Че Гевара. Последний романтик революции

Сегодня открывается и иная Америка, неизвестные жители которой добывают допотопным способом олово. От их имени нещадно эксплуатируются индонезийские рабочие оловянных рудников. Я говорю об Америке обширных каучуковых плантаций в Амазонии, где страдающие от лихорадки люди производят дешевую резину, ради конкуренции с которой в Индонезии и на Цейлоне местные хозяева платят копейки своим работникам на каучуковых плантациях. Это Америка гигантских нефтяных месторождений, из-за которых пустеет тощий кошелек рабочих-нефтяников Ирака, Саудовской Аравии и Ирана. Это Америка дешевого сахара, не позволяющего получать достойную зарплату трудящимся Индии за тот же рабский труд, под тем же безжалостным тропическим солнцем.
  
Пробуждающиеся Африка и Азия начинают устремлять свои взоры за океан. Наш континент — хранилище зерна и сырья, разве он не той же культуры, не та же бывшая гигантская колония с миллионами таких же простых людей?
Может быть, преодолеет наше братство ширь морей, барьер языков и отсутствие культурных связей для того, чтобы слиться в товарищеском объятии?
Может быть, японский рабочий, а не горделивый отпрыск самурая станет ближе аргентинскому пеону (Пеон — крестьянин-батрак, вынужденный брать в долг у хозяина деньги, продовольствие или одежду в счет зарплаты и оказывающийся не в состоянии покрыть этот долг; становится вечным должником на положении полукрепостного работника.), боливийскому горняку, рабочему «Юнайтед Фрут компани» или кубинскому рубщику сахарного тростника?
Разве Фидель Кастро только случайная фигура, а не законный лидер американского народа в его крепнущей борьбе за свободу? Разве он не простой смертный, такой как Сукарно, Неру или Насер?
Освободившиеся народы обнаруживают великую ложь, утверждавшую их несуществующую расовую второсортность. Теперь они понимают, что и сами могут ошибаться в своей оценке других народов.
На очередную конференцию афро-азиатских народов приглашена Куба. Американская страна передаст правду и боль Америки высочайшему форуму афро-азиатских братьев. Она поедет туда не случайно...
Она будет участвовать в форуме для того, чтобы сказать: Куба действительно существует, и Фидель Кастро — это реальный человек, народный герой, а не мифическая абстракция. Кроме того, Куба объяснит, что она не случайное изолированное явление, а первый сигнал пробуждающейся Америки.
И когда мы расскажем обо всех безымянных народных героях, о всех неизвестных бойцах, погибших на полях сражений на нашем континенте. Когда расскажем о так называемых колумбийских бандитах (Видимо, имеются в виду участники восстания Комунерос в 1781 г. против испанских колониальных властей, называвших восставших бандитами), боровшихся на своей земле против союза меча и креста. Когда поведаем о парагвайских поденщиках, погибших вместе с боливийскими шахтерами, ради всех нефтяников Англии и Северной Америки (хотя они и не знали об этом). Мы встретим у собравшихся изумление. И это будет не удивление при виде чуждого и неведомого. Большинство поймет с полуслова нашу повесть как часть общей истории колониализма, потому что они сами когда-то пережили и испытали подобное.
Америка рождается, она одевается плотью. Та Америка, воплощающаяся в новой Кубе, и Куба, проявляющаяся в Фиделе Кастро (человеке, представляющем целый континент и обладающем единственной силой — отрядом своих партизан-бородачей), становятся реальностью...
С моего балкона (имеется в виду, место на конференции. — Ю.Г.) я бросаю мысленный взгляд вдаль, в недавнее прошлое, и открывающаяся перспектива позволяет мне оценить минувшие события и дела, начиная от моих восторженных двенадцати лет. Я вижу, как исчезают мелкие противоречия, все случайное и второстепенное теперь не мешает мне оценить главное — свершившееся всенародное событие в Америке.
С этого балкона я могу понять детский жест, наивный и спонтанный, незнакомого мне человека, который, гладя мою бороду, спросил: «Фидель Кастро?» и добавил: «Вы члены Партизанской армии, которая возглавляет борьбу за свободу Америки? Значит, вы наши союзники на другом берегу океана?».
И я должен ответить ему и всем сотням миллионов афро-азиатов, которые, как и он, шагают к свободе: «Да!» Более того, я один из множества его братьев той части мира, которая с огромной надеждой ждет часа создания единого блока, который должен окончательно разрушить колониальное господство.
РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ВРАЧ (Речь произнесена на открытии курсов политпросвета при Минздраве Кубы 19 августа I960 года.)
Это скромное торжество, еще одно торжество среди тех сотен, которыми кубинский народ отмечает день своей свободы и становления революционной законности, продвижения по пути полной независимости; тем не менее, оно представляет для меня особый интерес.
Почти все знают, что я начал свой трудовой путь врачом несколько лет назад. Когда я думал изучать медицину, я пошел работать врачом. Тогда многие мои сегодняшние взгляды еще не составляли всей суммы моих идеалов.
Мне хотелось преуспевать, как хочется преуспевать любому из нас. Я мечтал стать известным исследователем, желал без устали трудиться, чтобы создать или совершить нечто, что могло бы, в конечном счете, послужить человечеству. Но в то время это могло бы означать только личный успех. Я был, как и все мы, порождением своей среды.
После окончания медфака, в силу особых обстоятельств, а может быть, и из-за моего характера, я начал путешествовать по Америке и познакомился со всем континентом. Так или иначе, я посетил все страны Америки, кроме Гаити и Доминиканской Республики. И благодаря этим поездкам, сначала в качестве студента, а затем врача, мне пришлось непосредственно столкнуться с нищетой, голодом, болезнями; я увидел, как из-за безденежья люди не могут лечить своих детей. Познакомился с жестокостью и равнодушием, порожденными голодом и постоянными наказаниями; причем они настолько сильны, что для иного отца потеря сына становится мало важным событием. И тогда я увидел, что есть вещи, не менее важные, чем стать знаменитым ученым или первооткрывателем — это помощь людям.
Но я продолжал оставаться, как большинство из нас, человеком своей среды. Проехав много стран (к тому времени побывал в Гватемале, Гватемале Арбенса (Хакобо Арбенс (1913—1971) — полковник, государственный деятель Гватемалы, в 1951 —1954 гг. президент этой страны. Подробнее см. в тексте этой книги (гл.1).)), я начал делать для себя некоторые заметки о том, каким должен быть революционный врач, начал присматриваться к тому, что требуется, чтобы стать таким врачом.
Однако началась агрессия, организованная «Юнайтед фрут» («Юнайтед Фрут компани» — бывшая американская компания. Подробнее см. в одном из примечаний к этой книге (Комментарии).), госдепартаментом, Фостером Даллесом (Д. Фостер Даллес (1888—1959) — госсекретарь США в 1953—1959 гг. Вдохновитель политики «с позиции силы») и поставленной ими марионеточной фигурой по имени Кастильо Армас (был такой!). Агрессия была успешной, ибо народ в Гватемале еще не достиг сегодняшней зрелости кубинцев. И я в один прекрасный день оказался политическим изгнанником, т.е. был вынужден покинуть Гватемалу, так как она не была моей родиной.
Вот тогда-то я понял одну главную вещь: чтобы стать революционным врачом, равно как и революционером, нужно, чтобы была революция. Ни к чему не приведет усилие одиночки. Чистота помыслов и порыв самопожертвования, ради благородных идеалов ничего не принесут, если сражающийся с правителями и социальными условиями в каком-нибудь уголке Америки будет одинок. Чтобы делать революцию, необходимо иметь то, что есть на Кубе: сознательное боевое сплочение народа, хорошо понимающего, для чего он взял в руки оружие и зачем объединился.
  
И вот мы подошли к ряду проблем, которые сегодня стоят перед нами. Вопреки всему мы уже имеем право и должны быть революционными врачами, т.е. теми, кто использует профессиональные медицинские знания в интересах Революции и народа. Возникают вопросы: что необходимо сделать для блага народа? как согласовать личные усилия каждою из нас с нуждами общества?