Брось мне вызов!

– Ага.
– Торопилась на занятия? – парень смотрит на свои часы. – Начало через пять минут. Похоже, мы оба опоздаем, но ты хотя бы придешь без кофейного пятна на одежде.
Он растягивает пухлые губы в улыбке, показывая белоснежные зубы. Надо перестать на него пялиться, потому что футболистам нельзя доверять, но я не могу. Есть у меня список того, что неизбежно притягивает мое внимание: мексиканская еда, «Звездные войны», мускулистые спортсмены и пончики…
  
– Точно, ты сидишь в центре аудитории со своими фанатками, – киваю я. – А я сижу сзади.
Я вздыхаю, когда он соскребает пончик со своей груди.
– Извини, что налетела на тебя. Очень спешила на занятие.
– Ничего страшного. Зато нам досталась возможность поболтать.
Что? Зачем ему со мной разговаривать?
– Поболтать о чем? – спрашиваю я, но он игнорирует вопрос.
Вместо этого Маверик смотрит на свою футболку, всю в розово‐сиреневой посыпке и съедобных блестках.
– Много же тут сахара. Он вреден для здоровья, кстати.
– Я… Извини. Никогда не могу удержаться от посыпки. Она добавляет как минимум калорий пятьдесят, но с ней так красиво! – указываю на раздавленный пончик. – Этот называется «Единорог», потому что его украшают всеми видами посыпки.
Я рисую в воздухе крестик.
– Покойся с миром, мой сладкий пончик.
Продолжаю трепаться о вкусах разных пончиков, руками счищая остатки сладости с груди Маверика. Стряхиваю крошки на тротуар, про себя считая, есть ли время быстренько метнуться назад и купить еще один.
Неудивительно, но грудь парня твердая, как сталь; пальцами я пробегаю по его грудным мышцам, как вдруг понимаю, что вроде как трогаю его без разрешения. Становится неловко. Мы, конечно, целовались два года назад, но такое ощущение, что прошла тысяча лет.
Я убираю руки, и наши взгляды вновь встречаются. От нервов хочется чихнуть, и я с трудом подавляю порыв, сжимая лямки рюкзака. Только не сейчас!
Маверик прочищает горло.
– Слушай, ты не хочешь…
Рядом материализуется Алекс.
– Дилани! Совсем оглохла? Я тебя зову-зову, а ты даже не поворачиваешься.
Он переводит взгляд на Маверика, видит выжившую половинку пончика в его руке и мой стаканчик кофе, благородно венчающий декоративный куст.
– Что произошло? – спрашивает он с обеспокоенным выражением на лице.
Бывший пробегает глазами по моему лицу, задерживаясь на губах. Он красив, худ и жилист, с мягким взглядом, каштановыми волосами и беспечной улыбкой, от которой я раньше таяла.
Все мое тело напрягается. Мы не разговаривали месяц, и вот что он делает: преследует по всему кампусу и смотрит на меня так плотоядно, будто я ему конфета какая-нибудь.
– Что, даже не поговоришь со мной? – Алекс поправляет рюкзак и делает еще шаг по направлению ко мне.
Маверик смотрит на меня и вскидывает бровь, мол, парень совсем отчаялся, может, ответишь хоть?
Да я лучше жабу сожру, сообщаю я своим выражением лица. Не факт, конечно, что он это понял, но я готова поспорить, что его губы дернулись в улыбке.
В любом случае вслух футболист ничего не говорит, только переводит взгляд с меня на Алекса и обратно.
Я уже вся на взводе. В основном, конечно, из-за бывшего, но теперь еще и из-за Маверика. Столкнувшись с ним, я вспомнила про Неподражаемого Спортсмена. Интересно, чем он сейчас занят? А вдруг Спортсмен – и есть Маверик? Оба блондины и спортсмены… Хотя он может оказаться игроком в теннис. Или волейбол. Или черт знает что еще, их же куча!
Алекс берет меня за руку; я не отдергиваю ее лишь потому, что настолько удивлена его наглостью.
– Слушай, крошка, нам нужно поговорить наедине, – он бросает взгляд на Маверика, который не двигается даже на миллиметр. – Давай встретимся в кафе «Плутон» после занятий? Ты же любишь это место.
Крошка? Фу.
– Ты спросил, что произошло? Вот тебе ответ: мы врезались друг в друга, – вдруг заговорил Маверик так спокойно, словно ничего не происходит. Пытается сменить тему, и на том спасибо. Увидел отчаяние на моем лице и решил помочь, видимо. – Я завис в телефоне – что-то срочное случилось у сестры, но все в порядке. Я смотрел вниз, и Дилани, похоже, тоже.
Маверик пожимает плечами.
– Печально, но она лишилась завтрака, а я потерял телефон.
– Ты его уронил? – спрашиваю я. В руках парня и правда нет сотового.
Он кивает. Воспользовавшись ситуацией, я освобождаю руку из хватки Алекса и присаживаюсь, чтобы поискать телефон. Маверик тоже садится, и мы сталкиваемся плечами, когда начинаем рыться в кустах азалии.
– Спасибо, – шепчу я, осматривая тротуар.
– За что? – шепчет тот в ответ.
– За то, что разрядил обстановку.
– А. Он же тебе до сих пор нравится.
Я хмурюсь.
– Вовсе нет.
– Тогда почему ты так разволновалась?
– Я совершенно спокойна, – бурчу я. Не собираюсь рассказывать всю нашу историю тут, сгорбившись под кустиками.
– Неправда. Или это ты из-за столкновения со мной так смущаешься? – легонько ухмыляется тот. А я чуть не забыла, что он все тот же самовлюбленный футболист.
– Да я тебя едва знаю, – свирепо сверля его взглядом, отвечаю я.
– Можем это изменить, – приподнимает тот бровь.
А. Так, значит.
– Я не одна из твоих фанаточек и не собираюсь просто так заводить интрижку.
– Ты не думала, что я просто хочу лучше тебя узнать?
«Серьезно?» – так и говорит мой взгляд.
– Зачем? Мы даже не разговариваем друг с другом.
Футболист кидает взгляд на Алекса, который тоже ищет телефон в паре метров от нас.
– Ну раз ты не встречаешься с Алексом…
Я с победным воплем поднимаю телефон с земли и вскидываю руку с ним над головой. Алекс недовольно смотрит на меня; такое выражение у него было с того момента, как я высвободила руку.
– Кофе, к счастью, на него не пролился, – сообщаю я, игнорируя взгляд бывшего.
У нас с Мавериком небольшой обмен: я отдаю ему телефон, а он мне – половину пончика. Наши пальцы слегка соприкасаются, отчего мне становится жарко. Я убираю руку в карман пальто.
Алекс дотрагивается до моего предплечья и одаряет нас раздраженным взглядом. Он держит пустой стакан из-под кофе, который достал из-за кустов, а еще мой календарик. Он выпал из рюкзака; в спешке я не до конца застегнула молнию.
– Кажется, это твое, – он демонстрирует найденную вещицу.
Я сухо киваю, забираю ее и запихиваю календарик в рюкзак, не смотря на Алекса.
– Ты в порядке? Не ушиблась? – парень осматривает меня, держа за плечи.
– Все нормально, – я выпрямляюсь и вздергиваю подбородок, смеряя его взглядом. Алекс ниже Маверика, где-то метр восемьдесят пять.
Сама того не ожидая, выразительно вздыхаю. С чувством, со всеми эмоциями, которые до этого сдерживала. Маверик все еще здесь? Чего он ждет, что хочет услышать? Весь университет знает, почему мы расстались – сплетни распространяются со скоростью света.
– Что тебе нужно, Алекс? Мне пора на урок.
Он отвечает не сразу, с досадой бросая взгляд на Маверика, который с любопытством наблюдает за развернувшейся сценой.
– Просто хотел увидеть тебя и поздороваться. Футбол закончился, и я хотел посидеть вместе, поговорить. Я же так лично и не извинился… За все.
В голове возникает воспоминание с ним и Мартой-Кексиком в его кровати.
– Ты хотел сказать, за измену.
Называй вещи своими именами.
Алекс на мгновение прикрывает глаза, после чего берет меня за локоть и аккуратно отводит в сторону. Не сдерживая вздоха, я не сопротивляюсь. Может, выговорится и отстанет.
– Не веди себя так, Дилани, – просит он уже спокойнее. – Это было всего раз. Клянусь, я тебе больше никогда не изменял.
  
От одного воспоминания мне становится больно. Я мотаю головой.
– Ты не тот, кем я тебя считала. Между нами все кончено.
Он закусывает губу и смотрит на меня с умоляющим видом.
– Давай все будет как прежде.