Тайная академия слуг

Это как раз то, чему Гымхи училась в Академии, и то, что ей вбивали в голову на протяжении всей учебы. Еда может занимать важнейшее место в жизни человека, поэтому у каждой пищи должно быть четкое предназначение. Более того, еда может быть одним из эффективных инструментов для завоевания сердца другого человека – как говорится, путь к сердцу лежит через желудок.
Любимым блюдом Пэк Сончхоля был тот чуотан, который он ел в Кейптауне. В Академии Гымхи оттачивала свои навыки приготовления именно по тому рецепту. И смогла в точности воспроизвести рецепт «Сеул Гарден».
  
В чем же секрет этого особого рецепта? Сахар. В уже закипевший чуотан нужно добавить ложку сахара с горкой. Конечно, это невкусно. Кому вообще может прийтись по вкусу чуотан с сахаром?
– Мама, а мне нравится, вкусно. – Дохён слегка склонил голову перед Гымхи.
Суп совершенно очевидно невкусен – а он говорит, вкусно! Называет мамой новую жену отца, старше его самого не больше чем на 15 лет…
Дохён отвечал за завод компании в Танджине. Каждый вечер он ездил между Сеулом и Танджином, выполняя приказ отца по отчетам о работе. Обычно по выходным не возвращался, устраивая в Танджине вечеринку на яхте, но сегодняшний день был исключением. Пэк Сончхоль открывал новый проект.
– Все вы, наверное, уже знаете, что мы открываем собственный фонд, – сказал хозяин дома, переходя к делу. Атмосфера за столом сразу изменилась – все резко напряглись. Как и в других семьях владельцев компаний, это был не просто обеденный стол, а место собраний, где решались важные вопросы.
Дохи пристально посмотрела на отца. В ее взгляде, сквозящем детской капризностью, читалось желание завладеть фондом. Пэк Сончхоль не обращал на это внимания.
– Как насчет того, чтобы передать его в управление Дохёну? Мне так жалко, что он один мучается в Танджине… – Гымхи решила нанести предупреждающий удар. Они-то все думали, что она захочет прибрать фонд к рукам.
– Я подумывал, что если ты возьмешь на себя это дело, то сможешь хорошо все устроить… Ведь ты уже привела к успеху несколько проектов, и в компании никто не будет против этого назначения.
– Куда мне, у меня сейчас дел невпроворот… Думаю, будет лучше, если это возьмут на себя Дохи или Дохён.
Гымхи хорошо все понимала. Что слова Пэк Сончхоля не были окончательным решением, а скорее приманкой, проверкой – не пройди она ее, кто знает, чем это могло бы для нее закончиться…
Голос Пэк Сончхоля был мягок и спокоен, но именно в этот момент он планировал будущий ландшафт всей группы компаний. Мужчина посмотрел на Гымхи мягким, но пронзительным взглядом.
– Сейчас-то она так говорит, но потом, небось, приберет фонд себе! – резко сказала Дохи. В ее интересах было во что бы то ни стало предотвратить такой исход событий.
– Ты что себе позволяешь, говорить так с матерью! – возмутился Пэк Сончхоль.
– Какая она мне мать? Да где это видано, чтобы мать была на двенадцать лет старше дочери! Каждый раз, стоит с ней куда-то выйти, все думают, что она моя старшая сестра.
– Наверное, я просто хорошо сохранилась, а? – сказала Чон Гымхи, смеясь. – Пусть этим займется Дохён. Если я встану во главе фонда, мы все перессоримся.
Дохён, который до этого молча ел, резко замахал руками в знак протеста.
– С меня хватит. Не хочу, чтобы дел прибавилось, довольно! – Он шутливо покачал головой. – Бог с ним, с этим фондом, папа. Я сегодня поеду с тобой в Янъян!
– Зачем это тебе туда?
На сегодня у Пэк Сончхоля была запланирована деловая поездка в Янъян для развития отельного бизнеса. Этот бизнес он собирался отдать в управление одному из членов семьи. А сегодня собирался посмотреть земельный участок под будущий отель.
– Хочу на серфе покататься. – Дохён рассмеялся. В последнее время он был прямо одержим серфингом.
– Отец, значит, работает без выходных, а ты собрался там прохлаждаться? – Пэк Сончхоль, изобразив шуточное негодование, рассмеялся. – А что до фонда – это нужно будет еще раз хорошенько обдумать.
– Разве ты не знал, что Янъян – это Мекка серфинга?
Конечно, Сончхоль это знал: Янъян – место, где на берегу моря собирается молодежь со всей страны, и именно поэтому для первого из сети отелей он выбрал его. Хотя Янъян быстро стал Меккой серфинга, здесь все еще не было курортов высшего класса, подобных тому, что он задумал.
Что ж, может, будет неплохо поехать туда с одержимым серфингом сыном – вместе прощупать почву…
– Вода еще холодна, – сказал Сончхоль.
– Эх, ничего ты не понимаешь, – с уверенностью ответил Дохён. Приняв ответ отца за разрешение, он воодушевленно продолжил: – В Корее летом почти нет волн, а вот весной и осенью – самое то. Даже зимой приезжает куча народу, чтобы покататься на волнах.
– Ладно, но почему именно Янъян? – с интересом продолжил расспрашивать Пэк Сончхоль.
– Потому что волны там потрясающие. Пики отличные, стенки длинные, есть трубы [18], – объяснил Дохён.
– Ну и дела… Сын главы компании увлекается серфингом. Если кто-то это услышит, удивится, – с улыбкой сказал Пэк Сончхоль.
– Ты просто сам не пробовал. Это спорт, который включает в себя все стороны жизни – радость, гнев, печаль и счастье, – ответил Дохён с гордостью. Почувствовав, что отец настроен положительно, он продолжил: – Когда смотришь на буйные волны, что-то поднимается в тебе – хочешь их победить, оседлать. Ты сталкиваешься с ними, борешься, иногда терпишь холод и ветер, преодолеваешь препятствия – и в этом процессе будто можешь понять, где границы твоих возможностей. Это и есть серфинг. Перед тем как вступить в схватку с волнами, ты не осознаешь, насколько они сильны. Чтобы прокатиться на волне, нужно точно рассчитать момент. Разве не так и в нашей жизни? Чтобы добиться успеха, нужно уметь подгадать нужный момент. Нужно уметь выжидать. Я не просто так сравниваю нашу жизнь с серфингом. Что такое жизнь? Череда приливов и отливов. Человеку дается выбор: либо он оседлает волну и пойдет вперед, либо его поглотит волна и он утонет. Преодолевая трудности и невзгоды, человек движется вперед – это и есть серфинг…
– Ну все, понесло, заговорил ты нас совсем, – рассмеялся Пэк Сончхоль.
Да, у Дохёна язык был хорошо подвешен. А еще он умел говорить так, чтобы его слова были приятны собеседнику, как будто он знал, что тот хочет услышать.
– Кто впервые сравнил жизнь с волной? Когда сталкиваешься с трудностями и невзгодами, не убегай. Знаешь ли ты, как не быть поглощенным этими трудностями? Нужно подружиться с ними. Если ты примешь, что жизнь – это путь, на котором ты с трудностями как с друзьями, тогда ты сможешь их принять. Это ведь те слова, которые ты всегда повторяешь, отец.
– Ладно-ладно, я понял… Хватит. Чувствую, никуда мне не деться – не возьму тебя с собой, так потом целыми днями буду слушать твои философствования о серфинге. – Закончив свой суп, Пэк Сончхоль с улыбкой встал с места. Дохён встал за ним. Дохи, фыркнув, первая удалилась к себе в комнату.
– Спасибо, было вкусно, – обратился Пэк Сончхоль к Гымхи и горничным.
– Ступайте, я уберу здесь и потом помогу вам с подготовкой, – сказала Чон Гымхи, убирая пустые тарелки.
Дохён подошел к ней и, мило улыбаясь, начал помогать.
– Вы уж простите сестру. Наша акула хоть сейчас и ведет себя так, когда-нибудь она вас полюбит – вы ведь такой замечательный человек!
Дохи была директором в головном офисе. Иногда брат шутливо называл ее акулой. Гымхи молча улыбнулась в ответ.
Убедившись, что горничные вышли из столовой, Дохён подошел к Гымхи и сказал ей на ухо:
  
– Спасибо, что держите это в секрете от папы, мама.
Чон Гымхи еле заметно кивнула. Странно. Чего он добивается?
Она заметила, что Дохён всегда старается избегать открытых конфронтаций с другими людьми. Вместо этого он умело использует свой ум, чтобы валить своих противников, действуя у них за спиной. Он любит спать голым, не усложняет отношения с противоположным полом. А еще у него фетиш – шпильки; он не то чтобы совсем на них повернут, но все-таки… Вдобавок он прекрасно умеет распознавать скрытые намерения других людей.