Рейд, дающий надежду 2.2 (СИ)

— Поздравляю, — улыбнулся Михельсон. Николай молча хлопнул Егора по плечу и показал ему поднятый вверх большой палец.
— Очень… Неожиданно, — наконец ответил Егор. Черт побери, это было приятно.
— Ну, порадовались, и хорошо, — направил баранов в стойло Самойлов.
— Присаживайтесь, — на правах хозяина кабинета Аркадий Борисович, легким жестом смел с края стола прямо на пол наваленные стопкой бумаги и сделал приглашающий жест.
— Егор, давай еще раз. Можно кратко и только выявленные факты, без анализа, — обозначил формат доклада генерал.
Пришлось второй раз за вечер всё рассказывать. Хотя, стоит отдать должное Михельсону, он слушал молча, лишь всё время рисовал на листе бумаги какие-то замысловатые фигурки.
— И что вас в первую очередь интересует? — спросил Аркадий Борисович, когда Егор закончил свой доклад. При этом он загадочно улыбался, как будто знал, в каком кармане Егор прячет замыканную сушку.
— Доцент, ты мне вот что прямо сейчас скажи, и я пойду делами займусь, а ты Егора мучай, — подал голос генерал: — Первое: если агенты взрываются, когда их раскрывают и угрожают разобрать на винтики, а если их неожиданно оглушить — то не взрываются, как их вычислять без риска взрыва? По версии Егора, команду на самоуничтожение подает сам агент, а если он без сознания, то подать команду не может. Второе: как обычных людей превращают в шпионов, если они действуют осознанно? Мне кровь из носа нужно это выяснить. Причем прямо сейчас.
— Ты не охренел? — возмутился Аркадий Борисович: — Тут вопрос на несколько литров коньяка, а ему сейчас надо.
— Забыл сказать, — смущенно сказал Егор: — Та женщина-агент в Ленинск-Кузнецком. Я ее узнал. Она была в розыске, как пропавшая без вести. Ехала по трассе и пропала. Машину потом нашли в лесу. И таких случаев таинственных пропаж было довольно много за последние два года. Предполагали, что действует преступная группировка или маньяк. К сожалению, никаких следов не нашли.
— Хорошо, хоть сам вспомнил. Пытать не пришлось, — съязвил генерал.
— Егор… Николаевич, а что ещё ты забыл рассказать? — поинтересовался ученый.
— Вроде, всё важное сообщил, — наморщил лоб Егор.
— Так, Иван Иваныч и Николай Николаевич могут быть свободны. Или сидите тихо и не отсвечивайте. А я вопросы позадаю, — заявил Аркадий Борисович. Он развернулся к Егору и пристально на него уставился. От пронизывающего взгляда ему стало не по себе.
— Ни на что не обижаешься, отвечаешь кратко, двумя словами. Над ответами не думаешь, — предупредил Аркадий Борисович и хищно, неожиданно для кабинетного кактуса в халате, оскалился.
— Состав группы в рейде? — неожиданно спросил Аркадий.
— Тринадцать человек, танкисты.
— Кто именно?
— Первая рота 38-го танкового полка.
— Кто планировал маршрут?
— Пашка. Командир роты, майор Немцов. Консультировался со мной.
— Куда вы направлялись?
— Шли по следам армады Чужих.
— Сколько человек потеряли в ходе рейда?
— Неизвестно. От одного до четырёх. Мы…
— Кратко! Кто проводил вскрытие агента?
— Доктор Таня….
— Фотосьемка велась?
— Да.
— Кто обнаружил камеру Чужих? — скорость вопросов повышалась. Егор едва успевал проговаривать ответ, как следовал новый вопрос.
— Таня.
— Почему убили пленного агента?
— Чтобы мы не смогли допросить.
— Где закопали труп?
— Нигде. Бросили в лесу.
— Почему выбрали именно этот маршрут для рейда?
— Шли по следам.
— Как поняли, кто отравил пост?
— Смотрели видеозаписи и отчеты.
— Как нашли остальных агентов?
— Случайно.
— Агенты в городе вели себя как обычные люди?
— Да.
— Кто первым сказал, что предатели — агенты Чужих?
— Майор Немцов. Нет. Таня.
— Таня, агент Чужих?
— Нет. Не знаю.
— Да или нет?
— Нет! — почти выкрикнул Егор.
— Хорошо. Где Таня сейчас?
— Осталась в поселке Поречье.
— Причина?
— Она была в экипаже командира. Командир пропал. Она ранена.
— Кто вел роту обратно?
— Лейтенант Распопов. Решение возвращаться…
— Лишнее. Почему попали в засаду?
— Не было головного охранения.
 
— Почему Чужие не атаковали?
— Хотели взять в плен.
— Кто первым начал стрелять?
— Мы.
— Кто именно?
— Все вместе.
— Ты стрелял?
— Да.
— Ты хотел сдаться?
— Да.
— Зачем ты хотел сдаться?
— Понять Чужих.
— Ты был готов умереть?
— Да.
— Ты был готов обречь на смерть своих товарищей?
— Да. Нет. Не готов, — внутри Егора всё сжалось. Он закрыл лицо руками и изо всех сил принялся его растирать. Следующий вопрос прозвучал как будто издалека.
— Что еще ты забыл рассказать? — спросил Аркадий Борисович мягким почти отеческим тоном, резко контрастирующим с пулеметной очередью допроса.
— На пути туда, мы наткнулись на разгромленную Чужими деревню. Там всё было разрушено, но не в плоский блин, как они делают, а как будто они кого-то искали или преследовали и всё разносили, Егор сам не ожидал, что в его памяти всплывет, казалось такой малозначимый факт. Но почему-то в голову пришло именно это?
— Что еще?
— Бабка. В одной деревне бабка показала следы стоянки отряда Чужих. Рядом обнаружили следы техники людей. Свежие. Люди приезжали на место стоянки. То ли во время стоянки то ли после.
— Всё?
— Всё.
— Нет. Не всё. Почему Чужие взрываются?
— Избегают плена.
— Почему Чужие избегают плена?
— Бояться что….
— Почему они взрываются?
— Уязвимость! Устройства в голове не совершенны! — Егор сразу не понял, что сказал, но затем замер ошеломленный, словно вынырнув из воды на ледяной воздух.
— Вот и ответ, — спокойно произнес Аркадий: — Пожалуйста, товарищ генерал, с вас коньяк.
— Браво! — раздался голос Самойлова. Егор повернул голову и посмотрел на улыбающегося генерала, затем перевел взгляд на Николая, сидевшего с открытым ртом. Надо же, вечно настороженный разведчик тоже впал в транс, как и Егор.
— Снимаю шляпу, — ожил Николай.
Итак, товарищи, — Аркадий Борисович не спеша поднялся, подошел к висящей на стене доске и развернулся к сидевшим за столом.
— Что мы имеем? — начал он лекцию: — Имеем установленный факт наличия агентов Чужих в анклаве. Способ их вербовки, назовем пока этот процесс так, неизвестен. Предположительно, это устройство, вживляемое в голову. Далее. Агент действует в интересах Чужих, причем действует самостоятельно и сознательно. Или действует под принуждением. Под угрозой боли или еще чего-то там. Так вот, друзья мои — это чушь. Почему? Сейчас объясню.
Принуждение даже рассматривать не хочу. Это ненадежный способ. На такое Чужие точно не пошли бы. Да и вылез бы какой-нибудь эксцесс, или кто-то перехитрил бы систему. В общем — не то.
Если предположить, что данное устройство подавляет волю и заставляет выполнять запрограммированные задачи, то человек не сможет действовать адекватно. Он будет вести себя как робот. Его сразу вычислят. Если устройство каким-то образом подменяет память человека, его систему ценностей и жизненные приоритеты, и заставляет отождествлять себя с Чужими, то тогда да. Он будет использовать весь свой потенциал для выполнения задачи. Но есть одно но. Инстинкт самосохранения. Как агент его обходит, когда дает себе самому команду взорваться? Людей с нарушенным инстинктом самосохранения не так уж и много и шанс встретить двух подряд агентов минимален. И, тем более, команда на самоуничтожение неизбежно вызовет конфликт в голове. Ведь он же по-прежнему человек. А это инстинкт, зашитый так глубоко в мозг, что тысячелетия эволюции его не вытравили. А тут они легко и просто взрываются при малейшей угрозе. Конечно, может быть вербуют только людей с подходящим психотипом. Но мне эта версия кажется маловероятной. Уж слишком тонкие материи оно затрагивает. Ценности инстинкты, память.
Я хочу предложить свою версию. Устройство в голове полностью разрушает личность человека и превращает его в дистанционно управляемого робота. Память из мозга считывается и пересылается на управляющий сервер. А устройство в голове принимает команды и передает их носителю. Так решаются все задачи. Нет конфликта сознания и подсознания. Нет проблемы передач информации от агента. Нет проблемы несовместимости с оборудованием. Я хочу сказать, что мозг каждого человека индивидуален, и я с трудом представляю себе устройство, которое может настолько тонко взаимодействовать с мозгом, чтобы, не повредив его личность, изменить только нужную информацию. Проще всё похерить и прошить свою прошивку. И это выглядит более правдоподобным, учитывая предполагаемое количество действующих в анклаве агентов. Остается вопрос передачи информации от сервера к агенту и наоборот. А вот тут уже я буду вас удивлять.