Прекрасная леди

Он еще крепче сжал руку мисс Кэрр. Она принялась возражать, пытаясь вырваться, но он все так же твердо удерживал ее рядом.
– Прошу прощения, – решительно бросил Клифф, чувствуя, как вспыхнул до корней волос. Свободной рукой он провел по ее рубашке, коснулся талии, рассчитывая найти еще один пистолет, привязанный к телу. Но вместо этого лишь поразился, какой узкой была ее талия – ни грамма лишней плоти! Вероятно, эта талия уместилась бы в его сомкнутых ладонях, если бы, конечно, он попытался провести такое измерение.
– Уберите от меня свои лапищи! – чуть не задохнулась от негодования девушка.
Но Клифф не обращал внимания на протесты Дикарки, скользя рукой вдоль ее поясницы и стараясь не думать о том, чтобы спуститься чуть ниже… Она снова стала вырываться:
– Развратник!
– Успокойтесь! – прорычал он, ощупывая другой ее бок.
– Теперь вы довольны? – резко отозвалась Дикарка. Она была уже пунцовой от усилий, но вырваться никак не могла.
– Вы осложняете мою задачу, – начал объяснять Клифф и вдруг остановился. Что-то было закреплено под ее рубашкой на талии с левой стороны.
Дикарка в который раз попыталась вырваться из рук своего мучителя.
Он взглянул на нее, плавно провел ладонью под тканью и наткнулся на острое лезвие, привязанное веревкой к ребрам.
– Черт вас возьми! – прошипела она, не прекращая отчаянных попыток освободиться.
К изумлению Клиффа, стоило ему ухватиться за нож, как тяжелая, полная обнаженная грудь неожиданно опустилась ему на руку.
Дикарка на мгновение замерла, как и он сам.
– Ублюдок! – И она вновь дернулась, чтобы вырваться.
Де Уоренн постарался перевести дыхание, но был слишком возбужден. Под этой широкой бесформенной рубахой скрывалось пленительное тело, принадлежавшее сформировавшейся, зрелой женщине. Клифф сунул кинжал себе за пояс. Прошло еще мгновение, прежде чем к нему наконец-то вернулся дар речи.
– Вы солгали! – упрекнул он ее.
Дикарка метнула в него разъяренный взгляд и решительно зашагала за Вудсом в приемную.
Клиффу оставалось только надеяться, что у нее нет другого кинжала, привязанного где-нибудь еще, возможно на бедре. Он не мог понять собственной реакции на ее тело, столь стройное в одних местах и женственно пышное в других. Ему принадлежали сотни прекрасных, соблазнительных женщин, он давал волю вожделению в подходящий момент, только когда сам того хотел. Клифф не был зеленым юнцом, он умел контролировать свою похоть. И он не хотел чувствовать ни малейшего признака возбуждения – сейчас или когда-либо еще – по отношению к Дикарке. Но собственное тело предало его.
Клифф был просто в ярости.
Он прошел в гостиную, оставив дверь открытой. Губернатор возжелал опуститься в огромное кресло, и теперь казалось, будто он сам обличен королевской властью, а не просто назначен короной на должность. Вудс дал понять, что мисс Кэрр может говорить, – его жест был резким, грубым и явно непочтительным.
Клиффа нисколько не заботили манеры приятеля. Очевидно, Вудс уже составил свое мнение по этому вопросу, и ничего из того, что могла сказать или сделать Дикарка, не заставило бы его передумать.
Но она заплакала, слезы покатились по ее редкой красоты лицу. Клифф понимал, что это напускные, притворные слезы, порожденные лишь страхом и отчаянием.
– Дай же ей реальную возможность высказаться, – сказал он Вудсу.
– Мне это не нужно, – проворчал губернатор. Он был слишком зол.
– Пожалуйста, – прошептала Дикарка, ее голос звучал мягко и женственно, она смиренно просила, сжимая руки у груди, словно в молитве. Из-за этого жеста рубашка натянулась, подчеркнув форму удивительно пышного бюста. Клифф тут же уставился на соблазнительные формы, не в силах думать ни о чем другом, точно так же, как и Вудс, который явно старался не поддаваться ее очарованию.
– Милорд, мой отец – единственный, кто у меня остался. Он хороший человек, сэр, хороший отец. И знаете, на самом деле он – не пират. Он – плантатор, и вы можете отправиться в Белль-Мер, чтобы убедиться в этом лично. У нас один из лучших урожаев зерновых за многие годы!
 
– Думаю, мы с вами отлично знаем, что он много раз занимался пиратством, – сурово отрезал Вудс.
Слезы сбегали по прекрасному лицу Дикарки, она опустилась на колени. Клифф напрягся всем телом: лицо просительницы оказалось на одном уровне с коленями губернатора. Понимает ли она, насколько провокационна ее поза?
– Он никогда не был пиратом, вы ошибаетесь, сэр! И присяжные ошиблись! Он был капером. Он работал на Британию, охотясь на пиратов – точно так же, как капитан де Уоренн. Если вы помилуете его, он больше не отправится в плавание, никогда!
– Мисс Кэрр, пожалуйста, встаньте. Мы с вами прекрасно знаем, что ваш отец не имеет ничего общего с лордом де Уоренном.
Дикарка не двинулась с места. Ее полные пухлые губы задрожали. Даже если бы мисс Кэрр поднялась с колен и выпрямилась в полный рост, это зрелище все равно казалось бы настолько соблазнительным, что его невозможно было бы игнорировать. Но она стояла на коленях, словно умелая шлюха перед готовым раскошелиться клиентом. Вудс откровенно пялился на ее рот. Лицо губернатора стало напряженным, темные глаза буквально почернели.
Клиффу все больше не нравилось происходящее.
– Я не могу потерять отца, – хрипло прошептала Дикарка. – Если вы даруете ему прощение, он будет повиноваться закону, как святой. И я… – она запнулась и облизнула губы, – я буду настолько признательна, сэр, навеки благодарна вам, сделаю все… независимо от того… что вы попросите.
Глаза Вудса расширились от изумления, но он не двинулся с места.
«Неужели она могла бы продать свое тело ради отца?» – догадался Клифф. Он схватил Дикарку за руку и резко дернул, заставив подняться на ноги.
– Полагаю, довольно.
Мисс Кэрр метнула в него огненный, смертоносный взгляд:
– Ваше присутствие здесь не требуется! Оставьте меня в покое! Я говорю с губернатором! Занимайтесь своими делами!
– Это сильно напоминает гнусное предложение себя, – сказал Клифф, ощущая закипающую ярость. Он снова дернул ее за руку. – Замолчите.
Де Уоренн обернулся к Вудсу:
– Томас, почему бы не помиловать Кэрра? Если его дочь нам не лжет, он бросит свои морские скитания. В противном случае обещаю, что лично арестую его.
Вудс медленно поднялся с кресла. Он бросил быстрый взгляд на Клиффа, потом его цепкие глаза вновь остановились на Дикарке. Она дрожала, хотя уже стояла, расправив плечи, а не молила на коленях.
– Я обдумаю ваше предложение, мисс Кэрр.
Ее глаза удивленно округлились, точно так же, как и глаза Клиффа.
– Обдумаете?
– Я намереваюсь провести в этих раздумьях ночь, – с ударением на последнее слово произнес губернатор и замолчал, давая словам возможность дойти до сознания присутствующих.
Клифф тут же понял, что он имеет в виду – и стал мертвенно-бледным от ярости.
Но Дикарка была не так искушена в речах, как собеседники, ей потребовалось время, чтобы уловить смысл сказанного. Осознав его, она еще больше выпрямилась и покраснела.
– В таком случае могу ли я дождаться вашего решения прямо здесь?
– Конечно, – наконец-то снизошел до улыбки губернатор.
Клифф подошел к Вудсу вплотную.
– Надеюсь, я по-прежнему могу считать тебя другом, – лаконично бросил он.
Губернатор удивленно поднял брови.
– Убежден, ты сам воспользовался бы подвернувшимся моментом. А теперь тебе почему-то вздумалось охранять ее целомудрие? – Его явно забавляло происходящее.
Похоже, именно этим Клифф и занимался – охранял целомудрие Дикарки.
– Полагаю, миссис Вудс по-прежнему в Лондоне?
– Нет, она во Франции. – Губернатора нисколько не смутило упоминание о жене. – Ну, довольно, Клифф, успокойся. Мы прервем это обсуждение, вернемся к нашему отложенному ланчу, а мисс Кэрр пока отдохнет и подождет моего решения.
– Прошу прощения, но у меня пропал аппетит, – сказал де Уоренн и обернулся к Дикарке. – Пойдемте.