Имперский колонист. Том 3 (СИ)

Я подставил серп под удар, и из столкнувшихся божественных орудий вылетели черно-зелёные искры. В воздухе сразу же запахло свежестью и сырой могилой.
Думать было некогда, так что второй рукой я схватил саблю и пошёл в атаку. Захваченный божеством эльф оскалился и принялся махать мечом. Его движения стали ещё быстрее, каждый удар, принятый на саблю, оставлял глубокие зарубки на металле. Серп же держался, но для фехтования он подходил так себе.
  
А потому уже через несколько секунд мне пришлось сделать первый шаг назад. Вошедший во вкус аватар эльфийского божества продолжал скалиться, нанося удар за ударом. Каждый мой шаг назад растягивал его губы ещё шире, хотя, казалось бы, дальше некуда, и скоро у него рот лопнет от уха до уха.
— Ярослав! — крикнула Ликсис со своего места, когда до стены мне остался всего шаг.
Я нырнул под взмах меча и, когда оружие эльфа со звоном вонзилось в камень, ударил серпом снизу вверх. Оружие Смерти не достигло цели — аватар растворился в воздухе, чтобы возникнуть буквально в трёх метрах от места, где мы только что стояли.
Смертному понадобилось бы время, чтобы прийти в себя, но эльф бросился в атаку мгновенно, без пауз и передышек. Взвинченная божеством скорость явно не позволит носителю выжить, но когда сущностям было не плевать?
Я швырнул измочаленную саблю в эльфа, но тот отбил летящий в него клинок, окончательно разрубая оружие, которому не было в мире равных по крепости. Обломок прозвенел по полу, а часть с рукоятью откатилась к раненой и уже очень бледной жрице Морвель.
— Ты умрёшь! — едва не роняя пену от бешенства, заявило зеленоглазое божество, даже не делая пауз в атаках, чтобы сберечь дыхание.
Я подставил серп в очередной раз, перехватывая лезвие его меча. Рванув изо всех сил, я крутанулся на месте, заставляя тело эльфа последовать за мной, но он не выпустил оружие, а лишь толкнул меня в плечо свободной рукой.
Меня швырнуло в стену, и лишь в последний момент я успел подставить руку, чтобы не размазаться об камень. Пластина на предплечье раскололась и рухнула мне под ноги. Тварь была слишком сильна, вливая в свой аватар больше, чем тот может вынести.
— Стой! — закричала Ликсис, но эльф на неё внимания не обратил.
Я развернулся навстречу ушастому ублюдку и, больше не пытаясь защищаться, принял тяжёлый и быстрый удар плечом. Усиленный божественным вмешательством клинок разрубил броню, но дальше пройти не смог. Я положил на лезвие свободную руку, не давая высвободить оружие.
— Я убью тебя, — прошипела тварь, уже не имеющая ничего общего с живым существом, мне в лицо.
Я не ответил ничего и вогнал лезвие серпа в бок аватара. Удар, от которого обычный смертный уже должен был скончаться, вызвал лишь болезненную гримасу у божества. Так что пришлось давить изо всех сил, не давая аватару вырвать меч из плена бронепластин.
Его морда резко изменилась, превращаясь в собачью вытянутую пасть. Оскалив зубы, он потянулся ко мне, на глазах вырастая в объёме. Эльфа я мог удержать, а вот это чудовище уже стало выше меня на голову. И силы в мышцах божество для него не пожалело.
— Р-р-ра!
Что-то более осмысленное его глотка издать уже не могла. Зато аватар протолкнул меч дальше.
Хрястнул доспех, скрипнул экзоскелет. Я почувствовал, как по руке струится горячая кровь. Но сила — это было всё, что мог применить этот урод. Мощь сущности защищала меня от божественной силы врага, а раны я, так и быть, переживу.
Дёрнувшись, я подбил ему ногу, и мы вместе повалились на пол. Загнанный мне в плечо меч выскочил, выдрав клочья брони. Мой серп тоже оказался на свободе, и монстр быстрым ударом выбил его из моей руки.
Пришлось стискивать зубы и перехватывать его лапы, чтобы тварь не смогла разодрать меня в клочья. Аватар становился сильнее с каждым взмахом — или это я слабел от продолжавшей течь крови.
— Ярослав!
Ликсис сделала единственное, что могла — толкнула ко мне обломок сабли. Я бросил взгляд на эльфийку. Осталось ей недолго — сущность уже стояла за плечом ушастой, наблюдая за нашей схваткой.
Ну нет, Ликсис Талия нужна Российской Империи. Так просто она не сдохнет.
Даром призвав обломок сабли в руку, я вскинул её над головой. Аватар подо мной потянулся, чтобы перехватить мой удар. Но в этот же момент осколок, оставшийся в стороне, рванул на бешеной скорости.
И вошёл в ухо урода, пронзив его голову насквозь. Я замер, чувствуя, как на мои плечи легли прохладные ладони. Сила, которой накачало эльфа божество, потянулась через меня прямиком в чертоги Смерти. Лежащее подо мной тело стремительно усыхало, деформировалось. Пока не обратилось в пыль.
Остался лишь обломок моей сабли там, где только что была голова твари.
— Ещё одним меньше, — услышал я удаляющийся голос сущности.
Думать было уже некогда, я сбросил броню, чтобы заняться раной. Но сила, перекачанная через меня, срастила края, залатала плоть. Теперь о травме напоминала лишь корка засохшей крови да тонкий рваный шрам, да и тот скоро рассосётся.
Повернувшись к баронессе, я поднялся на ноги.
Ликсис уже потеряла сознание, а потому финала, скорее всего, не видела. Однако и её сущность не забыла. Окровавленный бок оказался исцелённым. Так что, обшарив помещение, я сгрузил всё, что нашёл, в рюкзак эльфийки и, подхватив её на плечо, направился к выходу.
И только оказавшись в машине, уходящей от руин замка, я позволил себе закрыть глаза и подумать, что случилось. Какого хрена фанатик «Серебряного рассвета», который занимался осквернением алтарей, стал аватаром эльфийского же божества?
Демоны их, значит, не смущают, а Жнец стал врагом номер один? Что ж, богов до этого я не убивал. Но когда ты на службе Смерти проводишь тысячу лет, ты готов к такому. А вы, ушастые, готовы?
  
Глава 22
 
— Доброе утро, ваше сиятельство, — поприветствовал меня Тимур, протягивая мне чашку кофе. — Как спалось?
Я вышел на крыльцо в халате и тапочках. Моя земля, мой дом — имею законное право. Оставленный мечом, заправленным божественной силой под завязку, шрам на моём плече ещё не затянулся до конца. Не брало его и исцеляющее зелье, хотя, казалось бы… Но нет, рана нанесена богом, а значит, и лечить её нужно иначе.
Хотя, кроме внешней отметины, ничего не осталось, однако я представил, как придётся объяснять Котёнку, что произошло, и вздох сам собой вырвался изо рта. Женщине ведь не объяснишь, что ты обязан подставляться, лезть в пекло с оружием в руках и защищать своих людей больше, чем они тебя.
Потому что седой дядюшка из Нью-Йорка был прав: с большой силой приходит большая ответственность. Возьми я с собой того же Виктора, и он бы умер там, у меня на руках. Это мы с Ликсис обласканы милостью сущности. На мою дружину такая благость не распространяется.
Я и сам-то выстоял, будем откровенны, лишь потому, что прекрасно понимал, что делаю, с кем борюсь и на что способен. Но у меня тысяча лет в образе Жнеца за спиной, а что могут простые смертные? Только погибать в схватке с олицетворением божественной мощи.
Знать бы ещё, какого именно эльфийского бога мы там замочили.
— Нормально, Тимур, нормально, — ответил я, после чего поправил халат и уселся на крыльцо.
Воевода опустился рядом, удерживая свою кружку с напитком. Начинать разговор он не спешил, давая мне время спокойно смотреть на деревеньку, которая за эти месяцы серьёзно разрослась и облагородилась. Уже не осталось пустых мест, заброшенных строений. Рачительные жители всё пустили в дело, и даже те строения, которые возводили люди, теперь вплетались в общий ансамбль настолько крепко, что, не зная, их и не отличишь.
  
— Мы посмотрели запись, ваше сиятельство, — наконец, очень тихо заговорил Тимур. — То, что случилось с братом баронессы — это ведь не простая магия, да?
Я оторвался от созерцания деревенского быта и, повернувшись к воеводе, кивнул.
— Да, — подтвердил я. — Это было эльфийское божество, которое вселилось в барона Астарта. Добровольно он эту сущность пригласил, или это было сделано вопреки его воле — не знаю. Однако точно могу сказать, что вот этот конкретный божок больше ни на одну молитву не ответит.