Цветок и молния (СИ)

— Да я же сберечь тебя хотел! — всё же вспылил Тео. Не хотел, но сдерживаться было невыносимо. — Не для Сайруса, для себя! Чтобы с тобой ничего не сделали из-за меня. Я же не знал, что у нас нет времени! — он прошелся по комнате еще раз, чуть не сбил стул, нервно пнул его. — Но ведь есть же выход. Наверняка есть, не может не быть! Мы же в Империи, у тебя эрмегарское подданство, ты сам говорил, я помню… Значит, законы на тебя распространяются, вынужденные браки у нас запрещены, я точно знаю! — он снова вернулся к кровати, но садиться не стал, вместо этого опустившись прямо на пол перед Кори и уткнувшись головой ему в колени. — Я же не смогу без тебя… За неделю чуть не сдох. Мне же хуево без тебя, Кори, даже объяснить не могу, как…
  
Кори посмотрел на него как-то болезненно и с ощутимой тоской. Его тут же захотелось обнять, а потом… ну, собрать вещи, утащить далеко-далеко отсюда, чтобы никто не нашел. Ведь Тео и в самом деле без него не сможет, и ясно это так же, как и то, что утром солнце взойдёт на востоке.
— Тео, не будь таким глупым, — Кори тяжко вздохнул, запутавшись ладонью в его волосах. — Ты думаешь, я не интересовался? В Инферно такой брак вполне законен. В Империи он не признаётся, но и только. А дальше как в плохом анекдоте: приходите, когда изнасилуют. Хотя, знаешь… — Кори замялся, будто бы силясь найти подходящие слова. — Может, зря я упрямлюсь? Всё равно по имперским законам такой брак недействителен, и я мог бы…
Он и закончить-то фразу не успел, а Тео будто по голове ударили. Сильно и очень больно. Он же не хочет сказать, что?.. А, нет, кажется именно это и говорит. Что куда проще отдаться Сайрусу, чем пытаться найти выход.
— Ты же это не всерьёз? — вскинулся он, не веря, что Кори и впрямь собирается пойти на… такое.
— Не знаю я, — отозвался тот, нервно заламывая руки. — Но я мог бы просто дать им всем то, что они хотят, и свалить в закат. Я мог бы… Или что, тебе после него будет противно до меня дотронуться? — он сердито мотнул головой. — Будет, конечно. Ну и ладно. Зато Сайрус не обозлится и не попытается тебя угробить, а мне это важнее всего прочего…
— Важнее?! Мог бы?! — Тео снова вскочил на ноги, уже и не пытаясь сдерживать свою магию. Она искрила, искала выхода, а найдя — волной прокатилась по комнате, напугала его самого, хотя ярость была куда сильнее. — Мог бы что, Бреннан? Лечь под него? Раздвинуть перед ним ноги, позволить трахнуть тебя? Может, еще и удовольствие получить? Нет, молчи, я сам тебе скажу! Он будет тебя целовать, Кори. Будет тебя лапать везде, засунет свои руки и свой член во все твои отверстия! Ты, блядь, знаешь, как всё происходит! И я, мать твою, знаю, что ты его не захочешь, тебе будет больно, страшно и противно! С обрыва, блядь, сигануть собрался? Ну так и сиганешь, гордый мой, когда слезешь со своего алтаря или что там у вас! Не из-за того, что я тебя не приму, — ведь я приму, что бы ты ни сделал. Но ты сам с этим жить не сможешь! Так для тебя «важнее»?!
Кори наверняка уже сейчас больно, страшно и противно: вон как побледнел, выцвел почти до серости. Только глаза лихорадочно горят на бескровном, безжизненно-невозмутимом лице.
— Да, именно так, — наконец, сухо обронил он.
Стоило бы пожалеть его. За дурацкие слова простить тут же. Вспомнить, как обещал себе не злиться — не за что ведь, Кори не виноват; извиниться за резкость и чересчур болтливый язык. Стоило бы, да только невозможно мыслить здраво, когда нарисованная самим собой картинка повисла перед глазами и будто вскипятила кровь.
Тео и сам не понял, почему вдруг комнату озарила серия ярких частых вспышек. Магический выброс, ощутимый кожей, мгновенно снес всё, что лежало на столе, полках. Стекла опасно зазвенели, выдержали не иначе как чудом…
Кори не сможет жить, если в самом деле решится на такое унижение. А без него не сможет жить и Тео.
— Делай что хочешь, — тихо, на грани слышимости выдал он, прежде чем вылететь из комнаты и громко хлопнуть дверью.
Нужно было проветриться. Выкурить пару сигарилл, прочистить мозги и просто несколько минут подумать в одиночестве. И выпить. Чего-нибудь покрепче. Чтобы отпустило хоть немного, чтобы в голову вернулось что-то помимо всепоглощающей ярости и отчаяния.
Должен быть выход. Не может его не быть.
— Тео! — окликнула Хель, когда он уже был у двери.
Тео не хотел разговаривать. Не время рассказывать кому-то об их с Кори локальной катастрофе. Да что там, шевелить языком не хочется.
Он махнул рукой, спешно набросил на плечи куртку — не ради тепла, просто в кармане имелись вожделенные сигариллы. Дурная привычка, но сейчас — то, что нужно. Лишь бы не вышел никто, не начал действовать на нервы советами, поучениями и прочей ерундой…
— Дагмар.
Ещё бы его желания хоть кого-то интересовали.
— Лазурит, ради Двенадцати, не сейчас!
— Судя по масштабу истерики, потом может быть уже поздно, — возразил тот в обычной своей флегматичной манере, тоже закуривая. — А значит, разберёмся с этим прямо сейчас. Ну, поведай уже, что там приключилось с нашей бедовой клумбой?
— Сайрус опять лапы распустил, — буркнул Тео. Лазурит посмотрел вопросительно и недовольно — он наверняка понимал, что это может значить, но явно ждал подробностей. — И надумал жениться к концу зимы. Как я понял, это против ваших законов, но он с семейкой нашел способ их обойти.
Лазурит нахмурился и зло скрипнул зубами, но почти сразу же на его смуглое лицо вернулось обычное отрешенно-спокойное выражение.
— Не стоит делать из Сайруса злого гения, он просто папенькин сынок с гонором… А вот руку Великого Воителя узнать нетрудно. Он так мечтал добавить к родовому Горнилу Душ силы демона-некроманта, а тут рыбка того гляди сорвётся с крючка… Неудивительно, что старый хрен забил тревогу и побежал женить сыночка. Только — сюрприз! — на Кори жениться наш винторогий козёл теперь вряд ли может.
— О чём ты? — переспросил Тео, не в силах осознать услышанное. Как это — вряд ли может? Почему тогда этот ублюдок Сайрус вообще дышит на его Кори?..
Лазурит затянулся вишнёвой сигариллой и поморщился с явным раздражением.
— Лиоки будет ненавидеть меня до самого выпуска, — пробормотал он. — Но сам-то он не скажет тебе ни слова, а всё эта его тупая гордость…
— Не скажет мне?..
— О Проклятье. Он проклят, Тео. Он твой айрш’энсайр, а значит, любому другому вступать с ним в брачный союз запрещено. Узы Проклятья нерушимы… ну, по крайней мере, если всё сделать как положено.
Услышанное осознать было сложно. Понять — чуть проще. О Проклятье демонов разные истории ходят. Звучит этакой сказочкой из любимых книжонок Руссо. Но то, что Ренделл Дюран с Кайлином Макнейром связаны проклятьем, — чистая правда. Иначе никак не объяснить, почему доблестный коммандер и боевой маг Дюран добровольно спутался с вредной сукой Макнейром…
— Что сделать? — спросил было Тео, но осёкся и помотал головой, стараясь сосредоточиться. — Нет, стой, давай по порядку. Что это за проклятье такое, что за… айрш’энсайр? Чем нам с Кори всё это поможет?
— А что, ты не приобщался к любимым книжонкам своего приятеля? Ну, знаешь, истинная пара, вместе навсегда, прочая слащавая муть, — ухмыльнулся Лазурит, точно прочитав его мысли. — Как поможет? Ну я же сказал: это нерушимые узы. Сайрус не сможет жениться на том, кто уже связан, а его батюшка не сможет обвинить Третий Дом в нарушении обязательств. Проклятье аннулирует все прочие договоренности и обеты.
— Ни хрена ты не сказал, — буркнул Тео, теряя терпение, которого и так было немного. Информация интересная и, несомненно, очень важная, однако теперь его интересовало, как ею воспользоваться. — Делать что?
  
Его одарили нечитаемым взглядом.
— Валить и трахать, Дагмар. Что я, кстати, давно вам советовал… Но ты, надеюсь, осознаешь последствия? Неразрывные узы потому и зовутся так, что это навсегда.
Тео осознавал, но как-то… медленно. Словно сказанное касалось не его и Кори, а кого-то другого. Странное чувство. Странное и пугающее.