Тайная академия слуг

Ким Хёнсу отвесил Соджон пощечину.
– Отдавай мне живо свой телефон.
Соджон, стиснув зубы, со всей силы толкнула наступающего на нее Ким Хёнсу. От толчка он отпрянул и в тот же момент упал, поскользнувшись на мокром покрытии. Падая, ударился головой о стальное ограждение борта. Раздался глухой звук удара.
Тело Ким Хёнсу затряслось в судороге, он осел и опрокинулся на спину. И больше не двигался. Упал на спину, а затем перестал двигаться. Соджон, испугавшись, бросилась к Ким Хёнсу и стала трясти его. Тот не шевелился. На пол стекала темно-красная кровь.
  
– Господин Ким!
Она закричала, но мужчина не отзывался. Мертв… Неужели он мертв? Хан Соджон застыла на месте.
В этот момент зазвонил телефон. Кто это мог быть? Глава офиса? Пожалуйста, пусть он скажет, что произошла какая-то ошибка… Девушка посмотрела на экран телефона. Это был не он. На экране высветилось имя вызывающего абонента: Ли Джинук.
– Ого… Это что, ты теперь мне на звонки отвечаешь? Алло? Ты тут?
Хан Соджон всхлипнула.
– Помоги мне…
Так она и просидела, не шевелясь, на одном месте в ожидании Джинука. Прошло всего несколько часов, но казалось, что минула целая вечность. Может, думала Соджон, это и есть ад, и ей теперь никогда из него не выбраться. Размышляя так, она сидела, дрожа всем телом, у остывшего трупа Ким Хёнсу.
Когда Ли Джинук наконец прибыл, девушка была морально обессилена и едва могла держать голову. Пытаясь отдышаться от бега, Ли Джинук запрыгнул на судно.
– Что происходит? – Хан Соджон не ответила, и тогда он оглядел корабль и лежащего без движения Ким Хёнсу. – С тобой-то всё в порядке?
Он принес одеяло из каюты и накинул ей на плечи. Хан Соджон дрожала так сильно, что на это было страшно смотреть. Ее взгляд был пустым, словно она не видела Ли Джинука и не слышала его голоса. Из глаз текли слезы, зубы клацали.
– Хан Соджон! – Ли Джинук схватил ее за плечи и встряхнул. – Возьми себя в руки!
Ее взгляд был затуманен, и было невозможно понять его направление – он лишь бесцельно блуждал, как у человека, потерявшего всякую волю к жизни.
– Посмотри на меня. Посмотри на меня! – Ли Джинук ударил Соджон по щеке. И только тогда девушка ясно взглянула на него.
– Теперь я убийца! Моя жизнь кончена! – закричала она. Это был крик отчаяния, вой – так кричат, оказавшись на грани жизни и смерти.
– Что, если я скажу, что для тебя есть безопасное место? Отправишься туда?
– Куда? Для меня уже нигде не будет безопасно.
– Ты все поймешь, когда окажешься там. Место, которое убережет тебя от конца в жизни. Место, где можно начать все сначала.
Ли Джинук положил руку на плечо Хан Соджон. Та смотрела на Ли Джинука и не видела, что происходит за ее спиной, там, где лежал Ким Хёнсу. В этот момент «покойник» издал тихий вздох и пошевелил пальцами. Ли Джинук, заметив это движение, обнял Соджон так, чтобы она не могла этого увидеть…
Что же в итоге стало с Ким Хёнсу?
Облокотившись об изголовье кровати, девушка уставилась в темноту. На душе было неспокойно, тело еще больше сжалось от напряжения. Она не могла знать ни что стало с Ким Хёнсу, ни что вообще происходило за пределами Академии, – и от этого было еще тревожней.
Из глаз потекли слезы. Соджон прикрыла рот рукой, чтобы ее всхлипов не было слышно. Слезы падали на пол, словно капли яда. Из горла вырвался сдавленный звук, подобный лаю. Страх, острый и бесформенный, когтями впился в ее сознание, огромным клубком свернулся у нее в груди, завладел всем ее существом.
А Ли Джинук?.. Он сказал, что последует за ней. Известно ли ему обо всем, что случилось с ней после того, как она покинула то самое место? Он сказал, что здесь Соджон сможет все начать сначала. Сможет ли?.. Вместе с отчаянием где-то внутри нее бушевала неистовая, как крик, надежда. Она резко выдохнула. Подумала о Ли Джинуке. И сами сабой нахлынули воспоминания об их первой встрече…
Впервые Соджон встретила его, когда жила в маленьком городке неподалеку от Вонджу, в магазине лотерейных билетов, где она была постоянным посетителем. Магазин «Лотерея удачи». Ли Джинук за прилавком. Он даже не взглянул на Соджон, когда раздался звук колокольчика и она зашла в магазин.
– Мне, пожалуйста, лотерейных билетов на двести тысяч. Половину для активной, половину – для пассивной [8].
Ли Джинук, сидевший в самом углу прилавка, наконец посмотрел на нее.
– О, так это ты?
На его школьной форме было вышито имя: «Ли Джинук». Ученик третьего [9] класса старшей школы Джинъян, вошедший в сотню лучших в стране. Городок был маленький и полнился слухами, так что такой факт быстро разнесся по округе. И этот самый Ли Джинук по совместительству являлся сыном владельца магазина лотерейных билетов – тогда она об этом и узнала. И первое, что услышала от него: «О, так это ты?»
– Я слышал, есть тут одна старшеклассница, которая каждую неделю покупает билеты на двести тысяч…
Хан Соджон снова посмотрела на его вышитое имя, размышляя, не сдаст ли он ее, школьницу, покупающую лотерейные билеты.
– Знаешь же, что запрещено покупать билеты больше чем на сто тысяч.
– Дайте, пожалуйста… – Хан Соджон опустила голову.
– Ты что, все деньги, заработанные в магазине, сюда приносишь? – спросил Ли Джинук, пересчитывая билеты.
Девушка удивилась – откуда он знает ее имя?
– Бейджик на форме, – пояснил он. – А зачем это ученице школы так много лотерейных билетов? – Протянул билеты, так что Соджон хотела было уже взять их, но замешкалась от его вопроса. Она одарила его пронизывающим взглядом. – Спокойно, спокойно… Сейчас, минуту.
Он зарегистрировал все билеты, и Соджон уже было собиралась выйти из магазина, но тут Джинук ее остановил. Он вышел из-за прилавка и приблизился к ней. Густые брови, рот растянут в улыбке… Он протянул руку.
– Дай мне свой номер. Я тебе каждую неделю буду подбирать лотерейные номера!
Хан Соджон с подозрением посмотрела на него. Это еще что такое?
– Я сын владельца лотерейного магазина, уже с десяток лет в этом деле верчусь. У выигрышных номеров есть особая схема. Ты же знаешь, что я в этом районе известен как неглупый парень?
Она-то уж знала. А еще знала, что не стоит полагаться на добрую волю других, которая может ежеминутно меняться. Юношеские годы научили ее не верить людям. Ее опыт подсказывал, что не стоит надеяться на чужую милость. Когда кто-то предлагает услугу, надо уметь сразу увидеть истинную цель такой услуги и ее цену.
– Ой, да не подкатываю я к тебе! – рассмеялся Ли, всем своим видом показывая, что он и подумать о таком не мог.
Ну конечно. Это вряд ли. Ей даже стало несколько стыдно за такие мысли. Но если дело не в этом, то что ему могло быть нужно? Он видел ее впервые… И Соджон дала ему свой номер – может, он и правда что-то знает про выигрышные номера, а если так, то было бы очень неплохо!
Каждую неделю Ли Джинук посылал ей номера, которые, по его расчетам, могли выиграть. Но каждый раз ошибался. Все деньги, которые она зарабатывала на подработке, до рассвета моя посуду в кафе, раскладывая товары в магазине, – 200 000 вон, – расстворялись в воздухе.
А на что она рассчитывала? Так было всегда, и хуже стать не могло. Самым тяжелым было то, что один день сменялся точно таким же, и будущее не сулило перемен к лучшему. Но каждый раз ей становилось легче на душе, когда она получала сообщения от Ли Джинука. Вместе с номерами он посылал ей короткие сообщения: «Удачи!» или «Желаю выигрыша!» вместе со смайликом, изображающим салют. Может, благодаря этому у нее были силы смеяться каждый раз, когда она оставалась ни с чем…
  
Ли Джинук, сын владельца магазина лотерейных билетов… Это с его подачи она оказалась здесь. Может, в этот раз, в этой лотерее ей повезет? Успех здесь, в Академии, – он так же непредсказуем, как успех в лотерее?..
Лежа в кровати, Соджон разглядывала потолок. Так и проворочалась до самого утра, потеряв счет времени. За дверями стало шумно. Настало время узнать, счастливый это был лотерейный билет или нет. Она встала, открыла дверь и вышла из комнаты.