Миры Бесконечности
Как только у меня появляются силы для прогулки, я добираюсь до медчасти. Тео все еще спит, мучаясь от кошмаров, из-за которых то вздрагивает, то кричит, прежде чем вновь отключиться. Я виню себя из-за этого и даже задаюсь вопросом: а может, Гил был прав, когда говорил, что иногда надежда опасна?
Затем я добираюсь до Зала советов. Знаю, мне следовало прийти раньше… да и попытки избегать Аннику еще ни к чему хорошему не приводили. Но у меня не хватало смелости встретиться с ней лицом к лицу. Ведь я прекрасно понимала, что услышу.
Но в комнате никого нет. Я взмахиваю рукой, чтобы активировать голограмму, и смотрю на герцогство Победы с высоты птичьего полета. Отчего-то дворец воспринимается как далекое воспоминание. Я еще раз взмахиваю рукой, вызывая в голове знакомые образы, но вместо комнат появляется принц Келан. Пока его голограмма вращается над столом, мой взгляд не отрывается от его лица. Лица принца, которого я предам. Красивого и мужественного принца, обладающего добротой, которую мало кому доводилось видеть.
Добротой, которая может оказаться притворной.
Если кто-то добр к сотне людей, но при этом жесток по отношению к одному, можно ли его считать действительно добрым? Я не уверена. Не думаю, что у доброты есть какие-то условия.
В дверях появляется Анника:
– Я надеялась увидеть тебя немного раньше.
Я поднимаю глаза и выдавливаю слабую улыбку:
– Прости. Я слишком долго собиралась с силами для разговора.
Она кивает, и ее косы, стянутые желтым шарфиком, падают на плечи:
– Шура переживает. Мы все переживаем.
– Прошу, не вини в случившемся Тео, – говорю я. – Это я предложила попытаться спасти его брата. Не хочу, чтобы ты наказывала его из-за меня.
Она садится рядом со мной и переплетает свои пальцы с моими.
– Нами, я пришла не для того, чтобы кого-то наказывать. – Она обводит взглядом комнату. – Думаю, Колонисты сделали это из-за меня. Ты так не считаешь?
Я обдумываю ее слова. Всматриваюсь в выражение ее лица. Вижу, как в ее глазах светится желание жить.
– Ты видела мои воспоминания и знаешь, что я потеряла горячо любимого человека. – Она откидывается на спинку. – И я знаю, каким сильным бывает желание спасти кого-то. Но мне так же хочется доверять людям, которых я отправляю на задание. Мне нужны люди, которые верят в меня.
– Знаю, – наконец говорю я. – Если ты больше не хочешь, чтобы я шпионила за принцем Келаном, то я не буду. Но я хочу приносить пользу Поселению. Хочу, чтобы нам всем ничего не угрожало.
Анника улыбается и медленно кивает мне:
– Я хочу тебе кое-что показать.
Она плавно проводит рукой над голограммой, после чего перед нами появляется дворец. Еще пара взмахов пальцами – и мы видим план этажей. Все детально прорисованные уровни сложены друг на друга, как бумага в стопке. Анника увеличивает подвал, расположенный на несколько этажей ниже тронного зала, и указывает на комнату в дальнем конце коридора.
– Что там? – спрашиваю я.
– Это место, где хранят Сферу, когда ее перемещают в герцогство Победы, – отвечает Анника.
Сердце пропускает удар.
– Вы нашли доказательства?
Анника кивает:
– То, что вы провернули с Тео, взбудоражило дворец, и в Зале совета проходит много заседаний. Так что мы даже знаем, где разместят Гвардейцев в Ночь Падающей звезды… И двенадцать из них поставят здесь. – Она указывает на потайную комнату. – Они не будут патрулировать территорию дворца, а останутся охранять эту дверь и то, что они называют Сердцем королевы.
Затаив дыхание, я смотрю на план этажа:
– У нас появился реальный шанс вернуть Бесконечность.
– У тебя появился реальный шанс вернуть Бесконечность в Ночь Падающей звезды, – поправляет она.
Я перевожу на нее взгляд:
– Ты хочешь отправить туда меня?
– Принц доверяет тебе… достаточно, чтобы ослабить бдительность, когда это тебе необходимо. – Сложив руки перед собой, Анника смотрит на меня. – Во время фестиваля королева вместе с четырьмя принцами проведут церемонию в тронном зале. И там соберутся все обитатели дворца, за исключением двенадцати стражников, охраняющих Сферу. Вот твой шанс. Если мы устраним их и уничтожим Сферу, то сможем заполучить Бесконечность.
Я чувствую, как уверенность покидает меня.
– Я не заклинатель. Как мне справиться с двенадцатью Гвардейцами Легиона?
И тут меня осеняет. Оружие. Они дадут мне его.
Анника молча проводит рукой над голограммой, и над столом появляется изображение металлического браслета.
– Ахмет очень долго работал над ним. Мы называем его Жнец.
Он отличается от того экземпляра, что я видела в стеклянной тюрьме, словно его хорошо доработали. По форме он стал менее громоздким и более утонченным. А значит, его будет легче спрятать.
– С его помощью можно на время отключить сознание Колонистов, – продолжает она, а у меня в голове всплывает обмякший на кресле Валлис. – Вдобавок еще и искажает их воспоминания, поэтому, когда они придут в себя, то не будут помнить, что с ними произошло.
Ахмет создал не простое оружие, а настоящий шедевр. От синего цвета голограммы у меня начинает щипать глаза, и мне приходится отвести от нее взгляд и пару раз моргнуть. Мне хотелось быть частью Сопротивления, но при этом никому не причинять вреда. Но, как я уже поняла, мы не всегда можем получить то, что хотим.
– Жнец действует в лучшем случае несколько минут, но этого времени хватит, чтобы войти в комнату и уничтожить Сферу. – Она смотрит на металлический браслет, вращающийся между нами. – Гвардейцы даже не поймут, что ты его используешь. Ты просто наденешь его на запястье, а когда придет время, то просто выберешь, каких Колонистов отключить.
– То есть прицелиться и выстрелить? Так просто?
– Тебе нужно использовать свой разум, Нами. Ты представляешь процесс, а оружие реагирует, – объясняет она. – Но ты должна находиться поблизости. Не более чем в 10 шагах.
Ни одному человеку не удалось бы подобраться так близко, не привлекая внимания. Ни одному человеку, кроме меня.
Я единственная способна это сделать.
– А Сфера? Ты знаешь, как ее уничтожить?
– Да. Гвардейцы говорили и об этом. – Анника слегка вздергивает подбородок и внимательно смотрит на меня. – Знаю, ты не хотела быть той, кто нажмет на курок. – Она замолкает на мгновение. – Я хотела попросить Тео, но он сейчас не в подходящем состоянии для подобной миссии. Но Шура – хороший Укрыватель. Если ты вырубишь Гвардейцев Жнецом, ей должно хватить времени, чтобы проникнуть внутрь и…
– Нет, – перебиваю я, что сильно удивляет Аннику. – Мы обе знаем, что из-за королевы Офелии дворец будут усиленно охранять. И уверена, там соберутся все Гвардейцы Легиона. – Я вновь смотрю на голограмму. – Это должна сделать я.
– Ты уверена? – спрашивает она. – Второго шанса не будет.
– Знаю. – Я не реагирую. Не сейчас. – Скажи, как его уничтожить.
Анника склоняет голову набок:
– Так же, как и любое сердце, – вонзить в него кинжал.
Глава 43
Лицо Тео словно окаменело, а от привычного румянца не осталось и следа. Жизнерадостность и веселье, которые помогали ему существовать в Бесконечности, исчезли. И кажется, будто передо мной мертвец.
Я бросаю взгляд на Ена.
– Можешь оставить нас на минутку?
– Конечно, – ласково говорит Ен.
А затем выскальзывает из комнаты, оставляя нас наедине.
Я поворачиваюсь к мрачному Тео, ощущая, как чувство вины сжимает грудь.
– Не знаю, слышишь ли ты меня, но мне безумно жаль. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуть твоего брата.
Я прикусываю губу. Образ бесчувственного Мартина, обмякшего в руках гвардейца, на мгновение встает у меня перед глазами. Наверное, сейчас все мысли Тео об этом… Как повторяющийся кошмар.
Он выглядит так, будто наступил конец света. Если бы Мэй оказалась здесь – если бы я увидела, как ее увозят в герцогство Смерти, – думаю, для меня бы тоже наступил конец света.