Скучная Жизнь 2 (СИ)

— А? — девушка в школьной форме поднимает голову.
— Ну да. — усмехается Чон Джа: — говорят, что юность и красота — это тоже капитал. Но отдавать долги юностью и красотой — то еще занятие. Когда мужчина средних лет отрабатывает долги, то скорей всего он устраивается на подработку, ну или занимается чем-то не совсем законным. Девушки же… у нас всегда есть возможность отработать долги работая кисэн. Хотя… лучше бы этой возможности не было, да?
— Да! — на лице девушки вспыхивает возмущение: — да!
— Да только кто нас слушать будет, — горько улыбается Чон Джа и затягивается сигаретой: — в ту ночь, если бы не твой одноклассник… скорей всего меня бы заставили «выплатить первый взнос». Прямо в парке на лавочке. Разложили бы на троих… а может увезли куда. Кто знает? Но твой странный одноклассник, мистер Хайд и доктор Ботаник в одном лице — появился из ниоткуда и спас меня. И даже ничего за это не потребовал. Ну то есть… он мог бы. И у меня не хватило бы духу отказать ему той ночью. Но он — ничего не попросил. И не потребовал. Даже разрешил переночевать у него и занял денег на транспорт с утра. Понимаешь, Су Хи, мир не такое уж солнечное и прекрасное место, тут порой за место под солнцем приходиться драться изо всех сил. Каждый отстаивает свои интересы и человек человеку волк. Знакомо да? Вижу, что знакомо… — она выдувает струйку дыма вверх и следит как дым растворяется в ночном воздухе.
— Ну так вот. — продолжает Чон Джа, убедившись, что Су Хи — все еще молчит в ответ. Но это молчание, как будто стало… заинтересованным?
— Потом был еще один случай. Честно говоря, я думала, что этот твой Бон Хва — просто вундеркинд в плане подраться, но в остальном — такой же как и все. Пускает слюни на мое тело, когда я выхожу из душа, будто забыв полотенце… ну и все такое. Но он выручил меня и во второй раз, хотя, если честно говорить — я его подставила. Не то, чтобы сильно, но все же… и меня чуть не закатали в бетон. Он поручился за меня и потому я все еще дышу этим воздухом. Нет, твой одноклассник — он странный. Он может быть наивным как ребенок и умудренным как старик. Он может быть смешным, а может быть — страшным. Он может быть и доктором Джекилом, и мистером Хайдом, может быть кем угодно… но одно я про него знаю точно. Если он сказал, что защитит тебя — то защитит. Понимаешь? — она стряхивает пепел и поднимает голову, глядя в звездное небо.
— Иногда я думаю о том, что же делает мужчину — мужчиной. Когда-то мне нравились смазливые красавчики и я даже влюбилась в одного такого… но сейчас… Сейчас я понимаю, что для меня самое главное качество в мужчине — это надежность. Бон Хва может казаться всяким, несерьезным, игривым, наивным… но за ним ты словно за крепостной стеной. Как-то… спокойно рядом с ним. Это… расслабляет. Порой слишком. Мне вот давно пора съехать и самой квартиру снимать, а я все еще рядом с ним. Не знаю почему. — она решительно гасит сигарету о каблук и оглядывается в поисках ближайшей урны.
— Зачем я тебе это говорю? — Чон Джа прячет окурок в мятую пачку, не найдя урны: — тоже не знаю. Мне показалось, что ты ему не доверяешь. Поэтому решила рассказать. Он ни разу не пытался выставить мне счет за спасение. Ни разу не попрекнул тем, что я затащила его в… неважно!
— А… — девушка в школьной форме мнется на месте.
— Что? Хочешь что-то спросить? Спрашивай. Отвечу честно.
— А… ты и в самом деле была готова… ну с ним? Он же школьник!
— Ха. Видела бы ты как он дерется. Сразу бы вопросы отпали. — Чон Джа опирается на свой мотоцикл: — да если бы меня из той передряги старый и жирный старик выручил бы — я бы и ему дала. Вот только… потом ничего бы не было. Рассчиталась бы и все. В конце концов в моем возрасте и в моем положении… — она пожимает плечами: — порой не приходится выбирать. Ну да вырастешь — узнаешь.
— Я… уже знаю. — сжимается Су Хи и отводит взгляд в сторону.
— Да? — Чон Джа наклоняет голову набок: — а вот это тебе знать рановато. Расскажешь?
  
Глава 23
  
Глава 23
— … совершенно недопустимо! Наша школа является ярким примером сотрудничества между учениками и педагогическим персоналом, имеет многочисленные награды, выпускники нашей школы работают в престижных местах, например господи Такамаки, вице-президент «KG-групп» или же господин Юн Сок Чу, заместитель прокурора в столичном округе! Такие действия — ведут к подрыву репутации всей школы! — директор Мун еще раз посмотрел на стоящего перед ним Бон Хва и фыркнул. Бросил на стол перед собой карандаш и сложил руки на груди.
— И это после того, как мы пошли навстречу твоей матери, Намгун! Ты должен отдавать себе отчет в том, что у твоей матери не хватило бы средств чтобы устроить тебя учиться в нашу школу. В школу с повышенными требованиями и с лучшими условиями для обучения. Наш педагогический состав — все как один дипломированные педагоги, награжденные государством и имеющие высшую квалификацию! Материальная база нашей школы — три бассейна, два стадиона, спортзалы, клубные комнаты, кинозал, концертный зал, зоологический уголок, зал для занятия боевыми единоборствами, студии для танцев, музыкальное оборудование, компьютеры, тренажеры, все для того, чтобы такие как ты — обучались всему у лучших! Вот на какие жертвы пошел Совет школы, когда выдал грант на твое обучение, Намгун! Ты слышишь меня?
— Да, директор Мун. — наклоняет он голову.
— И мы — выдали этот грант с условием, что ты будешь следовать правилам школы! Не причинять беспокойства детям уважаемых людей! А ты! — директор Мун аж задохнулся от возмущения: — что ты наделал⁈ А⁈
— Прошу прощения, директор Мун.
— Просит он прощения! Зачем ты избил второгодников Чхои и Чана? Угрожал девушке⁈
— Прошу прощения. Не было такого. — снова склоняется в поклоне Бон Хва.
— Как это не было⁈ Ты считаешь, что эти ученики могут врать учителям? Ты ворвался в клубную комнату во время проведения клубом внеклассной деятельности и избил учеников! Да еще и учеников из старших классов! Разве у тебя совсем нет уважения к старшим? Как тебя твоя мать воспитывала вообще⁈
— Прошу прощения, директор Мун.
— За такое мало исключить! Нужно было тебя в полицию сдать! Ты же хулиган! Язва на теле общества! Террорист! Ни воспитания, ни уважения, ничего! Чтобы твоя уважаемая матушка была в школе завтра же! Я поговорю с ней о том, как следует тебя воспитывать!
— Прошу прощения, директор Мун, но это невозможно. Она находится в больнице.
— Пусть придет кто-то из ближайшей родни, с кем ты сейчас живешь! — отмахивается директор Мун. Бон Хва понимает, что попал. Директор Мун представить себе не может что школьник может жить один, не положено тут такое. Минхо разве что, да и тот — исключение, скорей всего над ним опекунство оформлено на какого-нибудь громилу вроде дядюшки Вана, здоровяка со шрамом через все лицо. А у него — нет никого! По идее брат должен был бы… но брата тоже нет!
— Спокойно, малыш. Все по плану идет. Попросим Чон Джа сходить, ну или госпожу Юн на худой конец.
— Но… разве у нее есть документы?
— Да не нужны тут никакие документы. Дальняя родственница из деревни живет с тобой пока мама болеет. Директору документы не важны, ему важно куда-то свое недовольство тобой слить. Чтобы его выслушали и покивали головой и пообещали, что тебя накажут. Вот и все. Исключить тебя он не может, по крайней мере в этом учебном году. Неуспеваемость или же девиантное поведение — не повод исключать из школы. Каждый ребенок должен получить среднее образование. Это из института тебя вышибить могут, но не из школы. Ты сам — можешь заявление написать и скажем в техникум перевестись. Учись ты в средней или младшей школе у тебя и такой опции не было бы. А без твоего согласия и согласия твоей мамы тебя отсюда могут перевести только в учебное заведение для умственно отсталых, но для этого нужно заключение медицинской комиссии. Или в учебное заведение при колонии для несовершеннолетних, но для этого нужен приговор, вынесенный судом. Искренне надеюсь, что ни того ни другого не будет, хотя порой я переживаю за твое будущее… — голос Старшего звучит совершенно искренне, но Бон Хва уже научился улавливать малейшие нотки в его голосе и понимает, что тот — снова над ним смеется.