Боишься? (СИ)

Золотой озверел. И, впервые на её памяти, проявил это открыто. Куда уж более явно!.. Прибежал на ярмарку, выдернул её из толпы заказчиков и принялся орать на неё при всех. Эпично орать. Так, что жилы вздувались на лбу и здоровенной шее.
Народ отхлынул от них подальше и старательно делал вид, что никто ничего не слышит. Совсем никто. И вообще ничего. Конечно!.. Как же! Свару эту теперь будут пересказывать по всем посёлкам и судить-рядить, как быстро пристукнет будущий верховный Хэд ненормальную дочку Атарика.
  
И не заткнёшь же. Он теперь, пока не проорётся, не остановится. Откуда Перси знала?.. Точно так же вёл себя Рик. Обычно, он был спокойным и уравновешенным. Но, если его допекало, то остановить его вопли и нравоучения было попросту невозможно.
Она и не останавливала. И в глаза нервному не смотрела, чтобы не раздражать сильнее. Тем более, что он ещё вырос, гад. В лицо смотреть, это же голову нужно задирать. А ей не с руки. Себя беречь нужно. Посмотрит на шею. Почтительно так посмотрит. Безопасно и познавательно. 
За три месяца, что она не видела его, он вырос и раздался в плечах. Здоровенным стал. Не такой, конечно, как Рик. Но высоченный. Шея, как у быка. Вон как сухожилия натягиваются. Орёт, бедняга, старается. А что орёт она слушать не станет. Потому как услышит, и вспыхнет в ответ. Ещё как... 
Схватка двух любимчиков Деметры, "особо модифицированных", конечно, будет эпичным зрелищем. Но не безопасным. Для зрителей и для неё самой. Ей этого бугая в честной схватке вряд-ли победить. И не нужно... Ещё чего? Он "держит" Кира, и пусть дальше старается. А ей тоже силы нужны. Время, пространство и свобода манёвра. Чтобы до отца достучаться. Это главное сейчас.
А потому она слушала, а, когда Златовласый сделал короткую паузу, чтобы глотнуть воздуха, вставила своё. Негромко:
- Может быть, мы обсудим моё поведение без свидетелей?
Он резанул её злобным взглядом:
- Обсудим! Не сомневайся!
Развернулся и унёсся прочь. Перси вздохнула. Можно только посочувствовать тем, кто будет там, куда он унёсся. Недоорал парень. Будет злобным, несдержанным, как медведь, которого выдернули из спячки до срока.
Вернулась к своим молчаливым заказчикам. Мило улыбнулась им. Что-то вроде: простите, ребята, разве можно быть в жизни застрахованными от неадекватов?.. На неё смотрели, как на смертницу. Может быть, она такая и есть. Кто знает?
Вот и узнает, когда состоится этот разговор "без посторонних"...
***
Разговор состоялся. Куда же без этого? Он просто заявился в домик Клэр вечером. Нёрс тут же засуетилась-засобиралась. И извиняющимися глазами посмотрела на Ра:
- Мне тут нужно к Марше забежать. Ненадолго...
Перси не позволила ей убраться без объяснений. Схватила за руку и прямо спросила:
- Ты что же, "этому" подыгрываешь?
Клэр бросила придуриваться. Фыркнула:
- Ничего он тебе не сделает! Если бы не была уверена, то не оставила бы вас наедине!
Ра сузила глаза:
- Ты, вроде, и не должна оставлять меня одну. И предполагалось, что у тебя в доме безопасно!..
- Оно и безопасно!- отрезала нёрс, вырывая руку.
- Я скажу Атарику!
Тут Клэр дрогнула. Сгорбилась и пошла к двери быстрее. Понятно, кто для неё страшнее. Буркнула:
- Лучше тут орите, чем на площади перед всеми...
Вышла и изо всех сил грохнула дверью. Это был, наверное, единственный протест, какой она могла себе позволить.
Сынок Хэда наблюдал за всем этим с насмешливой, понимающей улыбкой. Уселся за стол, спокойно и вальяжно. Но Перси не обманывалась. Если она ломанётся сейчас к двери, он легко перехватит её. И знает это. Чувствует себя хозяином положения. Да уж! Приказал:
- Давай пить чай!
Конечно, приказал! Как она могла отказаться, закапризничать? Отправилась греть воду. Шарить по полкам Клэр в поисках каких-нибудь сладостей. Успокоилась немного за это время. Пришла в себя. И достала для себя ту самую знаменитую настойку Клэр.
Он смотрел на неё осуждающе, а она ухмыльнулась:
- Что? Чтобы "замуж выходить" выросла уже, а чтобы пить, нет?
- Ты, вроде, никуда пока не выходишь, Мелочь. Хотя, глядя на твоё поведение, я всё чаще задумываюсь, что было бы безопаснее для всех, если бы ты жила в Основном... 
Запнулся, но продолжил. Со значением так продолжил. И смотрел на неё тоже со значением:
- Меня удерживает только одно соображение... Я точно не смогу долго сдерживаться, если ты будешь постоянно вертеться перед носом.
Перси фыркнула:
- Тебя что, на детей тянет?
Он окинул её очень... мужским таким взглядом... Скованно улыбнулся:
- Ты уже не выглядишь ребёнком. И Мелочью тоже. Пора придумывать тебе новое прозвище.
Перси тщательно прятала нервозность. И настойки капнула в чай только пару капель. Ну, его! Провоцировать этого ненормального!.. "Поддержала" разговор:
- А почему бы не обращаться ко мне по имени?
Он отпил чай. Схватился за печенье. Откусил и хитро глянул на неё:
- А потому, что это не твоё имя. Ну, или часть имени.
- С чего бы?
- А с того!.. Это было умно́ и правильно с вашей стороны. Раз вы с матерью были особо ценными заложниками, то вам и нужно было скрывать свои личности гораздо более тщательно, чем остальным пленникам... Если бы отец узнал тогда, вы не выжили бы.
Так и есть. Но она не скажет, насколько он оказался прав в своих выводах. Промолчала. Так и пили чай. Молча. Пока он снова не приказал:
- Рассказывай.
- Что?
- Что с тобой приключилось. И давай-ка честно. Я ведь могу спросить у Хоррора. А он не лжёт... Ты знаешь, что я на многое могу закрыть глаза, но не на откровенное враньё.
Смотрит. Будто она виновата в чём-то... Хочешь правду? Получи!
- Я собиралась покончить с собой. Хоррор почувствовал и перехватил меня. И снова что-то "переделал" во мне. Чтобы, наверное, лучше адаптировалась к жизни.
Молодец! Не солгала ни словом. Повторила, почти дословно, Деметру. И почти ничего не сказала. Ну, кроме того, что испугала "сынка". Выпучился он на неё знатно. Потрясённо. И, что характерно, поверил сразу. Брякнул:
- Зачем?..
И тут же замолчал. Понял, каким глупым получился вопрос... Задумался. Молчал. Только глазами её сверлил. А она пила чай. Чтобы хоть что-то делать, и отвлечься от этого странного взгляда. 
- Я не понимаю тебя...
Ну, наконец-то! Нормальный тон, без всей этой самцовости. Нормальный разговор. И она поддержит его "нормально":
- И не поймёшь.
Встрепенулся. А она одёрнула себя. Нечего дразнить гусей! Пояснила:
- Ты мужчина. Родился и вырос здесь. Как ты можешь понять?
Он с силой провёл руками по волосам:
- Ладно! Объясняй! Многие "ваши" нормально адаптировались к жизни здесь. Почему ты не можешь? И почему сама мысль быть со мной тянет за собой мысль о суициде? Я ведь единственный, кто вообще способен понять тебя здесь! С кем ты говорить можешь на привычном тебе языке!
Это правда! Может и говорит. И ответит ему предельно честно:
- Тебя, наверное, тянет ко мне, Золотой, как к задаче, которую ты пока не можешь решить. Ты отступаешь, но возвращаешься. Почему? Это просто!.. Ты не умеешь бросать нерешённые задачи. Поэтому, думаю, ты не отстанешь от меня, пока "не решишь". Что будет потом, большой вопрос. Но, вероятнее всего, ты охладеешь. Задача ведь решена...
Молчит. Ладно. Она продолжила:
- Дальше. С чего ты взял, что мне будет достаточно того, что "мы говорим на одном языке"? И да, я отличаюсь от "своих", как ты от "своих". Я нетипичная и там, и здесь. Как и ты. Поэтому, наверное, мы хорошо дружили, пока ты не начал всё вот это... И нет. Ты, лично ты, не вызываешь у меня желания влезть в петлю. Это было взвешенное решение. И не бессмысленное... Я хотела попробовать прорваться через Барьер. То, что от меня осталось, идентифицировали бы. Они поняли бы, что те, кто были на той поляне ещё живы...