Скучная Жизнь 2 (СИ)

— Брат не может прийти, по… эээ… личным причинам. Вот и прислал нас. — говорит Бон Хва: — это ничего?
— А, я поняла. — кивает головой Юна: — конечно же он не смог прийти. Извините меня. — она кланяется: — меня зовут Юна Юн, я буду партнером брата и… — она краснеет и бросает взгляд на Чон Джа: — друга?
— Сожителя. Никакой он мне не друг. Эксплуататор чертов. — ворчит Чон Джа, утирая пот со лба предплечьем: — проходи, снимай пиджак, будешь помогать. Чертов кондиционер только завтра включат, сегодня обнаружили что сломался. Завтра мастер придет.
— Приятно познакомиться. — кланяется Юна: — надеюсь на плодотворное сотрудничество.
— Ага. Помоги эту штуковину подключить, а то я…
— Сейчас… — Юна скидывает пиджак, разувается и закатывает рукава: — сейчас!
— Давай я сам. Там же все в инструкции написано… — вздыхает Бон Хва. Как воспитанный человек он не может указывать старшим, но эта Чон Джа уже дважды умудрилась воткнуть кабель вверх тормашками в то гнездо, которое явно для этого не предназначено и как умудрилась только? Сказать Чон Джа что она криворукая и подлежит немедленному отстранению от ценной оргтехники — у него язык не поворачивался. Он пытался сказать ей «может быть ты будешь просто распаковывать коробки, Чон Джа-нуна? Вот какой красивый канцелярский нож», но та его не послушала. Сказала, что проще будет если каждый свой компьютер будет распаковывать и обустраивать рабочее место. И действительно, в этом был бы свой смысл, если бы не то, что Чон Джа упорно продолжала что-то ломать или вставлять задом наперед, вверх тормашками и шиворот-навыворот. Однако Бон Хва был вынужден терпеть и только быстрее собирать свой компьютер, чтобы быстрей двинуться на помощь этой Чон Джа, чтобы она не успела нанести имуществу фирмы непоправимого урона.
Будь сейчас на его месте сейчас Старший — он бы наверняка сказал бы ей, что у нее кривые руки и дебафф на работу с техникой, мягко отстранил бы и сам занялся сборкой, при этом как-нибудь необидно пошутив и сгладив ситуацию. А сам Бон Хва не знал что и сказать, чтобы не обидеть Чон Джа, и чтобы…
— Ты чего, криворукая⁈ — раздается голос и Бон Хва — поднимает голову. Милая и скромная Юна — упирает руки в бока и напирает на Чон Джа, которая подняла руки, сдаваясь.
— Ты вообще куда засовываешь? У тебя глаз нет? Как вообще можно тут что-то перепутать? Да тут четыре провода и все разные! Ну-ка отойди в сторону, пока не сломала все!
— А? — Чон Джа только глазами захлопала. Бон Хва же — вспомнил какой веселой язвой может быть Юна. Девушка отстранила Чон Джа и быстро присоединила все как надо. Бон Хва только головой покачал. Юна же — вынула из своей сумки лицензию на ведение адвокатской деятельности, в рамке и под стеклом. Бон Хва помог ей повесить ее на стену. «Стена Славы» пока была пустой — лицензия и диплом университета с отличием, вот и все.
Сделать еще нужно было многое — убрать коробки и упакованные материалы, подмести и помыть полы после всего, и наконец — расставить канцелярские принадлежности.
После того, как все было закончено и Бон Хва утер с лица трудовой пот — Чон Джа предложила пойти куда-нибудь перекусить. Офис они сняли на четвертом этаже торгового центра, не самое престижное место, но достаточно проходимое и приличное. Во всяком случае, когда они вышли и закрыли за собой дверь, Бон Хва взглянул на табличку с надписью «Адвокатский кабинет Юны Юн» и почувствовал странное чувство гордости и принадлежности к чему-то большему. Ведь до этого момента не было никакого кабинета, не было этой таблички, а сейчас — вот она. И это все — благодаря им. Старшему, Юны-нуны, Чон Джа-нуны и конечно же самому Бон Хва. Он прикоснулся рукой края таблички. Постоял так, пытаясь понять, что же именно он чувствует. Оглянулся и увидел, что девушки уже ушли вперед по коридору и поспешил за ними.
Уже через пятнадцать минут они сидели в небольшом кафе, в этом же торговом центре и перед Чон Джа и Юной — стояли бокалы со светлым местным пивом, а перед Бон Хва — банка с газировкой, вишня и мята. Многочисленные закуски, сушеный кальмар, полоски копченого сыра, сухарики, полоски вяленой рыбы… запах от жареной свинины и супа с приправами.
 
— Ну, полагаю, что нужно отметить этот день. — говорит Чон Джа, поднимая свой бокал с пивом: — Юна-онни у нас старший партнер, значит тебе и слово. Скажи что-нибудь.
— А? — Юна отрывается от созерцания своего бокала: — кто, я?
— Другой Юны я тут не вижу. Давай, онни, не стесняйся, ты же у нас главная. — подталкивает ее под локоть Чон Джа.
— Ээ… ну… я если честно пока никак осознать не могу. Вчера я подошла к дяде и уволилась. Совсем уволилась. — говорит Юна: — а теперь мне страшно. Наверное… ну за успех?
— Кто же так говорит? — прищуривается Чон Джа: — от такой речи в этой кафешке тараканы на кухне помрут. Бодрее нужно. Ты же наш полководец. У меня у самой поджилки трясутся, мадам Вонг нас с мистером Эйч завтра на ковер зовет. Так что давай уж повеселей. Хотя как тост пойдет, наверное. За успех! — она поднимает свой бокал. Бон Хва — присоединяется, поднимая банку с газировкой.
— За успех! — говорит он. Чон Джа с двух глотков приканчивает свое пиво и ставит пустой бокал на столешницу, издав тихое «йааааааа!».
— Бон Хва-хубэ, а где твой брат? Он сегодня придет? — задает вопрос Юна и Бон Хва чувствует себя очень неудобно.
— У него дела. — отвечает за него Чон Джа: — он, наверное, дрыхнет сейчас. Скотина такая. Втащил нас в такие неприятности, а сам — спать.
— Извините… а какие у вас отношения с Чжи Мином? — задает вопрос Юна, опуская взгляд вниз: — вы… и правда живете вместе? Вы — его девушка?
— Да нет, кому такой нужен! — отмахивается Чон Джа: — мне просто жить пока негде. А из-а этого миччинома меня с прошлой работы уволили… да еще и с волчьим билетом на всю спину. Мне теперь в этой отрасли делать нечего, уж мадам Вонг позаботиться чтобы меня никуда не приняли. Тск! Так что теперь в адвокатском кабинеты Юн — новая секретарь. Прошу любить и жаловать! — она наклоняет лицо и улыбается такой фальшивой улыбкой, что у Бон Хва аж скулы сводит, как будто половинку лимона сразу зажевал.
— Эй! Нам еще пива! Четыре! — машет Чон Джа рукой.
— Четыре? — Юна смотрит на свой недопитый бокал: — но…
— Между первой, второй и третьей — перерывчик небольшой. Кроме того, онни — ты не допила. Неужели не хочешь успеха нашей компании? — прищуривается Чон Джа: — давай, допивай и уже я тост скажу. Как вторая по старшинству после тебя, онни.
— Хорошо! Ганбэй! — Юна запрокидывает голову, допивая свое пиво, а Чон Джа — стучит по столу, подбадривая ее.
— Ладно! Ладно, моя очередь! — Чон Джа дожидается, пока принесут еще пива и поднимает новый бокал: — и… с чего бы начать? Ах, да, завтра у меня встреча с бывшей работодательницей, но не будем о грустном. А сегодня мы открыли самый лучший в городе адвокатский кабинет! Самый лучший, а значит — самый прибыльный в будущем. Я ничего не понимаю в этой вашей юриспруденции, но уверена, что все будет хорошо. Ганбэй! — она поднимает бокал, дожидается, пока остальные тоже поднимут — и чуть отворачивается в сторону от Юны, признавая ее старшей.
— Я хотела выразить благодарность твоему брату. — говорит Юна и слегка краснеет: — за это. — она тычет пальцем на бейджик с именем, который прикреплен к рубашке Бон Хва. Такой же красуется и на топике Чон Джа, вызывая когнитивный диссонанс… узкий топик, едва справляющийся с задачей удерживать грудь Чон Джа внутри — явно был неподходящим местом для корпоративного бейджика с именем и фамилией.
— Ну да, Мистер Хайд заставил нас прикрепить эти штуковины. — кивает головой Чон Джа: — какой в этом смысл?
— Передайте ему мою благодарность. — говорит Юна: — хотя… наверное я сама передам. Ничего не говорите.
— Есть, капитан! — прикладывает руку к голове Чон Джа: — ничего не скажем! И… Бон Хва! Твой черед говорить тост!