Хранитель (СИ)

Кай упёрся руками в матрас за спиной, немного сдвинулся и немыслимо грациозно развёл ноги, оставив место, куда Крис мог поставить колени. Сначала Крис, правда, позволил себе пройтись губами по внутренней стороне бедра и огладить ладонью низ напряжённого живота, а уже потом опёрся коленями о матрас и склонился над Каем, всматриваясь в его лицо.
Кай сам обвил руками шею Криса и обхватил длинными ногами за пояс, рывком прижался всем телом и мучительно медленно потёрся. Ещё медленнее запрокинул голову и подставил под поцелуи горло.
  
Крис с силой зажмурился, чтобы на миг забыть о возбуждении. Их с Каем бёдра соприкасались, и они откровенно тёрлись членами. Причём обоих подгонять не требовалось.
Крис огладил шею Кая и прикоснулся губами. Целовал сначала с мягкостью и нежностью, но постепенно страсть и жар перевешивали. У обычного человека от таких поцелуев непременно остались бы следы на коже. Надолго. У Кая бронза вспыхивала золотыми бликами и мягко светилась. Пятна слабого свечения складывались в отпечатки губ Криса.
Крис уложил Кая на простыню, очертил лёгкими касаниями линии плеч и снова припал к коже губами. Ладонью гладил бок и живот, проводил по узким бёдрам, задевая толстый горячий ствол кончиками пальцев.
Он гладил и перебирал мышцы на смуглом теле, вылизывал горло и слегка покусывал кадык. Трудно было устоять. Кай сам по себе походил на совершенство, ну а когда блестел и светился, будто впитывая в себя нежность и восхищение Криса, то и вовсе…
Крис невольно подумал, что ни у кого не видел настолько красивой и сильной одновременно шеи, и провёл ладонью от подбородка до ключиц. С губ Кая слетел едва слышный смешок, словно он прочёл мысли Криса.
Эта догадка заставила Криса прикоснуться к губам Кая, чтобы очертить кончиком пальца строгий контур. Кай позволил ему это, глядя в лицо немного затуманенными глазами. Поцеловать захотелось ещё сильнее, и Крис пошёл на поводу у своего желания. И наткнулся на ладонь Кая, преградившую путь к губам.
— Значит… ты всё-таки… читаешь мысли?
Кай покачал головой.
— Только намерения и эмоции. И, думаю… мне тоже хочется тебя потрогать.
Крис невнятно буркнул, что не против, и прикоснулся губами к горячей коже под правым ухом Кая. Целовал и проходился языком, слизывая с блестящей кожи цветочно-дождливый аромат. Забрался пальцами в тёмные волосы и поворошил тяжёлые пряди до тихого низкого стона. Кай сжал его бёдра ногами и потёрся левым коленом. Крис на ощупь нашарил колено ладонью, сдвинул ладонь к бедру и так же томно — вновь к колену. Под пальцами сладким напряжением проступила литая мышца.
Крис перебрался губами на грудь. Кропотливо помечал поцелуями, заполняя полумрак новым сиянием. Отогревал окончательно сбившимся дыханием мигающие искорки у тёмного пятнышка соска. С приглушённым стоном Кай выгнулся и провёл руками по спине Криса. Пальцами задевал именно те места, которые требовалось. Плавно нажимал на мышцы с точно выверенной силой, вынуждая Криса подаваться бёдрами к бёдрам и тереться, упиваясь горячей твёрдостью между ними.
Крис легонько потёр выпуклую вершинку соска и прерывисто выдохнул, залюбовавшись густой россыпью светло-золотых искорок на груди.
Он знал, что вэрса были чувствительнее людей, но Кай всё равно неуловимо отличался. Вновь выгнулся, чтобы самому потереться грудью о ладонь Криса.
— Ещё? — шепнул Крис, задев кончиком носа ухо Кая.
— Да… — отозвался хриплым полустоном Кай. Позволил Крису сжать запястья и завести руки за голову, подался навстречу губам, которыми Крис прикоснулся к его щеке, потом — к шее. Крис языком провёл по груди, втянул в рот твёрдый сосок и повёл ладонями от запястий до подмышек, мягко сжал бока, опустил руки на пояс и до слабой боли впился пальцами в жёсткие узкие бёдра, сильнее вжимаясь пахом, чтобы почти сразу привлечь Кая к себе. Сам тоже вскинулся, чтобы сесть и усадить Кая себе на колени — лицом к лицу.
Сладкая тяжесть наложилась на томление в паху, тесно сплелась с ним. Горячее в руках и приятно влажное от пота. На губах оседало призрачным пеплом частое дыхание.
Крис с робостью прикоснулся к пояснице Кая, сдвинул ладони немного, подхватил, чтобы придвинуть к себе ещё ближе. Так близко, чтобы чувствовать ноющим от возбуждения членом твёрдый и толстый ствол Кая.
Ладони Криса всё ещё подрагивали на жёстких ягодицах, а Кай уверенно сжимал коленями его бёдра. Горячие пальцы прошлись по шее и зарылись в волосы на затылке. Крис не выдержал и с хриплым выдохом припал губами к подбородку Кая. Притягивал к себе ещё плотнее, пока Кай не упёрся коленями в матрас, продолжая сжимать ногами его бёдра. Сейчас Кай искрился весь — с головы до пят. Мягко сиял бледным золотом.
Крис провёл языком по шее и почти заурчал от едва уловимой пряной сладости капелек пота. Кай пах хищными цветами. Ядовитыми. Теми самыми, которые едва не прикончили Криса в первый же день пребывания на Крионе четыре года назад. Снежно-белые и ярко-оранжевые, эти цветы походили сразу и на лилии, и на орхидеи, а росли во влажных местах. Убивали они медленно и неторопливо, зато наверняка. И от их аромата путались мысли — путались так же сильно, как путались мысли у Криса сейчас.
Крис не находил в себе сил, чтобы перестать терзать поцелуями шею и ключицы Кая. Даже не сразу заметил, что Кай опустил свободную руку ему на член. Ну а когда заметил, сил тем более ни на что не осталось.
Кай прикасался самыми кончиками пальцев. Проводил ногтями по паховым складкам, поглаживал поджавшиеся яички и тревожил набухшие на стволе венки. Очерчивал пальцем чувствительную головку, плавно надавливал на проступившую капельку смазки или под головкой, с мягким напором сжимал ствол и снова прикасался. С идеальным расчётом.
Крис со стоном прижался губами к горлу Кая, повёл выше, зацеловал острую линию нижней челюсти, подбородок и осмелился кончиком языка обвести контур твёрдо-упругих губ. Кай немного повернул голову, избегая соприкосновений губами, но не запретил целовать ухо, мочку и кожу под мочкой.
Крис незряче водил руками по гибкой спине и трогал острые лопатки, гладил и целовал широкие костистые плечи. Старался хранить молчание, но проворные пальцы продолжали умело играться с его членом — до бешеного стука в груди, потерявшегося в горле дыхания и гула в висках. И Крис не мог даже разобрать толком, то ли он сам вбивается в кулак Кая, то ли Кай движениями руки практически трахает его член.
Крис с рваным ритмом зацеловывал волшебно переливающуюся кожу на груди Кая. Блеск и танец искорок на коже казались нереальными, как и стойкий цветочный аромат вместе со сладким привкусом. Крис водил ладонями по телу Кая, обнимал, невольно мешая, гладил и снова прижимал к себе. Горячее, сладкое, вкусное, сияющее… Кай ластился к его рукам и к нему котёнком. Прикосновения Криса ему нравились, и это давало надежду.
Вместе с этими светлыми мыслями Крис уткнулся носом в горячую шею, зажмурился и позволил себе сорваться с цепи. Оргазм накрыл его с головой в одну секунду, с размаха влепил всем телом в Кая, опрокинул, скрутил все мышцы разом и расплескался густыми каплями по переливающейся искорками бронзовой коже. Крис задыхался и дрожал, оплетённый руками и ногами Кая. Вдавливал Кая своей тяжестью в матрас и пытался понять, на каком он свете.
Кай хрипло дышал под ним, чуть морщился от боли и мало-помалу терял блеск.
Крис всё ещё плохо соображал, но таки смог приподняться на локтях, чтобы окончательно не задавить Кая. Потом тяжело рухнул на смявшиеся простыни и уставился в серый потолок. Потолок постепенно перестал вращаться. Дыхание в норму не пришло, но хотя бы обрело подобие размеренности.
  
Рядом зашуршала ткань, и Крис повернул голову как раз вовремя, чтобы увидеть сползающего с кровати Кая. На его коже ещё жили отблески, но теперь они походили на разрозненные пятна, а не на сплошной сияющий покров.
Крис ухватил Кая за пояс и подтащил к себе.
— Останься… Мы ещё не закончили, — шепнул он в горячую шею, привлёк Кая поближе и провёл ладонью вдоль позвоночника. Старался взять под контроль сердцебиение и дыхание и легонько оглаживал гибкое тело, возвращая погасшие искорки.