Два в одном: Близнецы и древняя вражда (СИ)
— О чем ты? — не понял Денис. — С чего он должен злиться? Говорит страшновато конечно было, да и дом восстанавливать нужно, но поверь, он не в обиде, — Денис ухмыльнулся, словно кот обожравшийся сметаны.
— Не понимаю…
— Ты шутишь? Ты серьезно не догоняешь?
Он ухмыльнулся, провел по волосам снизу вверх, поправляя итак почти идеальную укладку.
— Ярик, нас объявили вассалом древнего аристократического рода Японской Империи! У отца сейфе лежит какой-то свиток, согласно содержанию которого главе семьи Градовых как вассалу члена императорской семьи присвоен титул «даймё»… я только сейчас пытаюсь понять насколько это круто. Согласно международному договору — титул даймё приравнивается к нашему графу, если не круче. И, между прочим, в отличие от Российской Империи их титулы — значат куда больше, чем наши. То есть, если до этого, чтобы мне с Лерой… ну… — он замялся. — В общем, если вдруг мы захотели бы перейти в более серьезную стадию отношений, нужно было бы улаживать кучу формальностей, запрашивать разрешения чуть лине у самого Императора, то теперь — я как бы не выше статусом!
Понятно, вот чего он так надулся.
— Поздравляю, — я выдохнул, потеряв интерес его болтовне. — Только ты забыл об одной существенной детали. Японская Империя — насквозь милитаризирована. Титул даймё — подразумевает под собой не только привилегии, как вассал Градовы должны будут принести присягу верности, оказывать военную помощь и поддержку, чуть ли не гвардию содержать… ты хорошо понимаешь, все последствия? Думаю, Сирогане-сан объявил вас вассалами временно, чтобы решить одну… деликатную проблему…
— Думаешь, я этого не понимаю? — он скривился. — Но это не важно. Одним из условий сохранение титула является личное служение нследника рода в течение определенного времени. Я собираюсьприложить все силы чтобы сохранить эти привилегии! Я даже… вот…
Он показал мне книжицу, которую таскал с собой, и я прочитал заголовок. «Современные основы Бусидо, с поправками и коментариями…»
— Ты с дуба рухнул? — я выпучил глаза.
— Нет. Я знаю, что делаю…
— Он тебе откажет, думаю. И это правильно.
— Посмотрим…
В этот момент откуда-то со стороны парковой зоны раздался окрик:
— Ярик! Александра! Ну наконец-то, а я уже думал, что вас оставят навсегда прохлаждаться в японском посольстве! — произнес похрамывающий на одну ногу Петр Петрович, медленно двигаясь в нашу сторону. — Пойдемте, поговорим в беседке, не хочу подниматься в кабинет. Нужно многое обсудить…
Глава 4
Беседка была знакомой и незнакомой одновременно. Знакомая — потому что я помню ее с детства, а незнакомая — потому что теперь она была сплошь отделана стеклом похожим на… ну да, точно, как в саду посольства Сирогане! А это значит…
— Рад видеть вас обоих в добром здравии, — Петрович опустился в кресло, и манул рукой, мол присаживайтесь. — Прежде всего, Ярик, Александра, как себя чувствуете? После того как вас обоих ранили я боялся…
— Благодарю, шеф все хорошо! Раны оказались не такими… серьезными, попали в мягкие части тела, и меня уже… вылечили. У них отменные доктора… — мама явно занервничала, памятуя, что обсуждать ее быстрое выздоровление нельзя.
— У меня тоже, — я улыбнулся и показал Градову свои запястья, где красовались два розовых еще покрытых корочкой рубца, и увидел его офигевшее лицо.
— Кстати, Ярик! Ты… это как еще? Тебе же левую кисть руки полностью взрывом оторвало! И позвоночник был поврежден… Такого же не бывает!
Черт! Идиот! Я тут матери грозился, а сам спалился. Впрочем…
— Петр Петрович, не могу это обсуждать. Это семейная тайна Сиргане-сама, а я у них на службе. Там болтливых не любят…. И Вам не рекомендую…
— Понял, — Градов посуровел и серьезно кивнул. — Александра, ты уже… в норме? Готова приступить к своим обязанностям? Без тебя здесь тяжко…
Мама удивленно посмотрела на шефа, потом быстро кивнула.
— Вот и хорошо. Сегодня если хочешь отдохни, завтра жду тебя в строю. И оставь нас пожалуйста, я хотел бы обсудить кое-что с нашим Яриком. Не переживай, ничего серьёзного, это касается Дениса и еще… пары мелочей.
Мама покивала, и с лёгкой гримасой сомнения вышла, оставив нас вдвоем.
— Будь любезен, прикрой дверцу, пожалуйста, — попросил Петрович и потер вспотевший лоб. Я выполнил запрошенное, и присел обратно, гадая, что же он сейчас будет делать. — Ярик. Как ты наверное уже знаешь, мое положение, мой способ вести бизнес, да и в целом некоторые привычные вещи сильно изменились. Признаться, в тот день тут черти что творилось, и я до сих пор не могу прийти в себя. В целом — в итоге ситуация пошла на пользу, и сейчас дела пошли круто в гору, поэтому можно сказать, что я доволен итогом произошедшего. Да еще как! Больше не придется платить ублюдкам из синдиката грабительские взносы за безопасность грузов и… ладно, я увлекся. В тот день, если честно, я был уверен что мы все просто…
— … сдохнем, — хмыкнул я, и градов хмыкнув, кивнул.
— Это точно. Я надеялся, что ты развеешь некоторые мои сомнения и ответишь на вопросы… насколько это возможно, конечно.
— Конечно, Петр Петрович. Насколько смогу — отвечу.
— Тогда первый вопрос. Что произошло между тобой и этим парнем, сыном имперского князя… ну, точнее бывшего князя И Су Чена?
— Бывшего? — ответил я вопросом на вопрос.
— Ну да. Мертвецы все равны, знаешь ли, и титулы не носят. Та рыжая девчонка Сирогане отселка ему голову мечом. Просто как свинье на бойне. А потом еще двоим, и нашему бывшему горе-охраннику Диме. Сразу же после… взрыва. Такая молоденькая девушка, и… фу, меня до сих пор мутит как вспомню. Взмах меча, кровища, и эта рыжая с оскаленным лицом разъяренной фурии, все в крови…кошмар…
— Простите, Петр Петрович, я не помню взрыв. Что взорвали?
— Как что? Тебя! На твоих руках было миниатюрное взрывное устройство. А часы И Су Чена — кнопкой взрывателя. Видимо он подстраховался, думал держать тебя в заложниках или чтобы иметь что-то против твоих… не совсем обычных подружек… И это второй вопрос: кто они такие, и как делают то, что… делают?
Я мысленно застонал, и чуть не схватился за голову, но постарался ответить спокойно:
— Не понимаю, о чем вы…
— Все ты понимаешь, и наверняка не можешь обсуждать со мной все. Я ведь тоже не дурак. Видеоматериал с камер тут же изъял и убрал в сейф, а полиции заявил что запись повреждена. Иначе они бы там такого насмотрелись, СИБ бы с нас всех не слезла…
Офигеть. Могу себе представить, что у него там на записях. Ладно, силовой захват особняка в конечном итоге пусть и из ряда вон выходящее, но вполне заурядное событие. А вот поведение девчонок…
— Дядя Петр, вы правы, я не могу сказать всего. Простите, что вам пришлось все это пережить. Если коротко, то я случайно попал в фокус интересов И Су Йена — сына князя И Су, когда вернул незнакомому парнишке его рюкзак с вещами. Они решили меня прилюдно наказать, а потом вероятно хотели сделать наркокурьером… заставить возить для них какую-то дрянь. Я отказал, тогда меня стали прессовать. В какой-то момент они поймали меня в университете, затащили в технический коридор и там хотели сломать руки, в качестве акта устрашения. Денег, которые вы передали — не хватило, мне открыто сказали, что никаких денег не хватит чтобы окончательно… в общем, в тот день меня сильно вручил Диня, как ни странно. В последний момент он вмешался…
— Да, он мне что-то рассказывал, — покивал Петрович.
— В общем, тогда, если бы не один момент — мы бы оттуда не ушли целыми. Но мы ушли, а вот Никеас Мазанакис остался там лежать в состоянии овоща. И да, так получилось, что там впервые была применена… скажем так экспериментальная техника. Не могу рассказывать дальше, вопрос на грани нарушения правил неразглашения. Вот за ней они и охотились. Они пытались понять, что за оружие может вот так выключать мозги, и завладеть им. Когда они поняли, что я под защитой Сирогане — придумали вот этот план: купить ваше охранное агентство, подменить охрану на своих людей, напасть на дом и обставить все так, чтобы Сирогане не смогли помочь. Если честно, у них почти получилось, если бы господин Исао не сделал… в общем, как я понял, он использовал лазейку, чтобы объявить дом своей законной территорией, и обороняться, но по факту цель была только одна: помочь нам…