Истинная душа дракона

– Но… – не успеваю я возразить, потому что нетерпеливый стук позади напоминает о предстоящем разговоре.
Нокт же действительно теряется в листве так, будто и не было его. Что ж, ментальная сила дракона всегда поражала.
– Лери? – слышу нотки раздражения в голосе дяди и спешу открыть ему дверь.
– Прости. – Старательно изображаю виноватую улыбку, когда встречаю лёгкий укор во взгляде Сайруса.
  
Дядюшка осматривает меня, затем пробегается по комнате и поджимает губы. То ли недовольно, то ли сочувственно.
– Тебя оставили одну в спальне на троих? – спрашивает он, пересекая порог.
– Никто не захотел подселяться к изгою. – Пожимаю плечами. – Но не могу сказать, что я жалуюсь.
– Что правда, то правда. Тебе всегда было комфортнее в одиночестве, – улыбается Сайрус.
Дядюшка садится за рабочий стол и взглядом предлагает присесть на кровать. По пути я поднимаю подушки, разбросанные по полу, и слегка краснею.
– Я смотрю, ты по-прежнему строишь спальный кокон? – понимающе улыбается Сайрус, наблюдая за моими сборами.
В глазах дядюшки – безмятежность и мягкость, от которой мне становится легче на душе. В глубоком детстве именно он показал мне, что если спрятаться, то никто не найдёт ни тебя, ни твои страхи. И с тех пор я поступаю так во всём: когда сплю, когда общаюсь с людьми, когда бегу от чувств. Возможно, это неправильно, но привычно. Безопасно.
– Как видишь, – отвечаю я, скидывая подушки на постель. Усаживаюсь и внимательно смотрю на дядю. – Так что ты хотел?
– Меня очень беспокоит состояние твоего дара. Это раз. – Сайрус моментально становится серьёзным. Морщинки на его лице из смешливых становятся жёсткими, и я узнаю того самого лорда-отца, который представляет наш народ в совете Владыки. – Во-вторых, меня тревожит твоя связь с драконами…
– Какая связь? – настораживаюсь я.
– Ну я же видел, как на тебя смотрит этот лорд Феллард. Мальчик явно очарован, но он опасен.
– Почему?
Хочется броситься на защиту Ноктиса, но я понимаю, что тем самым вызову ещё больше подозрений.
– Он аметистовый, а значит, может манипулировать эмоциями, Лери, – со снисходительной улыбкой поясняет Сайрус. Протягивает руку и по-отечески накрывает мою ладонь. – Луна моя, пускай мы заключили союз. Пускай драконий принц изображает дружелюбие, нам всё равно надо быть настороже. Драконы опасны, и кто знает, каким образом Миррали сбежала. Может быть, это всё было подстроено валестийцами…
– Нет-нет, дядя! Всё было не так! – перебиваю его, понимая, насколько он заблуждается. – Я была там! Я виновата в похищении Миррали. Она не сбегала! Это Дейдар и моя связь с ним помогли демонам организовать портал прямиком в Илларию и похитить принцессу. Это всё я!
Слышу хруст ветвей за окном и бледнею. Ноктис бы не одобрил моей честности, но ведь это дядя Сайрус. Он не сдавал меня в детстве, не сдаст и сейчас!
Дядюшка подозрительно прищуривается, глядя на окно. Затем обводит комнату тем же подозрительным взглядом, а я чувствую, как холодеют руки. У кровати Кары, сверкая чеканным драконом, лежит одинокая пуговица, оторвавшаяся от рубашки Ноктиса.
Затаив дыхание, я буквально кричу у себя в голове, чтобы дядя не обратил на эту улику никакого внимания.
– Значит, это всё Дейдар? – медленно повернувшись ко мне, уточняет Сайрус.
Усиленно киваю, радуясь тому, что новость о вмешательстве брата полностью захватила ум дяди.
– Это очень печально, что мальчик выбрал такой путь, – искренне расстраивается Сайрус. – Вы с ним уникальный дуэт, ваша магия могла бы послужить Владыке и сделать вас незаменимыми. Я не раз говорил тебе, что твой талант нужно беречь и развивать.
– Говорили? – эхом переспрашиваю я.
А сама пытаюсь вспомнить, когда это было. Да, дядя много раз хвалил меня за необычный дар, но я не помню, чтобы мы обсуждали моё будущее во дворце.
Натыкаюсь на острый взгляд Сайруса и спешу исправиться:
– Да, точно, говорили.
– Лери, а сейчас как обстоят дела с твоим даром? Он не пострадал?
И почему-то мне совершенно не нравится, куда идёт наш разговор. Чувствую себя под увеличительным стеклом, словно Сайрусу во мне интересна только моя магия. А не то, что я испытываю.
– Я его потеряла. Я даже снов-то не вижу. – Развожу руками, хотя знаю, что лукавлю.
Один и тот же сон с аметистовым драконом редко, но всё же врывается в моё ночное небытие.
– Луноликая! – восклицает Сайрус. – Бедное дитя, как же так?! Я должен всё исправить!
– Нечего исправлять, дядя. – Отодвигаюсь по кровати, но он не отпускает меня. Держит за натянутую руку. – Меня всё устраивает.
– Лери, луна моя, – успокаивающе произносит Сайрус. – Это сейчас. Ты в шоке, ты через многое прошла. Стала невольной виновницей большой трагедии. Но потом, когда пройдёт время, тебе захочется вернуть свою силу. И знай, я всегда буду рядом, дитя.
Он смотрит на меня с отеческим теплом в глазах, и тревога, вспыхнувшая в глубине души, гаснет. Нет, это всё тот же дядя Сайрус, который отгонял от меня мальчишек в нашей деревне и защищал от нападок взрослых.
– Ну раз ты чувствуешь себя хорошо и я зря беспокоюсь, тогда пойду-ка проконтролирую нашего общего знакомого, – тем временем произносит дядя, многозначительно поигрывая бровями. – Вендал в последнее время сам не свой, и Владыка направил меня проследить, чтобы принц не развязал новую войну с драконами.
Сайрус, тихо охнув, поднимается и, приложив руку к пояснице, направляется к двери. А я только сейчас решаюсь на новый вопрос. Очень важный, хоть и пугающий возможным ответом.
– Дядюшка, а что у меня было с Вендалом? Вы не знаете?
– А ты разве не помнишь? – с удивлением спрашивает Сайрус, притормаживая у порога.
– После того как Дар выполнил свой план, я забыла всё, что происходило во дворце, – сбивчиво поясняю я, сознательно утаивая детали моего «излечения» от связи с братом.
Незачем давать дядюшке новый повод недолюбливать драконов.
– О-хо-хо-хо, – тяжко вздыхает дядя, упираясь локтем в дверной косяк. Какое-то время молчит, потирая переносицу, а когда я уже предполагаю самое противное, дядюшка меня огорошивает: – Ты же помнишь, что помогала старому Владыке с его кошмарами?
– Да, это я помню.
– Так вот. Если Альгераль просил тебя избавить его от встреч с женой, то Вендалу ты была нужна с прямо противоположной целью. Он очень скучал по матери, и ты наводила ему сны, в которых он с ней виделся.
– Это всё? Я только работала с его сновидениями? И почему я?
– Я не знаю. – Сайрус пожимает плечами, но я по его лицу вижу: тема скользкая и для него неприятная. – У принца болезненная тяга к тебе, Лери. Он был согласен работать только с тобой. Но, поверь мне, я уже готов был настаивать на браке, потому что Вендал позволял себе слишком многое. Ты ничего не рассказывала, но я видел, с какой неохотой ты отправлялась к нему на сеанс. Поверь, если он сделал что-то компрометирующее тебя, мне хватит сил и связей, чтобы заставить его взять тебя в жёны.
Лицо дяди краснеет от негодования и готовности действовать. А у меня в душе всё обрывается. С хрустом, в котором я не сразу распознаю треск веток за окном.
– Да что у тебя там происходит? – отвлекается дядя и даже делает попытку подойти к окну.
– Дом старый, крепления трещат, – перехватываю его, молясь всем Шестерым, чтобы Ноктис не вздумал появляться в спальне.
– Надо попросить лорда Вармоса, чтобы тебя пересилили в более подходящее жилище, – сварливо бубнит Сайрус, а потом переводит взгляд на меня. Он разводит руки, приглашая в объятия. – Лери, луна моя, ничего не бойся. Ни Вендала, ни драконов этих. Я дал слово твоей семье, что уберегу тебя. И обязательно это сделаю.
  
Я утопаю в его руках, ловя отголоски тепла и спокойствия. Но где-то на задворках сознания бьётся тревожная мысль. Моя семья никогда обо мне не беспокоилась, ей вообще плевать, где я и что со мной. И сейчас либо дядюшка лукавит, либо я чего-то не помню. Нестыковочка.