Иммунный (СИ)

— Ааааа, суки!.. Сдохните, твари!.. — орали Шип с Дэлом, орудуя тесаком и копьём.
— Нате вам, получайте!.. — взлетала и опускалась дубинка Гривса.
— Ха!.. Ха!.. Ха!.. — зло выдыхал Корень, отрубая мечом очередную извивающуюся тварюгу...
Меньше чем за минуту с «канатами» было покончено. Живых щупалец на островке не осталось. Неизвестная гадина ретировалась обратно в болото. То ли зализывать раны, то ли подыхать в глубине.
А мы потеряли Бута. Судя по уходящим в воду следам волочения, тварь утащила его в болото, после чего снова полезла на берег за пищей, но ничего хорошего ей это не принесло — наткнулась на злого меня и обломалась по полной.
Сразу уходить с островка мы не решились. Пробыли на нём ещё какое-то время. Пока туман над топями не рассеялся, и стало видно уходящую на юго-восток относительно сухую тропу. Только тогда мы наконец двинулись дальше. Пусть и с опаской, но в темпе, сжимая в руках оружие и внимательно вглядываясь в окружающую тропинку трясину. По уверениям Корня, при такой скорости, чтобы покинуть болото и выйти к Гиблому лесу, одного дня нам вполне хватало...
  
Глава 15
 
Бывший смотрящий не обманул. Мы действительно добрались до края трясины к вечеру. Что Мёртвые топи и вправду закончились, говорили поднимающийся стеной лес и довольно серьёзный уклон береговой полосы, в которую упёрлось болото. От уреза воды до ближайших деревьев тянулась каменистая пустошь. Метров примерно на двести. Ни травы, ни кустов, ни какой-либо живности. Словно это была специально созданная кем-то граница, нейтральная зона, полоса отчуждения между двумя конкурирующими территориями, на любой из которых человеку не место.
А раз не место, значит, на новую ночь можно (и даже нужно) устроиться на этой «нейтралке». Что мы, соответственно, и проделали.
Ночь, на удивление, прошла абсолютно спокойно. Никто к нам из леса и из болота не лез и прищучить нас не пытался. Ну, и отлично. Люблю такие этапы в кажущемся почти бесконечным «квесте» по здешним пенатам. Когда и выспаться можно, и голову проломить не пытаются.
Поднявшись и перекусив, построились тем же порядком — я впереди, Гривс замыкающим — и молча двинулись к лесу. Правда, перед этим Корень минут пятнадцать прикидывал верное направление, косился то на лес, то на небо, то что-то шептал себе под нос, но затем всё же махнул рукой и твёрдо сказал: «Туда!»
Ну, туда так туда. После болота мне было без разницы, в какую сторону двигаться. Иметь под ногами твёрдую почву казалось в тысячу раз лучше, чем постоянно хлюпающую и норовящую продавиться под сапогом бурую хлябь.
Под сень смыкающихся над головой крон мы вошли осторожно, с опаской. И на нас сразу же навалилась полная тишь. Шорох травы, шелест листьев, тонкое подвывание ветра, жужжание насекомых, скрип веток, журчание ручейков, птичьи перекликания... Ничего этого здесь не было. Лес, в самом деле, как будто вымер. И эта мёртвая тишина напрягала реально больше, чем рёв какого-нибудь жуткого зверя или бушующая рядом стихия.
Под ногой у меня треснул сучок. Звук — полное ощущение, словно бы кто-то выстрелил.
Идущий четвёртым Дэл тихо выругался. Его шёпот показался мне криком.
Я резко остановился и вскинул руку. Следом остановились и остальные.
Минут пять мы стояли, не шевелясь. Всё это время я вглядывался в окружающие деревья, кочки, кусты, дождевые промоины...
В этом лесу и вправду не было ничего живого. Вся имеющаяся здесь растительность представляла собой магические конструкты. Над каждым деревом, над каждой травинкой клубилось облако маг-энергии. Именно магия поддерживала в этих объектах некое подобие жизни, делая их похожими на настоящие кусты, цветы, траву и деревья.
Но только внешне.
Внутри они были обманками. Большинство абсолютно «нейтральные», выступающие как фон, бэкграунд, качественно изготовленные декорации для идущего в интерактиве «ужастика». Другие, в гораздо меньшем количестве, отыгрывали роли злодеев, монстров, садистов-маньяков, бездушных неубиваемых зомби и прочей нечисти.
 
Я совершенно отчётливо видел затаившиеся в траве магические клыки, только и ждущие, когда на них кто-то наступит. Нависающие над тропой ветки, усеянные шипами с ядом. Горящие тёмным огнём ловчие ямы с дрекольем, не различаемые обычным человеческим зрением. Свившиеся под корягами и похожие на змей колдовские жгуты, жаждущие обвить чью-то шею и медленно задушить. Мелькающие среди кустов чёрные тени, готовые в любое мгновение поглотить усталого путника и не оставить от него даже горсточки пепла...
Зрители, пришедшие в этот страшный «театр», предсказуемо становились участниками представления. Действующими лицами, имеющими единственную задачу — погибнуть в мучениях, а после безвестно сгинуть на радость неведомому режиссёру...
— Дальше идём след в след. Держимся близко друг к другу. Шаг или два, не больше. Отставших не ждём, — проинформировал я замерших сзади зэков.
Сказал и шагнул вперёд, к виднеющейся среди деревьев тропинке.
Спорить со мной не стали. Даже бугор промолчал, давая тем самым понять, что в нынешней ситуации главный — я...
По лесу мы двигались медленно. Даже, наверное, медленнее, чем по болоту. Там многие ловушки-обманки прятались под водой и были скрыты от взора, из-за чего казалось, что их очень мало. Здесь же они словно специально выставляли себя напоказ. Типа, вот они мы, везде, где только возможно. И куда бы ты ни пошёл, мы тебя не пропустим.
На меня, к моему великому счастью, магические ловушки не действовали. Но, помня о случившемся на островке, я старался быть аккуратным. Поскольку кто знает, какие тут ещё сюрпризы имеются...
Дорога по Гиблому лесу постепенно забиралась в гору. Как уверял Корень, скоро она должна пойти вниз, а за перевалом уже и до нормального леса недалеко.
Ловушек при этом становилось всё больше, и располагались они всё гуще. Деактивировать их приходилось всё чаще, но способ, хвала небесам, оставался привычным, хотя и довольно муторным. В какой-то момент я даже стал ощущать себя настоящим танковым тралом.
Встречающиеся на пути магические «мины» взрывались одна за другой. Каждую «взрывную волну» я принимал на невидимую защиту и отбрасывал в сторону, где они и утилизировались. Позади оставалась полоса относительно «чистой» земли. Мало-помалу, от постоянных однообразных действий на меня начала накатываться усталость. Некоторые ловушки, особенно те, которые располагались чуть сбоку, я иногда пропускал. И ничего страшного не случалось. Но лишь до поры, до времени...
Когда очередной куст с ловушками оказался разрушен, из-за спины послышался выкрик, сразу же оборвавшийся.
Первым делом я замер, а затем медленно развернулся.
Зэки стояли один за другим на тропе. Корень, Шип, Дэл... Гривс в цепочке отсутствовал.
— Не двигаться. Стойте, где встали, — приказал я на всякий случай и осторожно, стараясь не делать резких движений, направился в хвост «колонны».
От Гривса следов не осталось. Ни одного. Ни на тропе, ни поблизости. Как будто он испарился.
— Видели кто-нибудь, что случилось?
Бывшие сидельцы по очереди покачали головами.
Я снова начал осматриваться. Нетронутые ловушки так и остались нетронутыми, деактивированные — деактивированными. Ни единого признака, что хотя бы одна из них сработала на пропавшем блатном. И только среди деревьев, метрах в двадцати от тропы, мелькали какие-то огоньки. Тусклые, словно бы призрачные, они то сходились в какие-то бесформенные фигуры, то расходились, и мне это совершенно не нравилось.
— Уходим! Быстро! Каждые тридцать шагов делаем перекличку...
Следующие пару часов превратились в настоящую гонку.
Отбросив всякую осторожность, я теперь просто лупил дармовой маг-энергией куда придётся. Всё, что приходило от ловушек-обманок, летело обратно. В земле появлялись воронки, словно от взрывов, обломки деревьев падали на тропу, кусты вырывало с корнем — это мешало бежать, но, в целом, тактика была выбрана верная.