Два в одном: Близнецы и древняя вражда (СИ)

— Аки, прошу прекрати! Она уже мягко говоря не тот человек, которого ты знала. Да ты и не знала ее совсем, ведь до этого все были уверены, что шелковый леопард — мужчина. А сейчас многое поменялось, и теперь — она наш союзник. Сегодняшняя ситуация уже говорит о многом…
— Да ладно тебе! Люди не меняются, а «леопард» — тем более! Не нужно иметь с ней дел, а лучше — разреши мне ее убить… прошу тебя, пожалуйста, мой… — она закусила губу.
  
— Прости Аки, но нет.
Девушка поймала мой взгляд, задержала взгляд на несколько минут, а на ее лице отразилась какая-то детская… или даже недетская обида.
— Я думала, ты мне доверяешь, — тихо прошептала она, опустив глаза. — Я думала, я для тебя не просто… — она затихла, вытянула губы в тонкую линию, словно борясь с собой, стараясь сдержать и не сказать тех слов, что сейчас буквально жгли ее язык.
А потом сделала шаг назад, заскочила в выделенную ей комнату и хлопнула дверью. Мне даже показалось, что с той стороны я услышал тихий всхлип. Но я не стал стучать и вламываться, справедливо полагая, что нужно дать лисичке перевести дух и остыть, а потом поговорить спокойно.
Поэтому я молча ушел к себе, расстегнул рубашку, скинул брюки и остался в одном нижнем белье. Подхватил со спинки стула полотенце и пошел в душ. Минут двадцать просто стоял под потоками воды, включая по очереди то теплые струи, то холодные, пока не почувствовал, что пришел в норму. Тогда я обмылся и вышел назад, думая только о том, как быстрее уснуть.
Но за время моего отсутствия в комнате что-то изменилось. Стало темнее — шторы оказались задернуты, на тумбочке горел подсвечник (не ночник имитация а именно две свечи, испускающие приятный аромат, а на краешке кровати сидела рыжая, закинув ногу на ногу, явно в ожидании и…
От неожиданности я запнулся, а повязанное вокруг бедер полотенце едва не соскользнуло на пол, я ухватил его в самый последний момент.
— И что ты тут делаешь? — я постарался вложить в свой голос максимум осторожности. — И, кажется, я запирал дверь, когда я… когда мы разошлись. Стучаться не пробовала?
Девушка не ответила, только склонила голову набок, разглядывая меня с каким-то новым выражением лица. Язычок медленно облизнул ее пухлые губы, а изучающий взгляд буквально обжег, скользнув снизу вверх и назад, словно девушка впервые наблюдает меня в таком виде. Взгляд стал откровенно оценивающим.
— Аки? — позвал я снова, и она наконец посмотрела мне в глаза, все так же странно улыбаясь.
— Что?
— Я спросил, что ты тут делаешь, — осторожно напоминаю свой первый вопрос.
— А что по-твоему может делать скромная девушка в комнате мужчины… ночью? –непривычно и с придыханием поинтересовалась она, как-то похотливо улыбаясь, и разглядывая мой торс.
— Ну… вариантов больше одного точно — осторожно отвечаю, прикидывая, что задумала эта заноза. С нее станется устроить какой-нибудь гадкий розыгрыш чтобы отыграться за то, что случилось в коридоре десять минут назад.
— Назови самый очевидный… — предложила она тихо.
Я пожал плечами, и улыбнулся:
— Ты придумала способ отыграться, и явно готовишь какую-то каверзу…
Аки посмотрела на меня как на отсталого, и вдруг закатила глаза, словно бы разочарованно.
— Это все, что тебе приходит в голову?
— Ну…
— Если это так, я разочарована, — она пропустила глаза встряхнула длинными рыжими по пояс волосами, а затем медленно поднялась, делая шаг в моем направлении. Медленно скинула оба темных кроссовка, изящно отпихнула их вбок, и начала приближаться, покачивая бедрами.
Почему-то короткая сцена со снятием обуви, и ее босые длинные ножки подействовали на меня очень возбуждающе, я реально ощутил прилив кхм… мужественности, да такой обильный, что в мне стало тесновато под полотенцем.
Девушка приблизилась почти вплотную, и медленно взяла меня за руки, положив их себе на плечи, и отводя при этом взгляд.
— Аки, — осторожно позвал я ее по имени, — я не уверен, но… ты понимаешь, что именно делаешь?
— Я тебя совсем не привлекаю? — ответила она вопросом на вопрос, а ее ладошки коснулись моего торса и медленно и нежно скользнули по коже, ощупывая каждый сантиметр. — Кстати, тебе не говорили, что ты очень необычно… пахнешь? Словно немного… одурманивающе… — ее голос перешел на шепот.
Я сглотнул и тихонько ответил:
— Говорили… ты и говорила, в тот день, на дне рождения Зориной… ну, точнее, это алкоголь в твоей крови говорил.
— На каком дне рождения? — она удивилась, подняв на меня свои странные, раскосые глазки, мерцающие каким-то бледно золотым оттенком, отдающим слегка зеленоватыми красками.
— Ну… в тот день когда меня захватили люди Мазанакиса…
— А… — она призадумалась, словно вспоминая. — Ладно, не важно. Сделай одолжение, не отвлекайся… сегодня…
И она решительно взяла мои руки и сдвинула на свои притягательные холмики, наблюдая за моим выражением лица снизу вверх. Медленно слегка втянула нижнюю губу и прильнула лицом к моей шее, сделав глубокий вдох словно… обнюхивая.
— Эм…
— Лучше помолчи. Мужчина должен интуитивно понимать, когда этого требует ситуация. Впрочем, совсем молчать у тебя и не получится…
Последние слова она уже прошептала, пока решительно тянулась к моим губам.
 Глава 37 
 Танец льда и пламени 
В принципе, краем сознания я понимал, что когда-нибудь это произойдет. Или, скорее, втайне надеялся. Наверное, тот же край сознания ждал этого с нетерпением, хоть и осознавая, что это все усложнит в нашем и без того сложном… водовороте взаимодействия.
Девушка была очень горячей (в прямом смысле слова), ее кожа и губы ощущались как застывшее пламя, что без сомнения добавляло происходящему остроты. Мои руки зажили своей жизнью, исследуя разгоряченное тело, а моя собственная кожа превратилась сплошь в чувствительную зону, покрываясь мурашками от каждого умелого прикосновения. Складывалось ощущение, словно она точно знала расположение каждого нервного узла и какие ощущения он передает.
Рыжая сделала несколько шагов назад, дразня и увлекая за собой поближе к кровати. Повела плечами, заставляя бретельки скользнуть вниз, легко поддела пальчиком крючки по одному, заставив их расщелкнуться. Корсет осторожно скользнул на пол, обнажив округлые прелести. Аки снова поймала мои руки, и с легким нажимом заставила вернуться с талии на грудь, теперь уже не прикрытую абсолютно. Сделала еще шаг назад, присаживаясь на край деревянного столика у кровати и медленно раздвинула ножки, чтобы дать мне возможность подойти ближе.
— Аки…
— По-мол-чи… — она накрыла пальчиком мои губы, провела по ним кончиком указательного, при этом прикрывая глазки и словно наслаждаясь прикосновением. — Время для слов прошло. Сейчас время для действий.
А у меня в голове внезапно что-то щелкнуло. Что-то было не так. Нет, мне безусловно не на что было жаловаться, и, будем честны я много раз представлял себе разные вариации происходящего сейчас, но… во всем этом было что-то смутно неправильное.
А именно — прежде Аки была намного… скромнее и застенчивей. Да, она меня подкалывала, вгоняла в краску, заставляла попадать двусмысленные ситуации, причем с ее участием, но… например, тогда в горячем источнике она провоцировала, при этом прикрывалась и краснела как малолетка. А сейчас…
— Аки?
— М-м?
— Не поделишься… что означает слово «тамайори»?
Она прикрыла глазки, и легонько улыбнулась, облизываясь, словно голодная кошка на банку сметаны. Медленно опустила руки, и расщёлкнула застежку юбки-шортиков, тут же отбросив их в сторону. Взяла мою правую руку и нежно поцеловала, слегка пройдясь языком по указательному пальцу… чем еще больше озадачила. Это не просто флирт, а уверенное и целенаправленное соблазнение. Опытное и профессиональное.
  
— Ты ответишь? — осторожно настоял я, запустив пальцы ей в волосы.
— Какой ты… нетерпеливый… — прошептала она, подтягивая меня ближе, проводя руками по коже и прижимаясь лицом. А потом решительно взялась за край полотенца, и развязала его, отбросив в сторону. Ее нежные пальчики легли на мою слишком выпирающую часть, которую уже ничто не скрывало.