Собиратель душ (СИ)
Его спасло то, что он не успел этого сделать, и в матовом экране увидел, как Жак вытаскивает пистолет. Он прыгнул в угол комнаты, вытаскивая пистолет и изворачиваясь в полете. Батлер начал стрелять первым, и попал трижды, но в металлический протез руки и плеча, которыми Дмитрий прикрывал корпус, а вот его пуля попала противнику ногу чуть выше ступни, впрочем, тоже роботизированную. С грохотом, не меньшим, чем сами выстрелы, взорвался и осыпался стеклопакет.
Батлер метнулся в коридор, не переставая стрелять. Ловить пули не хотелось, а убийство, которое он откладывал и откладывал, из плевого дела превратилось в опасную игру. Русский был опытным оперативником, к тому же оснащённым одним из самых первых ПРОЦов, тех самых, что не боялись вмешиваться в действия носителя на физическом уровне.
Перекатившись по полу, под грохот выстрелов, Дмитрий присел за спинкой дивана и вытащил второй Глок. То, что он был жив, казалось чудом. Даже рука, несмотря на три попадания, продолжала действовать.
— Ладно, Дим, просто отдай девчонку, и расходимся! — предложил Батлер.
— Ты же прекрасно понимаешь, что я знаю, что ты знаешь, что я знаю, что ты врешь!
— Ну, попробовать стоило! — поморщился Батлер, доставая гранату и нажимая кнопку, отвечающую за подрыв.
«Граната!!!! В окно!!! 5 сек… 4 сек…» — предупредил ПРОЦ, уловив едва слышное нажатие.
Дмитрий понял его мысль смутно, и действовал скорее, на инстинктах, чем по плану. А может, это действовал ПРОЦ. Зацепившись носком ноги за раму, он «вывесился» в окно, на долю секунды зафиксировав свое положение, упираясь второй ногой в стену дома снаружи, и выстрелили в стеклопакет двумя этажами ниже (там не было отлива), после чего расслабил мышцы ног и полетел вниз, поворачиваясь лицом к стене.
Живая рука соскочила, но роботизированный протез вцепился в бетон намертво. Дмитрий резко толкнул себя вверх и вперёд, выполняя выход силой одной рукой, и ввалился в окно в тот самый миг, когда сверху раздался взрыв. Привалившись спиной к стене комнаты, он направил пистолет в сторону окна и попытался вытащить второй.
Похоже, связки кисти были растянуты, потому что от адской дозы обезболивающего она была как деревянная. Встав, он осмотрелся. Квартира была пуста, или хозяева забились в самый дальний угол. Он подошёл к двери и глянул в глазок. Никого. Быстро поискал ключи, после чего вскрыл замок встроенными в средний палец отмычками.
«СБ едет. Время прибытия 7 минут. Дроны и спутники слежения уже наблюдают снаружи здания».
Дмитрий достал телефон и набрал Соколову. После первого гудка ожил ПРОЦ: «Перехват трафика. Тебя, скорее всего, соединят не с Соколовым».
— Слушаю, — ответил голос Соколова спустя, наверное, минуту и миллион долгих гудков. За это время можно было раз пять подобрать нужный имитатор.
— На меня напал Жак Батлер, какого чёрта?! — возмутился Дмитрий. Переназначили и переназначили, надо пытаться работать с тем, что есть. Хотя бы выяснить, кто перехватил, и кому переназначил.
— Что с дочкой Ремизова? Она у тебя?
— Да! Я её кончаю!
— Нет! Стой! Она нужна нам живой!
— Зачем?! Ремизова взяли, он сядет надолго, с ней или без нее!
— Так мы сможем контролировать её братьев! Или ты думаешь, что всё закончилось?!
— Как это поможет мне?! Я кончаю и её, и Батлера! Ты понял!?
— Нет! Не смей! — Соколов запаниковал. — Где Батлер?! Постарайся взять его живым! Я высылаю к тебе ребят! Остерегайся СБ и полиции, жди службу внутренней безопасности!
— Понял, жду! — ответил Дмитрий и сбросил вызов.
«Мы слили Соколова. Похоже, никто не ожидал, что нападение на дочь Ремизова инициировал он», — отметил ПРОЦ.
«Похоже? Ты чо, сломался? Не вижу процентовки».
«69 %».
Дмитрий открыл дверь и быстро поднялся на этаж. Тишина. Ещё на один. Над окнами висели дроны, но он не стал тратить время и патроны на их нейтрализацию.
Батлер не выходил, этот он знал точно — сигнализация предупреждала его, когда открывалась дверь. С экстренным взломом его квартиры было ещё проще — заряды пластида были заложены сразу после того, он её купил.
Влетев в помещение вслед за дверью, он нашпиговал пулями силуэт, метнувшийся в глубину квартиры и заорал:
— Лёг на пол, и не двигайся, а то пришью!!!
Силуэт лежал на полу, не двигаясь, пыль оседала, а в комнату через окно влетел дрон, снимая всё происходящее.
— Внимание, говорит полиция! Положите оружие пол и не сопротивляйтесь аре… — Дмитрий сбил его выстрелом и прислушался.
Тишина…
«Это дочь Ремизова. Мертва. В квартире никого», — коротко отчитался ПРОЦ
Дмитрий наклонился на девчонкой и пощупал пульс. ПРОЦ оживился: «Нет, жива! Вколол ей…»
Взрывом Дмитрия швырнуло на стену. Огромный смерч пламени вырвался из окна.
Жак Батлер выбросил с крыши пульт управления дроном-подрывником, который уничтожил русский, и улыбнулся. Он повернулся в сторону прибывающему вертолету СБ, показал два пистолета, направленных стволами вверх, и, положив их перед собой, поднял руки.
Глава 39. Интерлюдия 11
Кирилл Валерьевич, едва прочитав сообщение от Быкова, и убедившись, что адресат больше не отвечает, нажал
ВЫХОД.
Первым делом, встав из кресла-кокона, он расстегнул кобуру, снял верный «Глок» с предохранителя и проверил патроны. Майора Белоухова, которому было поручено расследование смерти Быкова, рядом не было — они вообще, редко пересекались в реале, но осторожность не повредит. Если уж Валера оказался предателем… Черт, он ведь больше пяти лет в его команде. Но «Гермесу» Соколов верил — пацан кровью заслужил, чтобы с его словом считались.
Первым делом он набрал Миркова… Короткие гудки. Черт… Он быстро набрал ему сообщение о предательстве проректора, и чуток успокоился. Так, что дальше?
Аксенов… Опять занято? Что их там, надирает друг другу названивать что ли?
Вдруг зазвонил стационарный:
— Господин генерал, взяли Жака Батлера и шифр «Арес». Похоже, они решили устроить небольшое сражение в высотке на том месте, где было совершено нападение на кортеж Ремизова. Его дочь тоже была с ними, но ее спасти не удалось.
Соколов рот которого, по мере рассказа, открывался, наконец, высказал, что он думает о двух металлических болванах, после чего заверил дежурного, что это он не про него.
— Девушка мертва?
— Да… Там был взрыв. «Ареса» еще как-то защитила броня, а ее… Ну, там травмы несовместимые с жизнью.
— Везите их ко мне. И что там Белоухов? Ежедневный доклад готов?
— Понял, сейчас узнаю.
— «Ареса» в реанимацию и вирткапсулу. Запускаем стандартную процедуру восстановления. Батлера и взвод охраны в третью допросную!
— Понял, скоро будут!
Соколов выдохнул и еще раз набрал Аксенова. Короткие гудки. С женой разговаривает что ли?! Сколько можно трындеть?! Взяв стационарный, он набрал оперативного:
— Костя, организуй мне невидимое прикрытие для Белоухова… Прямо сейчас, да. Все контакты — записывать, все действия — контролировать. И еще одно — для Вики… Нет, давай, две группы для Вики… Да, прямо сейчас.
Шифров доставили быстро, «Ареса» (вернее, его остатки) — увезли и упаковали в капсулу, а вот Батлера посадили в допросную. Генерал быстро ознакомился с обстоятельствами поимки. Было ощущение что они повздорили между собой. Зная непростой нрав «Ареса», это было ожидаемо, но стоило проверить.
На допросе Батлер рассказал, чистую правду — три дня жили в квартире, все было хорошо, потом произошел конфликт из-за того, что «Арес» решил убить дочь Ремизова. Защитить ее не получилось, и после того, как Дмитрий убил ее, Батлер его взорвал.
Соколов поморщился, но кивнул: Батлер пролил не один литр крови на «Немезиду», и его словам, да еще и подтвержденным видеозаписями и баллистическим анализом пуль, попавших в Алену Ремизову, стоило верить. ПРОЦ подтвердил его версию событий с вероятностью 83 %. Кто бы сомневался.