому смогу обеспечить безопасность людям, которые находятся рядом, и в первую очередь родителям.
* * *