90-е: Шоу должно продолжаться – 11

– Здесь! – я поднял руку.
– Вы не готовы еще что ли?! – дамочка выпучила глаза. – Вам на сцену через одну песню уже!
– В смысле?! – возмутилась одна из «кобр». – Сейчас же мы идем!
– А вы сразу после «Ангелов», – сверившись с бумажкой, сказала дамочка.
– Эй, а почему так? – подтянулись остальные танцовщицы. – Мы что, зря тут мерзнем?
– Мы же по-другому репетировали!
  
– Ничего не знаю, распоряжение свыше!
– Да они офигели там вообще!
– Это еще полчаса что ли тут мерзнуть?
– Я все сказала! «Ангелы», марш готовиться!
Внезапная рокировка застала нас слегка врасплох. Так что мы были должны выходить на сцену уже во второй половине концерта, ближе к концу. А сейчас получалось, что вторыми. Сразу после Конрада. И даже без танцевальной отбивки.
– Какой-то бардак, – пробурчал Бельфегор, вытаскивая из-под заснеженного полиэтилена кофр с поливоксом. – Ну, правда, вот нафига? Нормально же все было…
Танцовщицы были в бешенстве. Девчонки и так-то были высокомерными, а тут их прямо понесло. Кто-то из них даже предложил послать нафиг этого концерт, мол, этой мымре надо, пусть сама на сцене жопой и крутит. На нас зыркали зло. Будто это «ангелочки» сами расписание подтасовали. Но на нас тут все смотрели не очень чтобы дружелюбно. У них тут, понимаешь, сложившийся уже конгломерат обласканных администрацией музыкантов, а тут какие-то хрены с горы.
– Да там Прокофьев приехал, – сказал один из концертных «волонтеров». – Смотреть концерт до конца он не будет, но сказал, что хочет «Темные тени» услышать, мол, по радио слышал только. Вот и переставили.
Кто такой Прокофьев, я, честно говоря, понятия не имел. Скорее всего, какой-то важный чиновник. Откуда он, интересно, концерт смотрит? Со второго этажа театра? В толпе вроде не видать никаких человеческих коробочек или, там, машин. Не просто же так важный человек, ради которого расписание концерта поменяли, просто так стоять в толпе сограждан.
Объяснение не добавило нам очков в глазах других музыкантов, но это было уже неважно. И вообще хорошо, кстати. Раньше отстреляемся, раньше отнесем инструменты в машину. А там можно будет пошляться по праздничному центру, послушать других. Не парясь насчет своей весьма дорогостоящей техники.
Я проследил, чтобы «ангелочки» заняли исходную позицию на боковых ступеньках уличной сцены, а сам вклинился в толпу, чтобы присоединиться к нашим в первых рядах. Жан со своими «акулами пера», Ирина со Стасом. Девчонки наши сгрудились кучкой, прикрыв головы развернутым дождевиком. Хрен знает, где они его взяли, выглядел он как будто его у какого-то матерого рыбака отняли.
Пожалуй, публика возле рок-сцены была как-то более вовлечена именно в концерт. Возле основной сцены, концерт на которой был этакой сборной солянкой из рока, попсы, народных танцев, хоровых коллективов и даже каких-то уличных театральных трупп, публика мало внимания обращала, собственно, на исполнителей. Там танцвали, собирались в кружочки и пили из горла, подпевали, флиртовали друг с другом.
Здесь ничего такого не было, по крайней мере, на двух верхних пролетах лестницы. Народ был повернут лицами к сцене, махал козами, свистел что-то. Причем как-то с разгона, без всяких, так сказать, прелюдий. Они пришли сюда колбаситься под рок – они колбасятся под рок. И неважно, что колонки хрипят, и что там поет в свой микрофон Конрад, вообще не очень понятно.
Отметил «амбразуры» телевизионщиков. Хм, кстати, еще один плюс того, что нас передвинули ближе к началу. Вряд ли наши коллеги с ГТРК будут торчать здесь до упора. Сейчас отснимут, что нужно для сюжета, и свалят.
– А вы что не снимаете? – спросил я, приблизив рот к уху Ирины.
– Так наши же еще нескоро, – сказала Ирина.
– Следующие, – я мотнул головой в сторону боковой лестницы. Астарот и Надя пили что-то из чашки от термоса. Пантера молодец, термос я ей поручил. Не забыла!
– В смысле?! – Ирина сделала круглые глаза. – Стас, быстро расчехляйся! Блин, такой ракурс уродский…
– Встаньте вплотную к сцене, вон там, – показал я. – Получится, как будто из-под земли снимаете. У вас такой стиль, что…
– Точняк! – Ирина ухватила Стаса за руку, и они протолкались к пустому пятачку. Смотреть оттуда было реально неудобно. Но вот если Астарот нависнет над камерой и распахнет крылья, получится очень эффектно…
– С первомаем, Новокиневск! – сказал Конрад со сцены. – В это первое мая многое случается в первый раз. В первый раз в Новокиневске нет демонстрации, в первый раз снег идет…
– Не в первый! – выкрикнули из публики.
– Я раньше под снегом первого мая не выступал! – засмеялся Конрад. – Но я веду не к тому. Сейчас на эту сцену группа выйдет тоже в первый раз. Здорово, Саня!
Конрад повернулся к поднявшемуся на сцену Астароту и пожал ему руку.
– Это группа «Ангелы С», прошу любить и жаловать, – продолжил Конрад. – Если кто-то их еще не слышал, то вам сейчас представится такой шанс.
– Спасибо, Конрад, – Астарот забрал у Конрада микрофон и обвел взглядом публику. – Привет, Новокиневск! Всех поздравляю с праздником. Ну и давайте, что ли, зажжем, а?
Публика загудела. Меня попыталась отпихнуть в сторону какая-то наглая девица. Вместе с еще несколькими визжащими подругами. Ломанулись вперед поклонники и поклонницы «ангелочков». Кто-то заверещал: «Темные тени!» Другие подхватили.
И не то, чтобы прямо все зрители в едином порыве орали и стремились ближе. Но таковых было… немало. А поскольку движ возник в разных частях толпы зрителей, создалось ощущение, что все всколыхнулись. И даже раздалось ритмичное хлопанье, повторяющее басовые шаги из этой самой песни, которую Кирилл считает одной из своих самых скучных.
Бегемот помахал в воздухе палочками и добавил к этим хлопкам свои барабаны.
«А это были бы удачные кадры…» – я отвернулся от сцены и вытянул шею, чтобы разглядеть, что там телевизионщики. Не Стас с Ириной, у них этот вот переход от хлопков в ритм сразу к песне, скорее всего, не получится. Бегемота с их ракурса вообще не видно. А вот ребята с ГТРК как раз могут снять как надо.
Ага, кажется, пишут как раз сейчас, отлично!
«Темные тени» я слышал уже много раз. Так что больше смотрел именно на публику. Причем старался выискать в толпе лица тех, которые видят и слышат «Ангелов» впервые. И срисовывать реакции.
Почему именно эта песня? Что в ней такого цепляющего?
К хлопкам в ритм присоединялись все больше людей. А вот хор подпевающих колонки пока что не заглушал.
Надо работать над этим.
А чтобы больше людей знали песню, нужно, чтобы она из каждого утюга звучала…
Осталось понять, какие еще утюги у нас остались.
«Ангелочки» допели «Темные тени», начали «монаха. Его публика знала хуже, но колбасу уже было не остановить.
О, а вот эти парни, по ходу, поклонники Пантеры. Так заголосили радостно, когда она игриво бедром качнула в их сторону…
На «оборотне» я начал потихоньку пробиваться к боковой лестнице. И заметил, что туда же устремились телевизионщики с ГТРК.
___________________
От автора.
Полностью законченный цикл. От маленького ЧОП до ЧВК и крупнейшей компании, которая повлияет на историю страны. 
Сибирская сага о 90-х https://author.today/work/291207
Огромные скидки на всю серию!
 
Глава 5
 
– Не понял, вы хотите, чтобы я сказал, чтобы я сказал ваш текст, серьезно? – Астарот подозрительно прищурился.
– Послушайте, Александр, – с плохо скрываемым нетерпением начал объяснять элегантный юноша с микрофоном. – Мы же с вами понимаем, что сложно придумать остроумный ответ, когда тебе прямо в лицо суют микрофон, ведь так?
  
– Ну, – нехотя кивнул Астарот.
– Вот поэтому я и предлагаю вам… – тележурналист снова протянул Астароту бумажку.
– Да никакой я не сатанист, что вы мне тут фигню предлагаете?! – Астарот оттолкнул руку парня.
– Да послушайте же! – журналист схватил Астарота за «крыло». – По таймингу у вас будет одна фраза. Я просто хочу, чтобы она была не банальщиной какой-то, а…