Одержимый мечами (СИ)

Впрочем, бессмысленный вопрос. С причиной герцог только что пообщался, не сказать, что получив от разговора удовольствие.
Радамир Святозаров… Надо же.
Когда шла большая война за освобождение и суверенитет, герцог Самохин был молод, имел статус наследника и ещё не перенял бразды правления у отца. Про Радамира он слышал, конечно же. Вряд ли про него знали простые люди, но те, кто находился наверху пищевой цепочки, были в курсе, как обстоят реальные дела. Человек-легенда. Если быть точным, то один из легендарных личностей. Дубина последнего шанса в рамках двух империй. Слухи вокруг его личности ходили самые разные. Тайну личности и настоящие возможности охраняли на высшем уровне. Поэтому всех подробностей Леонид Маратович не знал.
  
Покопавшись в памяти, с трудом припомнил, что вроде как Радамир то ли пропал, то ли умер, то ли ещё что.
А теперь объявился. Значить это могло буквально что угодно. Великий мечник вышел на новый уровень силы, вернулся и собирается захватить весь мир. Великий мечник деградировал, спятил и буянит на старости лет. Великий мечник… Дальше фантазия пошла гулять, и Самохин выбросил лишние мысли из головы. Какая разница, собственно? Сейчас нужны были факты.
Собравшись, Леонид Маратович принялся за работу. Требовалось узнать, что именно произошло в зале суда. А дальше как-то решить проблему. Желательно чужими руками. Благо желающих поучаствовать в показательной казне Эварницкого наверняка будет много.
* * *
— Тебя тоже вызвали? — угрюмо спросил Дровосек, встретившись с коллегой-архимагом в коридоре.
— К императору? Как видишь, — ответил старик и зевнул, — пойдём, чего встал.
— Какое-то предчувствие у меня плохое, — поделился наместник Санкт-Петербурга, которого срочно вызвали в столицу.
— Стареешь, — хохотнул второй архимаг.
Пройдя по коридору, они дождались, когда охрана разойдётся в сторону и пропустит двух архимагов. Дровосек, открыв дверь, вошёл первым. Император ждал их в кабинете «военного времени», что само по себе намекало на серьёзность ситуации.
— Проходите, — сказал император. — Спасибо, что явились.
— Ваше величество, — кивнул сдержанно Дровосек.
— Где опять трубу прорвало? — без всякого почтения спросил второй архимаг.
Будучи родственником императора, а также не самым последним архимагом, с каждым прожитым десятком лет у старика почтения к кому-либо оставалось всё меньше и меньше.
— Эварницкий, — коротко ответил Михаил Второй.
— Да сколько можно, — обречённо закатил глаза Дровосек.
— Пётр Алексеевич, полностью с вами согласен, — ответил Михаил. — Присаживайтесь, введу вас в курс дела. Некоторое время назад, герцог Самохин разыграл против Эварницкого интригу. Получилось у него, на нашу голову, удачно. Парень проиграл суд и теперь должен пять миллиардов.
— Ваше величество, — заговорил Дровосек. — Позвольте уточнить. Я про парня после той кофейной… — Архимаг запнулся, не зная, как назвать то безумие. — В общем, он сейчас что из себя представляет?
— Да как сказать, — задумался император, — нюанс в том, что Эварницкий нашёл Радамира и договорился с ним об ученичестве. Проблему Радамира он решил. Теперь наш мечник гуляет с парнем, где вздумается, и обучает его. Уже три божественные техники передал.
— Радамир? — нахмурился второй архимаг. — В смысле, тот самый Радамир? Он не помер ещё?
— Живее всех живых. Задаёт неудобные вопросы, как так вышло, что какой-то пацан походя решил его проблему, а вся империя не смогла.
— Это про Святозарова речь? — уточнил Дровосек. — Три техники… А парень их хорошо освоил?
— Он собирается это продемонстрировать через… — император бросил взгляд на часы, — Полтора часа. Самохин действовал через род Фрактуковых, которым Эварницкий объявил родовую войну.
— Радамир собирается участвовать? — уточнил родственник императора.
— Он не отчитывается, — недовольно ответил император. — Вы же с ним знакомы хорошо, дядя. Попробуйте, спросите.
— Мы с ним были знакомы больше пятидесяти лет назад, — покачал головой архимаг. — А сейчас… Вряд ли он мне обрадуется.
Все трое мужчин, не зная этого, задумались о том, что империя в целом и отдельные личности в частности дружно списали Радамира Абсолютное Оружие со счетов, задвинули под ковёр и не вспоминали больше чем полвека, а теперь эта древняя хтонь выбралась наружу.
Возможно, обиженная.
— Так… — поморщился Дровосек. — Так… Про Радамира понятно. Вряд ли он сейчас так же силён, как и раньше. Меня больше другое смущает. Если речь о локальных разборках двух мелких родов… Хотя чего это я. Это же Эварницкий. Он кофе пить позвал Лодочника, чуть не уничтожив наш мир. Кого он в этот раз призовёт?
— Хороший вопрос. Поэтому я вас и пригласил, — ответил император. — Попрошу присмотреть за происходящим. Спецснаряжение выдам по высшему разряду.
— Это ведь не вся информация, — догадался Григорий Эпфимович.
— Это только начальная вводная, — кивнул Михаил Второй.
— Что там ещё? — поморщился Дровосек.
— На текущий момент Фрактуков собрал свои войска в поместье, которое я отвёл под эту битву. Также он раскошелился и нанял пять сотен наёмников. Но это всё так, затравка. Вы оба слышали про некроэльфов. Они точат большой зуб на Эварницкого. Возможно, тоже появятся.
— Храмы? — спросил Дровосек.
— Тайно переправили отряд. Какой силы, с каким оружием — это не выяснили. Рим — есть намёки, что передал оружие, но пока не подтвердили сей факт.
— Бойня будет та ещё, — заключил Дровосек. — Ладно, время поджимает. Гриша, пойдём вооружаться, что ли?
— Пойдём. Чувствую, повеселимся.
— Последний вопрос. С Эварницким что? — спросил Дровосек. — Парень слишком проблемный.
— У меня с ним договор о защите и службе, — ответил император, тщательно подбирая слова. — Если появится нужда ему немного помочь… Действуйте по ситуации.
Сказано это было с определённой интонацией, легко читаемой. Если появится нужда помочь — помогите. Если появится нужда помочь умереть с гарантией — тоже помогите. Так, чтобы с гарантией и больше не воскрес.
* * *
Спустя час двое архимагов, вооружившись как на войну, стояли в десяти километрах от поместья, замаскировавшись по высшему разряду.
— Что думаешь? — спросил Григорий Эпфимович.
— А что тут думать, Гриша. Не нравится мне всё это. Парень реально непредсказуем.
Два архимага, которые стояли рядом друг с другом, прощупывая окрестности сверхвосприятием и, отмечая, кто и где расположился, синхронно замерли, когда между ними появился другой мужчина. Оружия он не держал, зато блистал радужной шляпой, с ходу продавив указательными пальцами доспехи архимагов и добравшись до их тел.
— О чём болтаете, господа? — спросил Радамир насмешливо.
— Объявился, — раздражённо сказал Григорий Эпфимович. — Куда пальцами тычешь?
Крутанувшись, два архимага синхронно ударили, разрывая дистанцию. От вложенной силы вспучило землю, ближайшие деревья закачались. Серьёзной дракой это не было. Если проводить аналогии, этот общий жест был равнозначен раздражённому скидываю чужой руки с плеча.
— Какие-то вы нервные, — улыбнулся Радамир.
— Боги, — хмыкнул Дровосек, скидывая топор с плеча и упирая его в землю. — Что за чудной наряд? В цирке теперь работаешь?
— О нет! — воскликнул Радамир, откинув полу плаща, который, казалось, соткали из самой ночи. — Это мой образ самого стильного мечника!
— Да ты гонишь, — нахмурился Григорий Эпфимович. — Какой здесь стиль? Эта же шляпа нереально уродлива.
— Хочешь, чтобы снял? — улыбнулся Радамир.
  
Оба архимага синхронно напряглись. Прожив достаточно долго, они на высочайшем уровне научились распознавать вложенную в слова угрозу. Да и если присмотреться, перестроить зрение, шляпа воспринималась как самое настоящее солнце.
Если бы солнце было мечом.
— Пожалуй, не стоит, — помедлив, ответил Григорий Эпфимович. — Давно не виделись, Радамир.